Властелин мира - Жюль Верн

Эта статья была как гром среди ясного неба и произвела грандиозное впечатление. Все единодушно согласились с «Вечерней звездой». Так как люди вообще склонны верить во все необычное, часто даже немыслимое, то теперь ни у кого не осталось сомнений. Да, все три машины созданы одним и тем же изобретателем, и, более того, существует не три аппарата, а только один.

Однако как может практически осуществиться превращение автомобиля в судно, а затем в подводную лодку? Как может одна и та же машина ходить по земле, по воде и под водой? Отчего бы ей тогда не летать по воздуху!

Во всяком случае, даже если верить только тому, что уже было известно и установлено, если считаться только с фактами, неопровержимо подтвержденными показаниями многочисленных свидетелей, то и тогда все это могло показаться совершенно необычайным. Не удивительно, что публика, которой уже наскучили толки о прежних событиях, с удвоенным рвением накинулась на новые сообщения.

Прежде всего газеты справедливо заметили следующее: если действительно существуют три различных аппарата, то по всему видно, что они приводятся в движение мотором, значительно более мощным, чем все известные до сих пор двигатели. Этот мотор уже представил неоспоримое доказательство своей мощности, выдержал испытание, и с каким успехом! Ведь машина развивала скорость до полутора миль в минуту!

Ясно, что следует за любую цену купить у изобретателя этот его двигатель! Применяется ли он к трем обособленным машинам, или к одной и той же, способной двигаться в столь различных условиях, — это не играет роли. Необходимо приобрести мотор, дающий такие замечательные результаты, получить его в полную собственность.

Разумеется, другие государства тоже не посчитаются ни с чем, чтобы завладеть столь ценной как для армии, так и для флота машиной. Ведь ясно, какие преимущества на суше и на море получила бы нация, имеющая ее в своем распоряжении! Как бороться с разрушительной силой машины, которую невозможно догнать? Нужно приобрести ее, не жалея миллионов, и для Америки это было бы лучшим применением ее богатств.

Так рассуждали и в официальных кругах и среди широкой публики. В газетах непрерывно печатались статьи по этому животрепещущему вопросу. И, конечно, Европа не отставала здесь от Соединенных Штатов.

Но чтобы купить изобретение, необходимо прежде всего разыскать изобретателя, а в этом-то и заключалась главная трудность.

Напрасно обшарили лотом все озеро Кирдол вдоль и поперек! Очевидно, подводная лодка уже не курсировала в его глубинах. В таком случае как же она вышла из озера? И каким путем она туда проникла? Неразрешимый вопрос!.. Больше она нигде не показывалась; автомобиль тоже перестал появляться на дорогах Соединенных Штатов; исчезло и судно, замеченное в американских водах!

Когда я бывал у мистера Уорда, мы несколько раз беседовали об этом деле, которое, по-прежнему очень его занимало. Стоило ли агентам продолжать поиски, если до сих пор они не дали никаких результатов?

И вот утром 27 июня меня вызвали в департамент полиции. Едва я вошел в кабинет, как мистер Уорд обратился ко мне со словами:

— Ну, Строк, вам представляется прекрасный случай взять реванш за свою неудачу!..

— Неудачу с Грейт-Эйри?

— Вот именно.

— Какой же случай?.. — спросил я, еще сомневаясь, не шутит ли мой начальник.

— Вот что, — сказал он, — не хотите ли вы заняться поисками изобретателя этой машины тройного действия?

— Конечно, хочу, мистер Уорд, — ответил я. — Только прикажите начать, и я сделаю все возможное, чтобы добиться успеха! Правда, это, пожалуй, будет нелегко…

— Разумеется, Строк, и, может быть, даже труднее, чем проникнуть в котловину Грейт-Эйри!

Мистер Уорд, конечно, снова подшучивал надо мной по поводу моей последней поездки. Однако он делал это добродушно и скорее с намерением подзадорить меня. Впрочем, он знал меня и был уверен в том, что я отдал бы все на свете за возможность повторить неудавшуюся попытку. Я с нетерпением ждал новых указаний.

Мистер Уорд продолжал дружеским тоном:

— Я знаю, Строк, вы сделали все, что от вас зависело, и мне не в чем вас упрекнуть. Но теперь речь идет уже не о Грейт-Эйри. Если правительство действительно захочет, чтобы наши люди проникли в котловину, пусть только не пожалеет на это средств, пусть затратит несколько тысяч долларов, и тогда все будет в порядке.

— Я тоже так думаю.

— Однако, — добавил мистер Уорд, — по-моему, важнее было бы поймать фантастического изобретателя, который беспрестанно от нас ускользает. Это уж дело полиции, и хорошей полиции!

— В донесениях о нем больше ничего не говорится?

— Нет, и хотя есть все основания верить тому, что он курсировал под водами Кирдола, снова напасть на его след не удалось. Уж не обладает ли он способностью становиться невидимкой, этот механик-Протей!

— Ну, если даже он и не владеет таким даром, то, по-видимому, он показывается только тогда, когда считает это удобным, — возразил я.