Дебри - Юлия Зайцева

В XVII веке российское государство – аграрная держава – богатело в первую очередь за счёт налогов. Цель у власти была одна: держать народ в покорности, чтобы исправно платил подати. Никакой казённой «социалки» не существовало и в помине: медицина и образование были частным делом. Социальными вопросами занималась только церковь: раздавала милостыню неимущим, призревала сирот, устраивала для стариков богадельни. И Сибирь российской власти была нужна только для денег. От воевод требовалось регулярно высылать в Москву пушнину и сельхозпродукцию, а что там у себя творят воеводы – бог им судья. Лишь бы людишки не бунтовали.

Чиновничий аппарат Сибири прежде всего был нацелен на фискальные вопросы. Дьяки и подьячие распределяли угодья, промыслы и обложения и учитывали поступления в казну – денежные и натуральные. Старосты и разные выборные люди следили за соблюдением казённых установок. Если выплаты вдруг сокращались или вообще кончались, к виноватым выезжали отряды служилых и силой вытрясали долги. Вот так и жили.

В XVII и XVIII веках в государственной системе существовала особая должность – «прибыльщики». У «прибыльщиков» была одна задача: «чинить государю прибыли», то есть выдумывать новые законные способы для пополнения казны. Московские «прибыльщики» наперегонки бросились изобретать разные немыслимые налоги: поддужный – с извозчиков; банный – с постоялых дворов; привальный и отвальный – с плавания судов; трубный – с любой печи; мельничный – со всякого куля муки; а ещё были поборы за раскольничью веру, за рождение и свадьбу, за бороды и усы; за продажу арбузов и огурцов, за рыбную ловлю и пчеловодство, за выделку кож… Но ставка в этом деле была высока: «прибыльщик» получал часть той прибыли, которую организовал для казны. А если сам царь оценит остроумие замысла, то может сделать «прибыльщика» дьяком в каком-нибудь приказе, и дьяк, богатея, будет собирать свой налог вообще со всей державы.

В энергичную эпоху Петра такие «прибыльщики» делали блестящую карьеру. Например, Алексей Курбатов, крепостной холоп графа Шереметева, дворецкий, сопровождал барина в поездке за границу и увидел в Европе гербовую бумагу. Курбатов смекнул, как из этого извлечь выгоду, и подал царю Петру проект введения таких бумаг в России. Пётр сделал Курбатова «прибыльщиком». Через несколько лет бывший крепостной был назначен кем-то вроде директора департамента торговли и промышленности, а потом стал вице-губернатором Архангелогородской губернии. Правда, многие «прибыльщики», достигнув невиданных высот, падали обратно «из князи в грязи», сбитые обвинениями в казнокрадстве и лихоимстве.

В отличие от московских «коллег», приказных «теоретиков», сибирские «прибыльщики» подчинялись воеводе и были «практиками» – в канцеляриях не засиживались. Они искали свои прибыли, как говорится, «на земле», «в поле». Они объезжали территории в поисках инородцев, которые ухитрились уклониться от ясака, и крестьян, которые спрятались от обложения. Они изобретали возможности завести промысел, собрать долги или отыскать утаённое. При этом, ясное дело, себя «прибыльщики» в убытке не оставляли.

ПРАСКОВЬЯ БЫЛА ДОЧЕРЬЮ ПРАПОРЩИКА ГРИГОРИЯ ЛУПОЛОВА, КОТОРОГО СОСЛАЛИ В ГОРОДОК ИШИМ ПО ЛОЖНОМУ ОБВИНЕНИЮ В УКРЫВАТЕЛЬСТВЕ КОНОКРАДОВ. СЕМЬЯ БЕДСТВОВАЛА. В 1803 ГОДУ ПРАСКОВЬЯ С ИКОНОЙ И РУБЛЁМ ДЕНЕГ ПЕШКОМ ОТПРАВИЛАСЬ В ПЕТЕРБУРГ ЗА ПРОЩЕНИЕМ ОТЦУ. ДО СТОЛИЦЫ ОНА ДОБИРАЛАСЬ БОЛЬШЕ ГОДА. ОНА СУМЕЛА ВСТРЕТИТЬСЯ С ИМПЕРАТРИЦЕЙ, И ГРИГОРИЙ ЛУПОЛОВ БЫЛ ПОМИЛОВАН. ВЕРА В ДОБРОТУ ЛЮДЕЙ СДЕЛАЛА «ПАРАШУ СИБИРЯЧКУ» ЛЕГЕНДОЙ

Лучшим временем для сибирских «прибыльщиков» было воеводство стольника Петра Годунова (1667–1669). Охваченный небывалыми идеями, Годунов нуждался в помощниках и в деньгах. Ушлые «прибыльщики» – всегда лучшие помощники ловить рыбку в мутной воде, и Годунов развязал этим опричникам руки, устроив в Сибири настоящий террор и беззаконие. Хищные «прибыльщики» чинили поборы, присваивали чужие земли и не гнушались подлогами в документах. Тоболяков они обложили повинностями и заставили работать на воеводу как холопов.

Памятник Прасковье Луполовой в Ишиме

Среди тех лихих деятелей оказался и Ульян Ремезов. Он ездил на Конду и Пелым искать «необъясаченных» вогулов. Он уговаривал воеводу заменить в Таре «годовальщиков» (казаков, которые несут службу один год) навечно поселёнными: свою идею Ульян подтвердил расчётами затрат и выгод. А в 1668 году он задумал стать основателем собственной слободы. Он подбил несколько десятков служилых людей отправиться на реку Ишим и там построить селение, а при нём на «ничьих» землях завести пашню и прибрать к рукам «зверовые угодья и рыбные ловы». Годунов согласился на аферу Ремезова. Ульян набрал 40 «охотников». Они поклялись воеводе друг за друга и дали «поручную запись» подчиняться Ремезову, не играть в карты и в зернь, «никаким воровством не воровать» и не сбежать.

Наглые поселенцы узурпировали жизнь на Ишиме: местных татар они закабалили ясаком, а с проезжих купцов потребовали таможенные выплаты. Ишимские татары пришли в возмущенье: дрались с русскими на кулаках, угрожали убийствами и нажаловались на Ульяна в Тобольск. На бесчинства «прибыльщиков» Годунова в Москву летели сотни «ябед», и в 1669 году не в меру прыткого воеводу царским указом отозвали с места, а большинство его реформ отменили. «Ремезовскую республику» на Ишиме разогнали, а самого Ульяна вместе со всей семьёй сослали в Берёзов на пять лет.

Конечно, «прибыльщики» были хищниками, цепными псами воевод. Но они позволяли исправлять недостатки фискальной системы на местах и своей неукротимой пассионарностью обеспечивали экспансию государства. Однако в централизованной державе Петра местные «прибыльщики» проиграли в конкурентной борьбе столичным и постепенно исчезли с арены истории.

«Дух гобийский и загобийский»
Русские посольства в Китай

Причудливый и сказочный Китай всегда интересовал русских. Как живёт эта удивительная страна? В чём он заключается – «дух гобийский и загобийский»? В Сибири главным источником знаний о Китае были бухарцы: по торговым делам они проникали за Великую Стену. По их рассказам свои труды о Китае писали воевода Годунов, Юрий Крижанич и Семён Ремезов.

А надменный Китай династии Мин не особенно интересовался Россией. Династия Цин, пришедшая к власти в 1644 году, проявила чуть больше любопытства. При Шести Великих министерствах у Цинов была учреждена служба Лифаньюань, которая ведала всеми делами «северных варваров» – монголов, джунгар, тибетцев, казахов, якутов. В том числе и русских.

Когда Россия сомкнулась с Китаем Сибирью, общение посольствами сделалось насущно необходимым. Инициативу проявила Россия. В 1653 году царь Алексей Михайлович отправил к императору Шуньчжи посольство дворянина Фёдора Байкова. Байков должен был установить дипломатические отношения между Россией и Китаем как равными государствами.

От Тобольска Байков пошёл вверх по Иртышу до озера Зайсан и дальше по Чёрному Иртышу, по степям Джунгарии, по безжизненным склонам Алтая во Внутренней Монголии и через пустыню Гоби к торговому городу Хухэ-Хото. Оттуда Байков добрался до монгольского города Калган, где миновал ворота Китайской стены. В марте 1656 года он прибыл в Пекин.