Взгляд тигра - Уилбур Смит

– Он ничего не говорил? – спросил я. Она отрицательно покачала головой. – Что ж, история занятная. Жаль, не можем проверить, сколько в ней правды.

Шерри резко вскочила и подошла к перилам веранды. Обхватив себя руками, она стояла и злилась так, что будь у нее хвост, стегала бы им воздух, как львица. Наконец она успокоилась, пожала плечами и повернулась ко мне с улыбкой на губах.

– Ничего не поделаешь. Просто думалось, что можно на что-то рассчитывать. Я проделала долгий путь, разыскивая человека, которого Джимми любил и которому доверял, надеялась на вашу помощь. Но если вы хотите забрать все, я вам помешать не в силах.

Она тряхнула своей гривой – волосы всколыхнулись и заиграли в свете лампы.

– Давайте отвезу вас в отель. – Я встал и прикоснулся к ее плечу. Шерри обняла меня за шею, запустив пальцы в мою густую шевелюру.

– Это так далеко, – прошептала она и, привстав на цыпочки, притянула меня к себе.

Губы у нее были мягкие и влажные, язык неугомонный и требовательный. Немного погодя она откинулась назад, быстро и часто дыша, посмотрела невидящим взглядом и улыбнулась:

– Возможно, я не совсем зря прилетела?

Я подхватил ее на руки – весила она не больше ребенка – и понес в бунгало, давно научившись не пренебрегать пищей, пока она есть: кто знает, когда настанут голодные времена. Шерри обхватила меня за шею и прижалась щекой к щеке.

* * *

Она раскинулась под москитной сеткой на широкой двуспальной кровати. Мягкий свет раннего утра был к ней беспощаден: макияж размазался и раскрошился, рот открылся во сне, масса золотистых волос превратилась в неопрятную копну и резко отличалась цветом от треугольника темных завитков внизу живота. Ночью мисс Норт оказалась неуемной садисткой и с утра вызывала у меня отвращение.

Я тихо выбрался из постели и несколько секунд тщетно выискивал в спящем лице сходство с Джимми Нортом. Нагишом спустился к берегу, окунулся в прохладные чистые воды прилива и, мощно загребая руками, быстро поплыл австралийским кролем к входу в бухту. Соленая вода жалила и разъедала глубокие царапины на спине.

Утро выдалось удачным. За рифом дожидались старые приятели – большие носатые дельфины. Косяк помчался мне навстречу, то перепрыгивая через темные волны, то рассекая их высокими плавниками, и через минуту дельфины со свистом и фырканьем окружили меня. Их огромные рты словно застыли в простодушно-глуповатой улыбке. Мы с удовольствием поиграли минут десять, а потом крупный старый самец позволил ухватиться за спинной плавник и взял на буксир. Вышла захватывающая прогулка – сопротивляясь, вода кипела и пенилась вокруг, а в полумиле от берега меня и вовсе оторвало от дельфиньей спины.

Назад я плыл долго. Дельфин описывал круги, время от времени дружелюбно подталкивая меня в бок, – приглашал прокатиться еще раз. У рифа, посвистев на прощание, стая грациозно умчалась прочь, а я, счастливый, пошлепал по воде к берегу. Немного побаливала рана, но ощущение было, скорее, приятным – рука заживала и набирала силу.

Постель опустела, дверь в ванную была заперта. Очевидно, она приводила в порядок подмышки моей бритвой. Это действовало на нервы – старый пес перемен в жизни не любит. Я воспользовался душевой для гостей, и вместе с океанской солью поток горячей воды смыл и унес раздражение. Посвежевший, но небритый и голодный, как питон, я отправился на кухню. К приходу Шерри на плите жарилась ветчина с кусочками ананаса, а я намазывал хлеб маслом.

Лицо мисс Норт снова выглядело безупречно, волосы уложены и покрыты лаком – должно быть, в сумочке «Гуччи» поместился целый прилавок косметики. На губах сияла улыбка.

– Доброе утро, любовь моя. – Шерри томно улыбнулась и подошла меня поцеловать.

Подаренное дельфинами солнечное настроение примирило меня со всеми живущими в мире тварями, и даже неприязнь к этой нарочито яркой женщине улетучилась. Мы много смеялись за завтраком и прихватили кофейник на веранду.

– Так когда за «пого-стиком» отправишься? – вдруг поинтересовалась она.

Я не ответил и налил еще одну кружку крепкого черного кофе. Шерри, очевидно, решила, что, проведя со мной ночь, заполучила раба на всю жизнь. Может, я и не знаток женщин, но, лишившись невинности до знакомства с ней, кое-какой опыт имел и считал, что прелести мисс Норт не стоили четырех ядерных ракет и бортового самописца с секретного истребителя-штурмовика.

– Как только скажешь, где искать, – уклончиво сказал я.

Испокон веков женщины тщеславно считают, что если мужчина им почему-то нравится, то он у них в долгу. По мне, так должно быть наоборот.

Шерри коснулась моей руки, тигриные глаза расширились и потеплели.

– После прошлой ночи я знаю, что у нас все впереди, Гарри, – хрипло шепнула она. – Мы должны быть вместе.

А я в ту ночь долго лежал без сна и принял решение. Самолета в брезентовом узле быть не могло. Возможно, небольшая деталь или обломок – в доказательство, что на дне лежит именно он. Вряд ли это «черный ящик» или одна из ракет. У Джимми Норта не было времени извлечь самописец из фюзеляжа, даже если бы он знал, где искать, и захватил с собой инструменты. С другой стороны, громоздкий, округлый сверток ничем не напоминал аэродинамические контуры ракеты.

Скорее всего завернутый в брезент предмет особой ценности не представляет. Подняв его со дна в присутствии Шерри Норт, я открою самую мелкую карту из тех, что у меня на руках, а примут ее за козырного туза. Главного – места падения самолета у Пушечного рифа – никто не узнает. В то же время я спровоцирую хищников на первые шаги, и будет крайне полезно посмотреть на действия мадемуазель Норт, вообразившей, что ей все известно.

– Гарри, – снова зашептала она и придвинулась ближе, – поверь мне, пожалуйста. Со мной такого никогда раньше не было. Увидев тебя, я сразу поняла…

Я отвлекся от раздумий и потянулся к ней, старательно изображая простофилю, изнывающего от страсти и нетерпения.

– Дорогая… – Я по-медвежьи облапил Шерри.

Смазанная помада и помятая прическа настроения ей не улучшили, и, чтобы ответить мне с той же пылкостью, Шерри пришлось напрячься.

– А ты? Ты тоже так чувствуешь? – Она задыхалась в объятиях, но продолжала играть роль.

Смеха ради, дабы досмотреть представление до конца, я подхватил ее на руки и потащил на развороченную, неопрятную постель.

– Сейчас сама увидишь.

– Милый, – отчаянно запротестовала она, – только не сейчас.

– Это почему?

– У нас столько дел! Еще успеем – впереди времени много.

Вроде бы нехотя, я оставил Шерри в покое, хотя, по правде говоря, был ей признателен. После всей съеденной на завтрак ветчины и выпитого кофе изжога была бы мне обеспечена.

В полдень я вышел из Гранд-Харбор, держа курс на юго-восток. Команда осталась на берегу, предупрежденная, что рыбной ловли не будет. Чабби посмотрел сверху вниз на Шерри, разлегшуюся в бикини на палубе кокпита, нахмурился, но промолчал.