Балканские призраки. Пронзительное путешествие сквозь историю - Роберт Д. Каплан

Объединение Македонии с Болгарией, несмотря на всю толерантность в этническом смысле, способствовало созданию на Балканах нового и исключительно сильного пророссийского государства, с чем не могли смириться Великобритания, Германия и в особенности союзница Германии Австро-Венгрия, имеющая собственные интересы на Балканах, которые требовалось защищать.

Условия Сан-Стефанского мирного договора следовало изменить. Эта мысль подтолкнула канцлера Германии князя Отто фон Бисмарка-Шонхаузена в июне 1878 г. организовать встречу, чтобы решить эту и другие проблемы, касающиеся великих держав. Она стала известна в истории как Берлинский конгресс.

Бисмарк, циник, обладавший даром предвидения, четко понял, куда могут завести Балканы великие державы. «Все Балканы, – предостерегал он, – не стоят жизни одного померанского мушкетера».

Немецкий канцлер этим заявлением сделал двойное предупреждение. Первое – Великобритании, которой следовало бы приложить больше усилий по сдерживанию России на Балканах, поскольку Германия, по крайней мере пока он находится у власти, вмешиваться не будет. Второе – своему главному союзнику, Австро-Венгрии, о том, что габсбургскому двору не стоит рассчитывать на поддержку Германии, если он проявит глупость, ввязавшись в войну с Россией из-за такой богом забытой земли, как Болгария. В результате Бисмарк оказался не прав. Война началась из-за кризиса в Сербии, но корни этого кризиса тянутся к притязаниям Болгарии на Македонию.

Бисмарк в своей гениальности, равно как и в своих главных просчетах, сопоставим с другим выдающимся политиком немецкоязычного мира XIX в. – князем Клеменсом фон Меттернихом. Оба были изобретателями, способными задержать будущее построением хрупкого настоящего из обломков прошлого. Символом этой техники стал Венский конгресс 1814 г., организованный Меттернихом, чтобы восстановить в Европе порядок периода до Наполеоновских войн. То же самое можно сказать о Берлинском конгрессе 1878 г. Бисмарка.

Бисмарку оказал помощь представитель Британии на конгрессе, Бенджамин Дизраэли, который дал понять русским, что продолжение создания Великой Болгарии будет означать войну с Великобританией. Таким образом конгресс Бисмарка смог расчленить Великую Болгарию до того, как она стала реальностью. Бо́льшая часть Северной Болгарии, между Дунаем и Балканским хребтом, получила свободу, как и было предписано Сан-Стефанским договором^[22]. Но южная половина Болгарии, между Балканскими горами и границей с Грецией, стала турецкой провинцией с местной автономией под управлением болгарского губернатора – православного христианина. Македонию оставили под непосредственным турецким правлением, словно русская армия вообще никогда не освобождала Болгарию и Сан-Стефанского договора не существовало.

Однако русские уехали из Берлина не в обиде. Бисмарк компенсировал им потерю Македонии предоставлением новых земель в Бессарабии, отнятых у Румынии, и Северо-Восточной Анатолии, отнятой у Турции. Более того, Берлинский договор гарантировал полную независимость славянским союзникам русских – сербам. А Австро-Венгрии в качестве этой новой провокации досталась соседняя с Сербией Босния, в которой сербское население тоже жаждало независимости. Это стало непосредственной причиной Первой мировой войны. Великобритания, в свою очередь, получила бывший турецкий остров Кипр.

Вместо того чтобы тонко решить проблему Македонии, Берлинский конгресс Бисмарка обострил ее: «восточный вопрос», в конце концов полыхнувший в 1914 г., оказался во многом следствием более раннего «македонского вопроса», который и в 1990-х гг. раздирает бывшие турецкие доминионы в Европе с такой силой, на которую способна только ненависть.

В Македонии итоги Берлинского договора мгновенно вызвали вспышку насилия. Войска султана, вместо того чтобы покинуть эту территорию согласно условиям Сан-Стефанского договора, получили возможность действовать без ограничений. В Охриде турки насиловали девушек, а затем пытали их кипящим маслом и раскаленным железом. Они воровали скот, вламывались в магазины, топили людей в навозных лужах свинарников за то, что те не могли платить заоблачные налоги. В городке Скачинци, к югу от Скопье, турецкие солдаты выкололи глаза и отрезали уши и нос некоему Петуру Лазову и заставили его мучиться несколько дней, прежде чем отрубили голову.

Кроме того, наступление русской армии, освобождавшей северную половину Болгарии, вызвало массовый исход разъяренных этнических турок, которые вместе с боснийскими мусульманами, бежавшими от Габсбургов, хлынули в Македонию, где присоединились к турецким войскам, терроризировавшим местное православное христианское население.

Местные православные священники под руководством митрополита Охридского Нафанаила отреагировали немедленно. Они организовали сеть по сбору огнестрельного и холодного оружия по всей Македонии, чтобы экипировать четы – мобильные отряды повстанцев, которые в октябре 1878 г. подняли восстание против турецких оккупационных сил. На протяжении последующего полувека македонское партизанское движение претерпело ряд радикальных изменений. Македонии суждено было стать своеобразным инкубатором не только современной войны и политических конфликтов, но и современного терроризма и клерикального фанатизма.

Первое македонское партизанское восстание в 1881 г. захлебнулось под кнутами и винтовочными прикладами турок в душных камерах тюрьмы Битолы. Турки были еще достаточно сильны, чтобы подавить открытое сопротивление, но не могли ничего поделать с проникновением на эту территорию новых бойцов и пропагандистов.

В тот же год Сербия сквозь зубы признала австро-венгерскую оккупацию Боснии, санкционированную Берлинским договором тремя годами ранее, и в ответ получила благословение от Габсбургского двора на отправку людей и снаряжения в Македонию в качестве противовеса османам и пророссийским болгарам. В 1885 г. непрекращающееся давление России на Турцию привело к объединению южной половины Болгарии с уже получившей независимость северной частью. Опасаясь, что болгары в итоге могут добиться своей цели – воссоздания Великой Болгарии, – турки сообразили, что могут получить выгоду, помогая сербам в борьбе с болгарами в Македонии.

В 1897 г. ситуация немыслимо осложнилась. Восстание на Крите стало поводом для войны между Грецией и Османской империей. Чтобы помешать Болгарии выступить на стороне Греции, турецкий султан Абдул-Хамид внезапно изменил свою политику в Македонии. Вместо того чтобы продолжать помогать сербам в их борьбе против болгар, султан выдал болгарскому царю Фердинанду carte blanche на помощь сербам в борьбе с греками.

Тем временем в городе Штип, что к юго-востоку от Скопье, шестеро заговорщиков, в том числе двадцатиоднолетний школьный учитель Гоце Делчев, на развалинах четнического восстания основали Македонскую революционную организацию. Чтобы отличить свое местное движение от еще одного македонского подпольного движения, возникшего в Софии, Македонская революционная организация вскоре была переименована во Внутреннюю Македонскую революционную организацию, или ВМРО. ВМРО в 1890-х гг. быстро набрала силу. Деньги они добывали грабежом банков и похищением людей ради выкупа.