Галопом по Европам - Валентина Панкратова

Пытаюсь погасить растущее раздражение против Заместителя директора. И так с трудом взял себя в руки после общения с ней в середине дня.

Осознаю, что, задумавшись, уже некоторое время шарю руками по столу и никак не могу нащупать злосчастный брелок с флешкой. Собираю в стопочку все бумаги. Медвежонка на столе нет. Внутри холодеет от нехорошего предчувствия. Куда он мог деться? Я же никуда не выходил. После ухода Светки сидел на стуле как приклеенный.

Осматриваю пол. Бежевая меховушка валяется под столом. Зря старалась Ольга Васильевна, битый час читая мне мораль о важности записей на флешке и о моей безалаберности. Все равно не помогло. Интересно, что бы я делал, если б флешка не нашлась?

Дома быстро разогреваю ужин. Благо, маман не бросает одинокого отпрыска-переростка и периодически приносит какой-нибудь жратвы. Она знает, что в противном случае сынок обойдется пельменями, сосисками с яйцами, ну или пиццей с роллами, перебиваясь изредка ресторанными изысками, да харчами от случайных девиц.

Когда-то мы собирались жить в этой квартире со Светкой. Но она свадьбу отменила, а другой постоянной подруги как-то не нашлось. Пара претенденток были, но незаметно канули в Лету. Вероятно, я им не слишком приглянулся.

Не выдерживаю и тащу на кухню ноутбук, чтобы параллельно с едой посмотреть сверхсекретные материалы. Вставляю флешку. На экране одна единственная папка со странным названием «Галопом по Европе». Оригинальное чувство юмора у Ольги Сергеевны. Неужто, ее угасающий мозг так пытался зашифровать документы?

Надежды на старческий маразм Зозули мало, потому что я отлично помню, что записывал с компа Замдиректора файлы с цифровыми наименованиями. Где же они? Лихорадочно тыркаюсь во все подряд. Открываю первый попавшийся файл – билеты, другой – бронь отелей, третий – экскурсионные программы. Что за бред? Это шутка? Там что угодно, но не то, что нужно. Откуда здесь вся эта дрянь?!

Аппетита как не бывало. Кидаю тарелку с недоеденным пловом в раковину. Перед глазами стоит размахивающая руками Светка. Ох, не зря Нина Алексеевна всегда убирала все ценное подальше от нее. Хватаю телефон и нахожу номер бывшей подруги. «Абонент …» – начинает сообщать мне механический голос, а я швыряю телефон на диван. Иванова вечно забывает зарядить телефон. Никогда нельзя ей дозвониться с первого раза. Выход один – бежать к ней домой. Все равно флешку по телефону не обменяешь.

Светка – безумное недоразумение, а не человек. Постоянно все теряет, ломает, забывает. Если ехали с ней куда-нибудь на отдых, однозначно можно было прогнозировать, что она заставит меня мчать в магазин покупать зубную щетку, которую она забыла взять; звонить в турфирму, потому она забыла взять документы с адресом отеля; бежать на ресепшен за ключом, потому что наш она умудрилась закрыть в номере.

К счастью, идти домой к этой дурынде недалеко. Беда моей жизни живет в соседнем подъезде. Все детство мы провели вместе. Наши матери до сих пор перезваниваются и встречаются несмотря на то, что моя давно переехала в другой район.

Накидываю куртку, как никак на дворе начало ноября, и вылетаю из квартиры.

– Мишенька, – встречает меня Нина Алексеевна с удивленной улыбкой, – как же давно я тебя не видела. Проходи.

– Теть Нин, а Светлана дома? Я что-то не смог ей дозвониться.

– Светлана… – повторяет она за мной имя внучки. – Раньше-то все больше Светка, да Светик, а теперь вон как. Что же вы наделали? И ты до сих пор один ходишь, и у Светочки жизнь не ладится. А уж двадцать пять лет красавице.

Бабуся явно настроена на лирический лад. Мне сейчас в самый раз пуститься в воспоминания о том, как ее милая внученька послала меня за месяц до свадьбы. Всплакнем на пару с несостоявшейся родственницей, что уж там.

– Теть Нин, мне позарез Светлана нужна, – сам спотыкаюсь об эту «Светлану», но не знаю, как ее по-другому можно назвать. «Светка» и «Светик» это из другой жизни. Они точно не прокатят, слишком много с ними связано. Достаю бежевую меховушку, – мне срочно надо поменяться с ней брелками. Сегодня на работе она мой нечаянно утащила.

– Мишенька, так ее нет. Они прямо с работы в Вену улетели. На все выходные. Галопом по Европам, – вдруг смеется Нина Алексеевна, – сегодня и завтра в Вене, потом в Рим, а потом еще куда-то. Вроде, вернутся из Барселоны. Но не уверена. Так что дома будет только в воскресенье. Давай, я ей передам.

– А во сколько они сегодня прилетают в Вену? – мои руки начинают жить своей жизнью, на всякий случай убирая брелок подальше от чересчур заботливой собеседницы. Верхним конечностям необходимо срочно что-нибудь смять, сломать, а лучше шарахнуть. Чтобы их хоть чем-то занять, достаю телефон и предоставляю пальцам возможность лихорадочно жать на кнопку вызова. Зачем? Надеюсь узнать, что флешку она дома оставила? Исключено! Если она уехала сразу с работы, то брелок должен быть с ней.

Нина Алексеевна смотрит на часы. Те показывают около восьми вечера.

– Так они уже давно там. Уже, наверно, по старушке Вене гуляют…

– А что же она тогда телефон не включает? Я ей прямо сейчас звоню.

– Мишенька, можешь и не звонить. Светочка дня три-четыре назад свой телефон в ремонт отнесла. Новый покупать дорого. Вы же, молодежь, не хотите чего-то простого, вам все навороченные подавай. Так вот она и осталась временно без своего аппаратика. Стала искать какой-нибудь старенький на время, так и стареньких нет. Светочка их сразу все продает, как только новые покупает. Такая, прям, деловая, – старушка, похоже, искренне рада, что нашла во мне благодарного слушателя, и использует неожиданно свалившийся на нее шанс на полную катушку. – Уж я у себя нашла какой-то совсем захудалишный, но в рабочем состоянии. Его еще Светочкиной маме давно покупали, потом Светочка в школе с ним ходила, потом и я им несколько лет попользовалась, пока мне новый не подарили. Светочка чертыхалась, чертыхалась, а делать нечего, пришлось красавице с таким доморощенным ехать.

Слушаю болтовню Нины Алексеевны, но слова отскакивают от меня теннисными шариками. Ясно одно: мою флешку мне сейчас не достать. Придется идти на поклон к Ольге Сергеевне. И плевать, какой краковяк она станцует на моей поверженной голове. Если я не подготовлю документы к понедельнику, то с работой и карьерой можно прощаться однозначно.

С моей специфической специальностью найти подходящую работу будет крайне тяжело. Фирм, где требуются архитекторы не так уж