Пираты - Йен Лоуренс

– Там, на острове, еще осталось целое состояние,- вещал Дашер.- Спрятанные сокровища. Что вы на это скажете? Надо сойти на берег и забрать их.

Он разговаривал с собой сам. Все стояли вокруг Грейса, уставившись на его кошмарную маску. Глаза на ней располагались на разной высоте, но оба выпирали наружу. Он нашел взглядом Горна.

– Ты. Надо было сразу тебя убить. Вырвать сердце и скормить рыбам. Ты погубил клад и утопил судно. Какое еще несчастье ты принесешь?

– Смертный приговор. – Горн нагнулся и натянул цепь.

– Тебя ожидает та же участь как дезертира. – Грейс поморщился от натяжения цепи, которую Горн крутил, стараясь разделить его и Дашера.- Если повезет, тебя прогонят сквозь строй. Тысяча палок, и твой хребет высунется всем на обозрение.

Горн яростно крутил цепь. Звенья растягивались и гнулись. Крякнув, он разорвал ее.

– Есть и другой путь,- продолжал Грейс – Открытое море. Открытое для всех вас. – Его ужасные глаза переметнулись с Горна на Баттерфилда, потом на Маджа, на меня, – Парень, неужели ты об этом не мечтал? Быть свободным как ветер, море – твой дом. Сам себе хозяин, никто не имеет права тебе указывать. Жизнь наполнена событиями, ты – поденщик моря, твои инструменты – сабля и пушка. Море зовет тебя, парень. Пиратство – твое призвание. Неужели ты об этом не мечтаешь?

– Я мечтаю, чтобы тебя вздернули,- гордо ответил я, хотя его маленькая речь взбудоражила мою душу. И по шарканью ног за своей спиной я понял, что перед глазами остальных пронеслись те же видения.

– Завидная жизнь, – продолжал он, как будто не услышав моего ответа.

Он подтянулся и сел, опершись спиной о фальшборт. Теперь он обращался к Маджу:

– Все равны на корабле фортуны. Когда пираты в деле, никаких «есть, сэр» не слышно.

Он повернулся к Баттерфилду:

– Не надо надрываться для хозяина. Каждый сам себе хозяин.

Мне он сказал:

– Идешь, куда гонит ветер, навстречу судьбе.

Наконец обратился и к Дашеру:

– Если хватает мужества, ты властелин всего океана.

Слова его были опасны. Он обращался напрямую к сердцу каждого из нас. Дай ему волю, он бы всех превратил в пиратов. У некоторых, уже заблестели глаза. Но Баттерфилд прекратил его излияния словами:

– Расскажешь все это судье. Может быть, его убедишь, а меня уговаривать бесполезно.

Он отступил на шаг и приказал Джорджу Беттсу и Гарри Фримэну:

– Засуньте его в «Пещеру» и прикуйте там как следует.

Бартоломью Грейс не сопротивлялся, но обернулся и крикнул Горну:

– Ты будешь висеть со мной, бок о бок. Уж я позабочусь.

Когда его отвели подальше, он заорал еще громче:

– Думаешь мной откупиться? Повисим в цепях, Горн! Вместе, ты и я! Дезертиров не прощают, Горн!

В последний раз он обернулся, когда его уже впихивали в люк. Он вытянул свою когтистую клешню в нашем направлении:

– Проклинаю это судно и каждого человека на нем. Я клянусь, никто из вас не увидит больше своего дома. По законам Олрона все вы отправитесь к Дэви Джонсу,

Он как будто утонул под палубой. Запихнувшие его матросы последовали за ним, от его проклятий и пророчеств у меня по спине побежали мурашки.

Дашер хлопнул в ладоши:

– Ладно, все нормально. Кто здесь капитан?

Баттерфилд удивленно поднял голову. Я полагал, что у него в ушах, как и у всех нас, еще отдаются вопли Грейса.

– Ну скажите же мне, – продолжал Дашер.- Кто на судне капитан? Кто этот счастливчик?

Дядя Стэнли нахмурился:

– Я – капитан Баттерфилд.

– Да благословит вас Господь, – широко улыбаясь, затянул Дашер. – День, когда вы вытащили меня из моря, запомнится вам как самый удачный в вашей жизни.

Морщины на лбу Баттерфилда углубились:

– Да кто вы, черт возьми, такой?

Улыбка Дашера погасла, он глянул на меня:

– Джон, ты им не сказал?

– Конечно, сказал. Капитан, это Дашер.

Баттерфилд улыбнулся и пожал Дашеру руку.

– Очень приятно, сэр. Я перед вами в долгу.

– О нет, сэр. Пока еще нет,- затараторил Дашер. – Давайте-ка быстренько вернемся на остров, и я наполню ваши карманы таким количеством серебра, что вам придется подвязывать штаны канатом.

– На остров?

Дашер кивнул:

– Я в лодке смотаюсь на берег и доставлю серебро.

– В этой? – Баттерфилд указал на разбитый баркас – все, что у нас осталось.- Поднять паруса! – скомандовал Баттерфилд и сообщил Дашеру: – Мы идем в Англию.

– Капитан! – закричал Дашер. – Джон, скажи ему о моей бочке. -

Я пошел за Баттерфилдом по трапу.

– Сэр, это правда, – заверил я его. – У него на острове бочка, полная серебра и золота.

Баттерфилд вошел в каюту, наклонился над лежащей на столе картой и взял в руки карандаш и параллельные линейки.

– Мы можем задержаться и забрать клад. Времени хватит.

– Извини, Джон.- Он проложил курс через рифы, потом протащил линейку к розе ветров.

– Но, сэр, для Дашера это очень много значит.

– Именно поэтому я и хочу оставить этот клад там, где он сейчас, – Он отметил курс карандашом и захлопнул линейку.- Ты знаешь, что Библия говорит о деньгах?

– Что деньги – источник всякого зла.

Он покачал головой.

– Не совсем так, Джон. Сребролюбие корень всех зол. И вернее не скажешь. – Он посмотрел на меня. Доброе лицо его выражало озабоченность. – Подумай-ка о несчастьях, связанных с этими сокровищами. Это кровавые деньги. Сколько людей погибло, разыскивая этот клад. Лучше всего оставить его там, где он сейчас. Что бы ты ни думал по этому поводу.

Я поднялся на палубу и подошел к Дашеру. Он смотрел на Кулебру, проплывающую перед нами. Я сообщил о решении капитана.

– Я так и думал.- Дашер не скрывал своего разочарования. – Чуял нутром.

С его запястья свисала цепь, болтаясь от качки и стуча по сапогам. Пушки наши были подтянуты к бортам и закреплены. Горн и еще один матрос выбрасывали остатки баркаса за борт.

– Никогда мне не разбогатеть,- посетовал Дашер. – Все время не везет.

– Чем ты теперь займешься? Он вздохнул:

– Очищу пару-другую карманов, чтобы составить начальный капитал. Может, куплю себе танцующего медведя и пойду с ним по Англии. Может быть, поступлю в театр. Из меня выйдет хороший актер, ведь так?

– Думаю, что да.

– Энергия во мне не иссякла. Большое приключение за плечами.