Очень странные каникулы - Алла Литоренко

– Нет, сегодня Леночка не забегала, – потуже затянула под подбородком платок старушка. – А вы что такие испуганные? Случилось чего?

Пришлось признаться, что Сашина мама не появлялась дома с самого утра. Не слушая причитаний словоохотливой Валентины, ребята помчались на речку.

– Погода хорошая. Может, твоя мама решила искупаться, позагорать? А потом задремала на берегу, – Егор предпринял безуспешную попытку успокоить Сашу.

– Мама плохо плавает, – в голосе девушки послышались нотки отчаяния. – Она ни за что бы одна не пошла на речку!

Действительно, на берегу никого не оказалось. Не терявший надежду Егор сложил руки рупором и крикнул что есть мочи:

– Тёть Ле-е-ен! Ау-у-у!

В ответ послышалось карканье недовольных ворон.

– Поехали домой, – попросила Саша, пряча влажные от слёз глаза. – Вдруг мама уже вернулась? Варит уху и ждёт не дождётся, когда мы все дружно сядем за стол…

– Нашлась?! – выскочил им навстречу Сашин папа.

Сердце у Саши пропустило несколько ударов. В глазах потемнело. Если бы не Егор, который вовремя подхватил её под локоть, Саша так и села бы на траву.

– Значит, мама не вернулась, – едва слышно прошептала девушка.

– Что же я, в самом деле? – папа ожесточённо потёр глаза ладонями, будто хотел очнуться от кошмарного сна. – Надо ехать в полицию, писать заявление. Человек пропал! Лена!

С этими словами папа опрометью помчался к машине. Дорогу ему перегородил Егор.

– Дядь Игорь, подождите! Куда вы поедете в таком состоянии? Да и в полиции тёть Лену искать пока не станут.

– Как это не станут? – папа выпучил глаза, словно увидел ожившую мумию. – Ты, кавалер, чепуху не городи!

– Он прав, – обняла себя руками за плечи Саша. – Папуль, пропавших людей начинают искать спустя три дня после подачи заявления. Такое правило.

– Нет, это вопиющая халатность! – папа повысил голос и потряс кулаком. – Нарушение прав человека. Я буду жаловаться! Пока не знаю кому, но точно буду!

– Сгоняю домой, – сорвался с места Егор. – Может, дед знает, где искать тётю Лену.

– Я с тобой! – с готовностью откликнулась Саша.

Она давно заметила: тревога отступает, если разворачиваешь бурную деятельность. Ждать, мучась от неизвестности, – это самое невыносимое.

Крепко взявшись за руки, ребята побежали к дому Дмитрия Евсеича.

– Лена-а-а, на кого ты меня оставила-а-а! – доносился до них скорбный вопль Сашиного папы. – Что это за деревня такая, где все исчезаю-ю-ют?

К удивлению Саши и Егора, входная дверь была заперта.

– Неужели дед до сих пор не вернулся с рыбалки? – пробормотал юноша, открывая замок своим ключом.

– Но ведь мы не встретили его на берегу, – напомнила Саша и робко вошла в тёмную прихожую. – Ты говорил, Дмитрий Евсеич обычно рыбачит неподалёку от кривого моста. Мы видели сегодня это место.

– И никаких рыбаков там не было, – кивнул Егор. – Ничего не понимаю! Утром дед сказал, что порыбачит час-другой с Николой. Взял удочку, банку с мотылём. Оделся, правда, неподходяще.

– Что значит неподходяще?

Саша без сил опустилась на колченогую кухонную табуретку. Всё тело ломило, как бывало, если резко поднималась температура.

– Ну, штаны в сапоги заправил. Рубашку с длинным рукавом надел, – Егор в задумчивости шагал по комнате. – Дед так одевается, когда в безопасную часть леса по грибы идёт. Или в поле, где трава высокая. Чем больше тело будет прикрыто одеждой, тем меньше шансов подцепить клеща.

– Так, может, он за грибами и отправился? – зевнула Саша. Её неудержимо клонило в сон.

– С удочкой?! – фыркнул Егор. – Знаешь, мне вообще показалось, когда я в комнату утром вошёл, что дед отскочил от стены, на которой его охотничье ружьё висит.

– Странно, конечно. Ружьё и рыбаку, и грибнику без надобности…

Егор нахмурился. Саша догадалась, что друг обдумывает какую-то идею. По спине, по рукам и ногам вдруг побежали мурашки.

«Да меня знобит! – поняла Саша. – Вот ведь невезучая! Подхватила вирус в разгар лета!»

– Сань, ты только не переживай, – тихо начал Егор. – Я знаю, куда отправились дед с Николой. Они же вчера долго шептались после собрания. Я, когда мать тракториста Макара провожать шёл, видел их склонённые над столом головы.

– Ну же, не тяни кота за хвост! – Саша принялась грызть ноготь на мизинце. – Куда делись старики? И как это связано с моей мамой?

– К проклятому дому они пошли, – выдавил Егор. – Искать пропавшего Макара, как и обещали Лизавете Петровне. Только я думал, они вдвоём не рискнут. Терентия позовут, отца твоего… А они по-своему решили. Упёртые!

– Но… если Дмитрий Евсеич и Никола сейчас у нечисти в гостях, где тогда мама?..

Саша спросила просто так. Для галочки. Она уже знала ответ на свой вопрос. Вспомнила, как накануне мама хотела добровольно записаться в патрульные и бесстрашно бродить по деревенским улицам в поисках Безыменя. Мама, в отличие от папы, была отчаянной авантюристкой и плевать хотела на опасность.

– Ох, мамочка, – прошептала Саша и спрятала лицо в ладонях.

Глава 33

Надо было видеть Сашиного папу, когда ребята рассказали ему о своей догадке. Моложавый и стильный, он ни с того ни с сего осунулся и постарел на несколько лет. Только теперь Саша заметила, что на висках у папы блестит седина, уголки рта скорбно опущены, а лоб испещрён глубокими морщинами.

– Папуля, возьми себя в руки! – Саша укрыла сгорбленные папины плечи пледом. – Егор поехал к Терентию. И хоть мне совершенно не по душе этот гигант со шрамом на щеке, отрицать очевидное глупо – Терентий сильный. Он пойдёт с нами к проклятому дому, вызволит из плена маму, Дмитрия Евсеича и Николу.

Сашин папа часто головой и не мигая смотрел на дверь. Ждал, наверное, что в неё войдёт мама.

«А что это все такие хмурые? – скажет она весело. – Уж и отлучиться ненадолго нельзя! Видела я ваш страшный дом у леса. Тоже мне диковинка! Ни тебе ведьм, ни леших. Курам на смех…»

Встряхнувшись, Сашин папа сбросил с себя плед. Ощупал карманы в поисках футляра с очками.

– Папуль, очки у тебя на носу, – ласково напомнила Саша.

Ей захотелось сделать для папы что-нибудь хорошее: налить в чашку тёплого молока с мёдом например. Саша помнила, этим сладким напитком папа прогонял её ночные кошмары в далёком прошлом, когда она была малышкой.

Не говоря ни слова, девушка открыла холодильник и достала трёхлитровую банку с жирным деревенским молоком. Густой засахарившийся мёд янтарного цвета она нашла в буфете. Наблюдавший за дочкой