Ушкуйник - Юрий Корчевский

Долго ходили дед с бабкой по дому, охали да ахали, на перины пуховые ложились, млея от удовольствия.

— Мишаня! Неужели всё это теперь наше?

— Конечно! Я построил, дом мой!

— А не отберут? — опасливо спросил дед. А бабка всплакнула:

— Видели бы твои родители — вот радости-то было бы!

С возчиком Михаил договорился ещё одну ездку сделать — за товаром из лавки. Только тот условие поставил: выехать в Чижи вечером, ночью грузиться, а рано утром — обратно.

— Я чего — тать ночной? — возмутился было Михаил.

— Ночью-то подмораживает, снег замерзает, лошади идти легче. Али жди уже тепла, там на подводе перевезёшь.

Ждать целый месяц он не хотел. И уже перед тем, как городским воротам закрыться, они выехали из Хлынова. Снег развезло, и для лошади даже пустые сани тянуть было тяжело. Мишка мысленно поблагодарил возчика за подсказку.

Они перекидали оставшийся товар из лавки в сани и — назад. Морозец уже успел прихватить подтаявший за день снег, образовав корку. Мишку с Лизой наст держал, а лошадь проваливалась. Намучились, пока до Хлынова добрались.

К этому времени перед воротами очередь из саней образовалась — крестьяне спешили воспользоваться последними деньками перед распутицей, чтобы товар на торгу продать: репу, квашеную капусту, морковь, сало, рыбу вяленую. Деньги селянам были нужны, в первую очередь подати заплатить, а уж потом городских товаров купить — косу, соль да детишкам сладких петушков на палочке.

Не успел Михаил внутри обустроиться, как раздался стук в дверь. Кто бы это мог быть? У Мишки-то и знакомых в Хлынове не было.

На крыльце стоял улыбающийся Костя.

— Иду мимо, глядь — дом стоит, из трубы дым валит. Стало быть, уже живёт хозяин.

— Да только вчера скарб перевёз, обустраиваюсь ещё.

— Ну, похвастай хоромами.

— Да какие это хоромы? С твоими не сравнятся.

Однако гостя по дому провёл. Понравилось Косте.

— Удобно сделал. Когда на новоселье пригласишь?

Опять оплошал Мишка. Слышал ведь, что, войдя в новый дом, праздник устраивать надо, а упустил. Что называется «век живи — век учись». Однако поправился быстро.

— Поблизости харчевни или трактира нет?

— Как не быть? На каждой улице по паре.

— А давай сейчас пойдём — ты же знаешь, где готовят лучше?

— Ещё бы! Даже в общей трапезной можно не сидеть — отдельную комнатку выделят.

— Тогда чего же мы стоим?

Оделись оба и направились в трактир. Вошли — полна трапезная посетителей. Крестьяне, успешно сбыв товар на рынке, чинно обмывали продажи. За соседним столом ратники пили пиво, дальше — мастеровые, по виду кожевенники, уже изрядно пьяные. Шум, гам… Соседа за столом не услышишь.

Подскочил хозяин, склонился угодливо.

— Чего гости дорогие хотят?

— А хотим мы спокойно посидеть в отдельной трапезной. Поесть, попить не спеша.

— Идите за мной.

Сбоку от входа на кухню дверца неприметная была, туда и завёл хозяин гостей. Комната оказалась невелика — стол да две лавки рядом. Хозяин смахнул крошки, подождал, пока гости тулупы снимут да усядутся.

— Что кушать будем?

Михаил отродясь не бывал в таких заведениях, не знал, что можно заказать. Однако выкрутился.

— Костя, я тебя угощать должен, потому как у меня новоселье. Закажи всё сам, по своему вкусу — чего душа пожелает.

Костя сделал заказ не стесняясь.

— Сперва ушицы тройной, да чтобы горячая непременно. К ней — пряженцев с печёнкой.

Опосля поросёнка жареного — чтобы с гречкой внутри, ну и рыбки там всякой.

— Какую предпочитаешь?

— Думаю, карасей у тебя нет?

— Обижаешь, Константин. Для дорогого гостя найдём.

— Тогда обжарить в сметане. И кувшинчик вина — только не кислятины яблочной.

Довольно быстро половые принесли уху, пирожков с печёночным ливером, называемых «пряженцами», да кувшин вина. Михаил разлил вино в оловянные кружки. Тост поднял Костя.

— Что дом поднял быстро — молодец. Вижу — парень ты упорный, чего хочешь, добьёшься. Дай Бог, чтобы дом стоял долго, чтобы добрая хозяйка в нём появилась и детишек тебе кучу нарожала! Выпьем за то!

Выпили. Не сказать, что Михаил вина никогда не пробовал, но почти не пил. Торговля счёт любит, а какой счёт, ежели голова кругом идёт?

Вино пробудило аппетит. Накинулись на уху. И в самом деле, хороша — густая, наваристая — аж губы склеивает. А запах! С ума сойти можно. Куда как вкусно, да с пряженцами! Вскоре ложками по дну мисок застучали. Выпили ещё.

— Эй, где вы там? Появился половой.

— Не готов ещё поросёнок!

— Рыбы неси, грибов, капусты квашеной с яблоками, пирогов.

— Будет исполнено!

Костя с удовольствием накинулся на пироги — как будто и не ел только что уху. Да капустой хрустел, что с антоновкой квашена. Вино заметно сняло напряжение, развязало языки.

— Ты меня держись, Михаил. Я плохого не посоветую. Да и не последний я человек в городе.

— Видел уже, как хозяин перед тобой лебезил.

— Тьфу на него, сошка мелкая. Я вот что тебе скажу: нравишься ты мне. Есть в тебе стержень. Воином бы тебе быть, а не торгашом.

— А я тебе говорил, Костя, что не моё это дело — воевать.

— Это потому, что трофеев, на меч взятых, в руках не держал. Сразу озолотиться можно.

— А можно и голову сложить.

— Может, ты и прав. А по секрету тебе скажу — прикупи ещё пару ушкуев да корабельщиков набери — помоложе, побоевитей.

— Товар возить?

— Нет. Не могу об этом сказывать сейчас. Тут и у стен есть уши.

Мишка повертел головой, но ушей не увидел.

— Подойдёшь ко мне домой через несколько дней — поговорим. А сейчас есть давай — вон, поросёнка несут.

На подносе половой внёс румяного, с хрустящей корочкой, поросёнка. Вид был соблазнительный, а от мясного духа голова кружилась.

Костя живо порезал поросёнка боевым ножом, Мишке, как виновнику торжества, большой ломоть преподнёс, на пирог положив. Тарелками-то не пользовались! Суп или щи ели из мисок, а для мясного или рыбного вместо тарелок использовали кусок хлеба или пирога, который тоже съедали.

Отяжелел Мишка после поросёнка, незаметно пояс на две дырки ослабил. А Косте хоть бы что! Ест и пьёт, как только что с улицы пришёл.

Домой Мишка вернулся уже за полночь — пьяненький. Едва дорогу нашёл. Видел ведь свой дом только днём да на трезвую голову. Лиза не спала — помогла ему валенки стащить да тулуп снять. Мишка чуть не уснул у неё на руках. С трудом, но Лиза дотащила его до перины.