Сердце моря - Владислав Павлович Фирсов

«А где Аня? Почему-то я её не вижу».

Из раздумий меня вывел весёлый крик вожатого.

– Всем доброго утра! Я очень рад видеть вас в самом великолепном месте мира, небольшой стране детства! Это лагерь «Сердце моря», и именно здесь пройдут двадцать ваших самых лучших дней! Следуйте за мной.

Толпа детей выстроилась по парам в ровный строй. Мне, к сожалению, пары не досталось…

***

День пролетел незаметно. Бóльшая его часть была посвящена организационным вопросам. Мы получили индивидуальный комплект формы: каждый отряд вытягивал бумажку, где был написан один из цветов радуги. Нам достался синий. После этого, мы бегали по всему лагерю и таскали на себе огромные мешки с постельным бельём. Благо, потом нас наградили вкусным обедом и большим яблочным пирогом.

С наступлением вечера вожатый решил устроить общее отрядное знакомство. Для меня, эта процедура всегда была своеобразной современной пыткой. Хорошо, что в этом лагере отряды состоят всего из десяти ребят и одного вожатого. Но я всё равно почти никого не запомнил… кроме Рената, мальчика из моего города, и Вити, нашего вожатого.

А потом начались отрядные игры. Я решил вновь отстраниться от общей массы и сел на небольшое заграждение.

На площадь огромным ярким и сочным лоскутным одеялом оранжевого, алого, синего, лазурного и бордового оттенков опускался закат. Золотые лучи тепло обнимали деревянные роты скамеек. Солнце весело играло в ещё вовсю зеленеющей листве.

Отряд был увлечён какими-то играми, но меня это совершенно не волновало. Я наблюдал за огромным, разноцветным от заката, морем, за волнами, которые ровными перьевыми облаками накатывали на скалистый берег. Пена представляла из себя палитру художника. А ветер, словно кисть, наносил эти самые перьевые краски на одинокие прибрежные камни.

– Чего один сидишь? – незаметно подошёл Витя. – Пошли ко всем…

Я смутился, густо покраснел и сидел молча, не зная, что ответить.

«Ну зачем? Я же сижу себе спокойно, никого не трогаю…»

– Тут так не принято… – снова сказал он, но уже более настойчиво. – Все должны быть вместе, одним целым.

– У меня всё хорошо… – тихо ответил я. – Можно мне немножко побыть в одиночестве?

– Дело твоё, конечно, но тут нельзя так…

Вожатый в раздумьях ушёл к детям.

«Ну, не моё это – находится в большом коллективе… Я могу чувствовать себя одиноким даже в толпе радующихся жизни детей».

***

Наступило время отбоя, и вожатые погнали всех спать. За целый "рабочий день" мы изрядно вымотались, поэтому никто не был против того, чтобы запрыгнуть в кровати в десять часов. Нас распределили по два человека в комнату, и, как ни странно, моим соседом оказался Ренат.

– Ну и денёк сегодня был… – как-то между делом сказал он.

– Угу… – нехотя ответил я.

– Погоди, мы же из одного города, так?

– Ну… да… На знакомстве же каждый свой город называл.

– Не люблю знакомится таким образом. У меня плохая память на имена.

«Ух ты! А мы, оказывается, в чём-то с ним похожи».

– Чтобы нормально запомнить имя человека, с ним нужно пообщаться, хотя бы минут десять – как бы в подтверждение его слов добавил я.

– Нужен ассоциативный ряд… нужно, чтобы появилось сочетание: имя – деталь внешности – черта характера.

В коридоре послышался звук шагов.

– Тише. – произнёс я шёпотом и приставил палец к губам.

Звук уходил куда-то вдаль, и я решил выглянуть из комнаты и обнаружить источник.

– Что там? – шёпотом произнёс Ренат.

– Опоздали… уже ушли.

Мы вернулись к своим койкам и продолжили готовиться ко сну. Разговор как-то не клеился, и, чтобы не навлекать злополучное "неловкое молчание", я решил запрыгнуть под одеяло и поскорее уснуть.

– Доброй ночи, рад нашему знакомству. – сонливо попрощался я.

***

Дни шли своей чередой, событий было много. Мы участвовали в разнообразных спортивных соревнованиях, интеллектуальных викторинах и концертах. Я наконец-то нашёл Аню. Оказывается, их отряд живёт с нами на одном этаже. У Рената тоже всё хорошо, он нашёл себе подругу, Катю, кажется, и, видимо, рассчитывает на что-то серьёзное. А что касаемо меня? Ну… Я бы тоже был не против попробовать поближе познакомиться с Аней.

Два часа дня, скоро полдник, нужно чем-то заняться…

– Может девочек позвать? – сказал я Ренату.

– Хе, опозда-ал, – ехидно протянул он, – я уже всё сделал!

Стук в дверь, и вот уже в нашей комнате две милые девушки.

– Приветик! – игриво пропела Катя, махнула тонкой ручкой и прыгнула на кровать к Ренату. Он приобнял её за талию и прижал к себе. Катя в ответ мимолётно поцеловала его в щеку.

Аня молча переминулась на ногах и тихонечко присела на краешек моего матраца. Наступила разрывающая тишина…

– Давайте поиграем во что-нибудь! – прервал тишину Ренат.

«Спасибо тебе огромное! Ты просто мой спаситель… Ещё бы пару минут этой неловкой тишины, и я бы на стену полез».

– Какие есть предложения? – подхватил я.

– А давайте в "бутылочку"! – Катя была на удивление игрива.

– У нас где-то была недопитая, – воодушевился Ренат и пошарил по полкам шкафа, – нашёл!

Мы расселись по кругу на полу и в центр положили бутылку.

– Так-с, на что играем? – спросил Ренат.

– Давайте на поцелуи! – Катя засветилась. – Если выпадают мальчик с девочкой, то в губы, а если пол одинаковый, то в щёчку.

– Ну-у, – протянул я, – хорошо, давайте… Аня, ты согласна?

– Да.

– Кто первый?

– Давайте я. – Катя потянулась к бутылке.

Она старательно закрутила сосуд, но он предательски сделал всего один круг и остановился на Ренате.

«Повезло…»

– Так, отвернитесь… – розовые щеки Кати засветились алым цветом.

Нам с Аней не оставалось ничего, кроме как отвернутся и ждать. Со спины доносились раздражающие "причмокивающие" звуки.

– Кто же так целуется? – ехидно сказал я.

– Отстань! На тебя ещё посмотрим. – Ренат явно не был доволен моим ёрничанием.

Когда они закончили, Ренат взял бутылку. Он ловким движением руки раскрутил её. Она пролетела два круга и остановилась… на мне…

– Чёрт… – сказали мы хором.

Выбора не было, и мы быстро поцеловались. Следующая очередь моя. Я взял бутылку в руки, недоверчиво повертел, положил на пол и раскрутил.

«Ох, кажется, я перестарался…»

Посчитать количество окружностей, которые описала крышечка бутылки, не представлялось возможным. Но вот она начала замедляться и, наконец, остановилась…

«Вот чёрт! Я был готов ко всему, кроме такого