Кровавое золото - Луис Ламур

Индейцы возникли из тьмы неожиданно. Полыхнул выстрел, упала лошадь, и Дэн Родело рванул винчестер, выстрелив на вспышку. Отскочил в сторону, расставил ноги для упора и выстрелил по новой вспышке, потом бросился на песок и, откатившись за убитую лошадь, снова начал стрелять.

Он расстрелял все заряды и схватил винтовку убитого индейца. Когда и там патроны закончились, спокойно перезарядил свою. Наступило временное затишье. Кто-то оказался рядом с ним и вдруг заговорил. Это был Том Беджер.

— Ты действительно пришел сюда за золотом?

— Я правду сказал, Том.

Он помолчал, а потом добавил:

— У меня, Том, никогда не было много денег, но я работал. Добывал себе место в жизни — пока не встретился с Харбином на дороге…

— Не повезло, — сказал Беджер.

Они помолчали. Потом Беджер спросил:

— Думаешь, мы кого-нибудь подстрелили?

— Ага… Одного, может, двоих.

— В такой тьме трудно сказать. После паузы он добавил:

— Предчувствие у меня, сынок. Чувствую, что из этой истории я не выберусь.

— Ты с ума сошел. Уж если кто выберется, так это ты… ***

В нескольких сотнях ярдов от них собрались индейцы. Юма Джон был хмур.

— Я думаю, это конец, — сказал он. — Я больше не хочу. Слишком много убитых.

— Они всего лишь люди, — сказал Панама.

— Мы тоже, — ответил Юма Джон. — Думаю, лучше подождать другого раза.

— Нет, — сказал Панама. — Я хочу этих.

— Я ухожу, — твердо сказал Юма. — Кто со мной? К нему присоединились два индейца. Когда они уехали, Панама посмотрел на оставшихся. Четверо остались с ним. Что ж, доля каждого станет больше. Потом, правда, будет тяжело, когда они вернутся домой. Ему всегда везло, и молодые воины искали случая поехать с ним. Теперь скажут, что удача его покинула…

Панама повернул к берегу, где они нашли дохлую лошадь и несколько следов. Их добыча исчезла. Панама двинулся следом, ведя за собой остальных.

Засада должна была стать удачной. Он разгадал хитрость с костром, они зашли вперед и ждали, пока придут белые люди. Слышно было, как те идут вдоль кромки воды, но в темноте легко ошибиться в расчетах. Несколько его людей, которые должны были стрелять в лошадей, потратили пули впустую. Ответные выстрелы убили воина.

— Смотри, — сказал один из молодых яки.

На песке было темное пятно. Кровь! Панама поднял голову и посмотрел вперед. Один из тех ранен, тяжело.

Джо Харбин обнаружил это почти в тот же момент, но на четверть мили дальше вдоль берега. Том Беджер брел позади, опираясь на грулью.

— Том! Какого черта?!

— Я все же поймал пулю…

— Плохо? — Харбин остановился.

— Не дай им добраться до меня, Джо. Я не хочу, чтобы они меня продали.

— Не продадут.

— Я это и имел в виду.

Дэн Родело оглянулся назад. Они добрались до этого места — как же оно называется? Обрыв Морского Льва…

— Давайте остановимся здесь, — сказал он. — Отсюда увидим всю бухту. Тут высоко — сможем подать сигнал. Костер зажжем или еще как-нибудь…

— Эти индейцы, — сказал Том, — они придут следом за нами.

— А почему бы нам не устроить засаду на них прямо здесь? — спросил Джо Харбин. — Лучшего места не найти.

Вдоль берега тянулись скалы, под обрывом ревели морские львы, оправдывая название места.

Они залегли между скалами и кустарником и ждали, а позади вздымалась громада обрыва.

Волны шелестели галькой внизу… был час отлива… где-то неподалеку ворчали и шевелились морские львы. Нора придвинулась поближе к Родело и прошептала, едва шевеля губами:

— Что мы будем делать?

— Ждать, — ответил он.

— Том! — подал голос Харбин. — Куда тебя ранило?

— В живот.

Харбин выругался. Вдруг Нора сказала:

— Дэн, вон там свет! На воде!

Теперь все они увидели его. Свет был далеко, но виднелся отчетливо. Без сомнения, это было судно, стоявшее на якоре, и его повернуло отливным течением так, что свет стал виден.

— Все же мы смогли это сделать! — сказал Том. — Это, наверное, корабль Айзечера!

Минуты тянулись. Доносилось приглушенное шуршание морских львов — а больше ничего.

Здесь безопасно. Черный обрыв великолепно скрывает маленькую группу. Каждый звук четко слышен в ночной мгле.

Родело поудобнее уложил винчестер. У него оставалась лишь одна винтовка, теперь полностью заряженная. Вторую, совсем плохую, он бросил на пляже. Он ощупал пальцами патронташ и знал, что у него не меньше семидесяти патронов, все калибра 0, 44[8]; они подходили одинаково и к винтовке, и к кольту.

Они услышали шелест песка раньше, чем индейцы появились в поле зрения, но и теперь было заметно лишь неясное движение изменчивых теней на светлом фоне песка. Фигуры не различались.

Внезапно Нора прошептала:

— Джо… не нужно! Судно здесь. Может быть, утром мы попадем на борт без боя… Он оттолкнул ее.

— Ну уж нет… на это у нас не будет ни одного шанса!

Он поднял ружье, и Том Беджер, лежащий животом на холодном песке, сделал то же самое. За скалой Родело уложил свой винчестер в нужное положение.

Может быть, промелькнуло какое-то движение, может быть, отблеск света на ружейном стволе, но внезапно Панама прошипел сигнал тревоги.

В то же мгновение ударил винчестер Харбина, и, как двукратное эхо, ему ответили винтовки Беджера и Родело.

Вскрикнул человек, вскинулась лошадь, захрипела… Быстро загремели ответные выстрелы, выбрасывая пламя в сторону обрыва.

О прицельном огне речи не было, потому что цели не были видны, лишь размытые силуэты и вспышки выстрелов индейцев. Трое лежали на земле, выдавая себя лишь вспышками пламени из стволов. Их тела сливались с чернотой обрыва за спиной.

И вдруг стрельба утихла, донесся только топот копыт. Джо выстрелил еще раз вслед удаляющемуся коню.

И наступила тишина…

Только плеск воды, легкое шевеление ветра, яркие звезды высоко во тьме над ними…

— А что мы теперь будем делать? — спросила Нора.

— Подождем, — ответил Джо Харбин с усмешкой.

С земли донесся тяжкий стон, потом хриплое дыхание.

— Джо! — голос Беджера был слаб. — Джо, пусть малыш заберет золото. Дай ему забрать его. Не стоит…

— Ну, ясное дело, — легко ответил Харбин. — Не беспокойся об этом. Я и сам думал так сделать.