Двенадцать детей Парижа - Тим Уиллокс

Флер оказалась легче, чем ожидала Паскаль. Сестра была старше ее – наверное, поэтому девушка думала, что она должна быть тяжелее… Младшей Малан повезло. Флер была очень хорошей сестрой. Лучшей на свете.

Они положили убитую на кровать. Юсти сел рядом и взял ее за руку. Паскаль осмотрела ее рану. В левой части головы, за глазом, была вмятина. Из разорванной кожи сочилась кровь. Когда ничего не чувствуешь, действовать легче.

– Возьми простыню с другой кровати. Накрой ее, – сказала Паскаль своему другу.

Сама она пошла за ружьем. Пол был залит кровью первого из убитых ею сержантов. Она принесла ружье в комнату, вытерла его о подушку и поставила к стене у окна. Потом девушка стянула простыню со второй кровати и бросила ее Юсти на колени. Откинув курок пистолета, Паскаль вернула его в кобуру, взяла второй пистолет и выглянула из окна.

– Вы еще здесь? – удивилась она, увидев двойняшек.

Агнес и Мари выступили из полумрака, размахивая руками. Паскаль помахала им в ответ. Потом она бросила пистолеты в сад, взяла ружье за дуло – удивившись, какое оно горячее, – и тоже спустила вниз.

– Агнес, Мари, вы найдете отсюда дорогу домой? К Тибо? – спросила она сестер во второй раз.

Те кивнули.

– Подождите меня.

Паскаль повернулась. Юсти сидел не шевелясь. Девушка вышла в коридор.

– Ирен? – крикнула она вниз. – Где наша еда?

Хозяйка принесла мешок из-под муки, заполненный примерно на четверть. А ведь Тангейзер хорошо ей заплатил. Но спорить времени не было, поэтому Паскаль протянула руку, и Ирен стала подниматься по лестнице. Увидев стекающую кровь, она остановилась и с ненавистью посмотрела на девочку. Та зашлепала вниз, и капли крови попали на лицо хозяйки, заставив ее поморщиться. Ирен протянула мешок, но Паскаль медлила. На ненависть женщины она отвечала холодным презрением.

– Он вернется, – пообещала Паскаль. – Если ты кому-нибудь расскажешь о нас, он убьет их всех, а потом и тебя. Я бы сама убила тебя прямо сейчас, но не знаю, стал бы он это делать или нет.

К ненависти Ирен прибавился страх. Паскаль взяла мешок.

– Сиди внизу, пока он не вернется, – велела она хозяйке. – Скажешь ему, что мы его ждем.

– Где?

– Он узнает.

С этими словами Малан вернулась в спальню и опустила мешок за окно.

Юноша укрыл Флер простыней до подбородка. Он по-прежнему держал ее за руку.

– Пойдем, Юсти, – сказала Паскаль. – Сержанты приходили, чтобы нас убить.

– Знаю. Я был не прав.

– Я не это хотела сказать. Они получили только одного из нас, а не всех пятерых.

– Я останусь здесь, с Флер.

– Могут прийти другие. Мы не знаем.

– Надеюсь, придут.

– Я тоже любила Флер. Она была лучше меня. А папа был лучше Тангейзера. Флер и папа мертвы. Ты тоже лучше нас. Но ты мне нужен, и ты не должен умереть.

– Я должен был умереть вчера ночью, в Лувре.

– Но ты выжил. А Флер должна была умереть утром. Но не умерла. И среди всего этого… – На глаза Паскаль навернулись слезы, но она взяла себя в руки и продолжила: – И среди всего этого ты влюбился, и она тоже. Пойдем со мной, Юсти. Тангейзер нас найдет. Он нас не бросит. А до тех пор ты мне нужен. И Мышкам тоже. Твоим Мышкам.

Девушка сняла с мертвого сержанта шапку и окунула в лужу его крови. Она захотела плюнуть в лицо мертвеца, но сдержалась. Нужно поддерживать огонь ненависти, но расходовать его экономно. Отец научил ее писать черным. Тангейзер красным. Паскаль вернулась в спальню.

На стене она написала кровью одно слово: «МЫШКИ».

Потом Малан подошла к окну. Ополченцы на противоположном берегу смотрели в ее сторону. Должно быть, они слышали ружейный выстрел. Девушка перекинула через подоконник одну ногу, затем другую. Перевернулась на живот, оперлась на локти. Теперь можно спрыгнуть. И если поляк сейчас отпустит руку Флер, то, наверно, сможет расстаться с ней.

– Я повредила руку, Юсти. Помоги мне спуститься, – попросила Паскаль.

Некоторое время она ждала.

Юноша наклонился и поцеловал Флер. Потом он закрыл ей лицо и отошел.

Он взял Паскаль за руки, спустил пониже и разжал пальцы. Она благополучно приземлилась, взяла ружье и пистолеты. Молодой человек спрыгнул следом. Затем он подобрал мешок и седельные сумки.

Они присоединились к Агнес и Мари и, низко пригнувшись, пошли на восток вдоль реки.

Паскаль остановилась за второй баржей, где их не могла видеть милиция, собравшаяся на Гревской площади. Баржа была забита мешками с древесным углем, заготовленным в лесах выше по течению. Паскаль протянула ружье Юсти и стала рыться в сумках в поисках пороха и пули.

– Перезарядить сможешь? – спросила она своего спутника.

Тот кивнул. Он пребывал в глубокой меланхолии и, казалось, обрадовался порученному ему делу.

– Пистолет тоже? – спросил он.

– Я из него не стреляла. Ты ранен?

Юсти повел плечом и покачал головой.

Паскаль села на борт баржи, закрыла лицо ладонями и стала размышлять.

Тангейзер вернется к Ирен. Найдет Флер. Прочтет оставленное на стене сообщение. Он догадается, что там произошло и как все случилось. Он пойдет за ними. Попытается понять мысли Паскаль. А когда увидит, что произошло в доме, то поймет, что Малан пытается действовать, как действовал бы он. Ружье для них – обуза. Нужно его оставить. А пистолеты, золото и опиум взять с собой. Они отправятся в дом Тибо. Матиас прочтет сообщение. Никто другой его не поймет. Он их разыщет – где бы они ни были.

Паскаль притянула к себе Агнес и Мари:

– Вы пустите нас к себе в комнату? У Тибо?

– Да.

Сестры переглянулись, как будто эта идея показалась им странной.

Малан взяла ружье и сунула его между планширами и мешками. Другая баржа была чистой, но прятать вещи лучше в грязи. Если рыцарь не найдет ружье, Паскаль запомнит, где оно.

– Мы спрячемся в Полях, пока не взойдет луна, – решила девушка.

– Что такое Поля? – не понял Юсти.

– Земли собора. Поля, сады. Это недалеко. Там живет «Карл Великий». – Паскаль повернулась к Мышкам. – Вы знаете кружную дорогу домой? По закоулкам?

– Да.

Близнецы снова обменялись удивленными взглядами, а потом посмотрели на свою смелую спутницу.

– У нас ключ Тибо, – сказала Агнес.

– Хорошо.

Паскаль решила, что стало уже достаточно темно и можно двигаться дальше. На одно плечо она повесила пистолеты, на другое – мешок с продуктами.

– Что, если он нас не найдет? – спросил Юсти.