Один румынский дракон - Бекки Чейз

еще держась за щеку, свободной рукой она соорудила портальный круг и шагнула в него, не задумываясь о месте назначения. Впервые было все равно, куда перемещаться. Куда угодно, прочь, лишь бы поскорее удалиться и больше никогда не возвращаться и не вспоминать о тете.

Всполох на секунду ослепил и рассеялся посреди шумной Грейкот-лейн возле до боли знакомого здания со сфинксом на фасаде. Увернувшись от крылатого коня, с грохотом волочившего за собой повозку с углем, Присцилла приложила ладонь к груди, чтобы унять подпрыгнувшее от волнения сердце. Пальцы наткнулись на плотный конверт за отворотом жакета.

«Письмо из Фонда все еще у меня…»

Она забрала его из номера в «Миллениуме» в самый последний момент, уже стоя на пороге, и теперь посчитала знаком свыше. Портал перенес сюда неспроста. Значит в мыслях этого хотелось.

Решив, что терять нечего, Присцилла встретилась с Аллегрой Уиллоби, которая вопреки опасениям приняла ее весьма благодушно. Заулыбалась, предложила чай и пожурила доброжелательным тоном:

— Отчего же вы сразу не сказали, что написали отчет, будучи в Румынии?

— Я… — Присцилла замялась, гадая, какой ответ не вызовет подозрений. — Просто не успела.

— Ваш куратор так сетовал из-за выговора. И, разумеется, оставил блестящие рекомендации! — заведующая принялась возиться со свитками. — Когда вы готовы приступить?

Присцилла даже не раздумывала.

— Хоть сегодня! — выпалила она и добавила, смутившись: — Если вам это подойдет.

Не хотелось показаться излишне навязчивой и поспешной, но Аллегра Уиллоби лишь одобрительно кивнула.

— Похвальное рвение. Логан в вас не ошибся, — она еще громче зашелестела бланками. — Вот, подпишите у Главы Фонда и можете отправляться в заповедник.

С пунцовым лицом Присцилла забрала их ее рук внушительную стопку бумаг.

«Неужели все так просто? И прямо сейчас начнется моя новая жизнь?»

Сборы и перемещение в Клуж-Напоку, а затем в Синаю действительно не заняли много времени. Гораздо дольше Присцилла разбирала завал в кабинете, куда ее отвели другие егеря, решив, что, если Логан дал рекомендации, пусть с ним и работает. В отсутствии заданий уборка стала единственным развлечением. Очищая заклинанием стекла и оживляя увядший цветок, Присцилла не могла поверить в собственное безрассудство.

«Я бросила высший свет и пользуюсь бытовой магией как прислуга… Оказывается, это вовсе не унизительно! Пожалуй, даже интересно».

В школе доводилось мало практиковаться. Теперь она наверстывала упущенное, наводя порядок вокруг себя, и в хлопотах не успела подготовиться к встрече, как и скрыть накатившее волнение. Едва Логан переступил порог, руки задрожали, и она едва не растеряла перья, которые пересчитывала.

Предчувствуя не самый радушный прием, Присцилла отбивала колкостями каждую встречную фразу, и как в воду глядела — пользуясь положением, Логан принялся издеваться. Напрасно она надеялась совладать с собой. Присутствие этого невыносимого мужчины по-прежнему лишало ее собранности. Забыв об аргументах, Присцилла в ярости кинулась к двери, но Логан помешал бегству. Схватил, проигнорировал угрозу… и поцеловал.

Злость мигом улетучилась, колени подогнулись, а сердце предательски заныло, словно только и ждало, когда горячие губы заткнут ей рот. Она не хотела признавать, что скучала по жадным прикосновениям. Запрещала себе поддаваться и все же млела в сильных руках, ни на секунду не ослаблявших хватку. Близость Логана будоражила до дрожи. Дыхание срывалось, грудь распирало от жара, низ живота тянуло в предвкушении.

«Пресвятые Мерлин и Моргана! Я все-таки его люблю… Не за что-то. Вопреки!»

— Я очень рад тебя видеть.

От тихого шепота Присцилла растаяла. Для вида, разумеется, съязвила, но оттолкнуть не смогла.

— Мне было очень обидно, Логан, — наконец, призналась она. Не в упрек, а просто чтобы между ними не осталось недомолвок. — Обидно и больно…

Он виновато посмотрел ей в глаза — не моргая, не отводя взгляда.

— Я больше никогда не сделаю тебе больно.

От обещания к горлу подкатил всхлип, а тревожные мысли о будущем разлетелись вдребезги как чашка из фарфора от удара о паркет.

«Искала мецената, а нашла егеря».

Присцилла усмехнулась шутке судьбы.

Обрадовавшись ее улыбке, Логан наклонился, чтобы снова поцеловать.

— Эй, — она прижала палец к приближающимся губам. — В этот раз я легко тебе не достанусь.

В ответ Логан подхватил ее как пушинку и закружил:

— Я буду очень настойчив.

— Пусти! — рассмеялась Присцилла, вцепившись в крепкие плечи в попытке удержать равновесие.

— Ни за что, — остановившись, Логан целовал ее, не давая увернуться — в щеку, скулу, кончик носа. — Никогда не отпущу.

И пока она хохотала, свободной рукой ловко расстегивал пуговицы на блузке. Вторая, отпустив талию, нахально скользнула к ягодицам.

«Вот же неугомонный! А если кто-нибудь войдет?»

— Нас увидят! — Присцилла испуганно встрепенулась, когда он усадил ее на стол, и безуспешно потянула вниз задранную юбку. Сопротивляться с приспущенными панталонами было довольно сложно — тонкая батистовая ткань ее стреножила. — Так нельзя…

Не говоря ни слова, Логан опустился на колени. Охнув, Присцилла попыталась свести бедра и не смогла — он мягким нажимом удержал их широко распахнутыми перед своим лицом.

— Рик, это непристой… — протест утонул в глухом стоне, когда дразнящий язык провел по увлажнившимся складкам, медленно их раздвигая.

«Непристойно… и изумительно».

Томящее поглаживание заставило ее вульгарно податься вперед, навстречу ласке. Однажды Логан уже проделывал подобное, но теперь ощущения были иными, усилившимися во сто крат. Прерывистое дыхание щекотало кожу, а язык упруго надавливал там, где хотелось его чувствовать больше всего на свете.

Выгнувшись назад, Присцилла прижалась ближе и умоляюще застонала:

— Еще…

Довольно хмыкнув, Логан обхватил губами набухший бугорок. Отпустил, лизнул и снова втянул в рот, так что Присцилла вскрикнула. Пальцы на ногах поджались, голова закружилась, руки, на которые она опиралась, обессилили. Едва не рухнув на спину, Присцилла уцепилась за край стола, а Логан продолжал, раззадориваясь.

Ритмичное скольжение сводило с ума. А когда он толкнулся языком внутрь, Присцилла без стеснения развела ноги еще шире.

— Рик, пожалуйста… — она уже не знала, о чем просит.

Ей просто хотелось чувствовать его в себе, как тогда, в палатке.

Разжавшись, пальцы соскользнули с деревянного края, и Присцилла опрокинулась на стол, но это лишь обострило удовольствие — в таком положении язык проникал глубже. Скользнув ладонью по солнечному сплетению, Логан добрался до груди и