Сальватор. Том 1 - Александр Дюма

Так прошло более четверти часа.

Наконец он вспомнил, что у него на мизинце кольцо с бриллиантом.

Он со скрежетом провел драгоценным камнем по стеклу со всех четырех сторон, после чего ему оставалось легонько надавить, чтобы стекло упало внутрь.

Он снова переждал, толкнул стекло и схватился за задвижку.

Задвижка повернулась сама собой, и окно приотворилось.

Господин Жерар огляделся, желая убедиться, что вокруг никого нет, и шагнул через подоконник.

В сарае он двинулся ощупью вдоль стен в поисках необходимого инструмента.

Ему попались два или три древка других инструментов, прежде чем он нащупал лопату.

Наконец он добился чего хотел.

Он взял лопату и выбрался из сарая тем же путем.

Часы пробили десять раз.

Он решил, что будет быстрее, если он выйдет через ворота парка к мосту Го до, а не через этот проклятый пруд, все время бросающийся ему в глаза, а уж после того ужаса, который ему еще предстоял, пруд и вовсе заставит его пережить настоящий ад.

Еще он решил предупредить кучера, чтобы тот подъехал к воротам, выходившим на равнину, а не на деревню, как они условились раньше.

Господин Жерар снова отпер ворота, поставил лопату в угол и поспешил вдоль домов к кабачку.

По дороге он снова переменил свое решение.

Карета, ожидающая у ворот парка, могла привлечь к себе внимание, ведь всем было известно, что в доме никто не жил.

Было бы куда осмотрительнее, если бы кучер ожидал на большой дороге на Фонтенбло в сотне футов от Кур-де-Франс.

Подойдя к кабачку, г-н Жерар заглянул в окно.

Он увидел, что его кучер потягивает вино и играет в карты с извозчиками.

Господин Жерар с удовольствием бы не показывался в кабачке, где его могли узнать, хотя с тех пор, как он оставил Вири, он ужасно изменился.

Однако Барнабе не мог догадаться, что г-н Жерар стоит под окном и хочет с ним поговорить. Придется, видно, г-ну Жерару отворить дверь и поманить к себе кучера.

Еще четверть часа ушло на то, чтобы г-н Жерар решился на этот отчаянный поступок.

Он надеялся, что кто-нибудь выйдет из кабачка, и тогда он попросит его вызвать кучера на улицу.

Никто так и не вышел.

Господину Жерару пришлось войти самому.

Когда мы говорим «войти», мы допускаем ошибку: г-н Жерар не вошел, он чуть приотворил дверь и дрожащим голосом позвал:

– Господин Барнабе!

Кучер с головой ушел в карты. Г-ну Жерару трижды пришлось повторить его имя, каждый раз все громче.

Наконец мэтр Барнабе поднял голову.

– Ага! Это вы, милейший! – воскликнул он.

– Да, это я, – отвечал г-н Жерар.

– Хотите ехать?..

– Не сейчас.

– Вот и хорошо. Бедные лошади еще не отдохнули.

– Дело не в этом.

– В чем же?

– Можно попросить вас на два слова?

– Это ваше право, вы же платите!

Он встал и подошел к двери, задев на ходу всех, кого только мог.

Лица всех тех, кого он побеспокоил, повернулись к входу.

Господин Жерар отпрянул в тень коридора.

– Ого! – вскричал один из посетителей. – Уж не считает ли ваш седок для себя унизительным зайти в харчевню?

– Да это же сердцеед! – пошутил другой.

– Тогда он просунул бы в дверь колено, а не голову, – возразил третий.

– Дурак! Он же разговаривал! – заметил первый.

– Ну и что?

– Коленом не поговоришь.

– Вот я, милейший, – сказал Барнабе. – Чем могу служить?

Господин Жерар изложил ему изменения в программе, попросив ждать его на главной дороге, а не у ворот замка.

Мэтр Барнабе прерывал речь г-на Жерара частыми «хм-хм!».

Господин Жерар понял, что в изменениях, внесенных в первоначальный план, есть нечто такое, что вызывает неудовольствие мэтра Барнабе.

Когда он изложил свое желание, кучер спросил:

– А если мы не встретимся на главной дороге?

– Почему же нет?

– Вдруг вы пройдете мимо и не заметите меня, к примеру?

– Не беспокойтесь, у меня отличное зрение.

– Видите ли, у некоторых людей зрение неожиданно слабеет, после того как их прождешь четырнадцать часов, а они задолжали пятьдесят франков кучеру. Я знавал таких седоков – Боже сохрани, я не имею в виду вас, – которые выглядели вполне прилично, а продержав меня целый день, приказывали отвезти их около пяти часов вечера к переходу Дофин или Веро-Дода, потом говорили: «Подождите меня здесь, кучер, я сейчас вернусь».

– И что? – спросил г-н Жерар.

– И не возвращались.

– Что вы, дружище, я на такое не способен.

– Я вам верю, верю. Но, видите ли…

– Дорогой друг! Если дело только в этом… – сказал г-н Жерар.

Он вынул из кармана два луидора и протянул их мэтру Барнабе.

Воспользовавшись тем, что через приоткрытую дверь пробивался луч света, кучер убедился в том, что они настоящие.

– Я буду вас ждать в ста футах от Кур-де-Франс начиная с одиннадцати часов, как и договорились. После того как вы заплатили мне вперед, я ничего не имею против.

– Зато у меня есть вопрос.

– Какой?

– Если… Что если…

Господин Жерар не смел договорить.

– Если что?

– …если я вас не найду, что тогда?

– Где?

– На главной дороге.

– Почему вы меня не найдете? – Я же заплатил вам вперед…

– Вы, стало быть, не доверяете Барнабе?

– Вы же мне не доверяете!

– На вас номера нету, а у меня – вот он… Да еще какой!

Номер, который приносит счастье всем, кто его видит: первый!

– Я бы предпочел, чтобы он приносил счастье тем, кто сидит внутри.

– Им он тоже приносит счастье… Первый номер для всех хорош.

– Тем лучше, тем лучше, – проговорил г-н Жерар, пытаясь умерить пыл своего кучера, расхваливавшего собственный номер.

– Значит, я вас буду ждать с одиннадцати часов на большой дороге, раз вы так хотите.

– Хорошо, – прошептал г-н Жерар.

– В ста футах от Кур-де-Франс, так?

– Да, да, все так, дружище. Только не надо так кричать.