Призрак Адора - Том Шервуд

Точно и твёрдо встречали каждый мой удар скрещенные меч и дага, и я знал, что сейчас ослабну, и тогда под мой слабый удар встанет один только короткий клинок, а освободившийся меч легко и умело взрежет мне брюхо.

Четыре удара я уронил в страшную силу, не знаю, как только он выдержал, а уже пятый был слабее – чуть-чуть, едва ощутимо, но и он, и я это почувствовали. Показалось вдруг, что понимающе улыбнулись мне два круглых прорезанных глаза. Ещё удар он переждёт, и…

Страшный грохот ударил мне в уши. Яркая вспышка осветила на миг чёрную маску, смуглое, пугающе мускулистое тело, широкие, атласные, малиновые штаны. Таким же алым цветом окрасилась грудь нападавшего – большой кусок вырвался из неё сбоку и разлетелся по щербатой кирпичной стене.

“Бэнсон! Седьмой пистолет!” – подумал я, остановившись в изнеможении. И не вовремя: выскочил из темноты справа узкий клинок и укусил меня в правое плечо. Всё, что я смог сделать, – это перехватить Крысу левой рукой, выставить её перед собой и попятиться. Снова дёрнулся клинок, но его вдруг подшибла уже знакомая короткая дага и тут же мелькнул едва различимый в тумане кривой изогнутый меч. Нападающий охнул и пал.

– Осталось четверо, мистер Том, – прогудел ободряюще Бэнсон, и в это время впереди, в самом начале тупика гавкнул родной, узнаваемый выстрел, и сразу же послышались тяжёлые и частые удары. Закоулок заполнили люди в красных рубахах.

– Одного оставьте, – выговорил я, стремительно слабея от боли в плече.

– Оставьте одного! – рявкнул Бэнсон.

Он перебросил меч и дагу в одну руку, а второй, схватив меня за шиворот, как котёнка, усадил на кучу мусора.

– Плечо – пустяк, мистер Том, – испуганно и торопливо говорил он, – это не грудь, и не живот, и не шея…

– Цел? – выпалил, подбежав, Стоун.

– Живого взяли? – скрипя от боли зубами, спросил я его.

– Есть, есть один живой. Вы-то как?

– Нога и плечо…

– И нога ещё?! – воскликнул Бэнсон, уже заматывающий чем-то рану на плече.

– Но там совсем пустяки. Больно только. Как вы здесь оказались?

– Так ведь выстрелы услышали, всё поняли, – ответил взволнованный Стоун. – Оставили в шлюпке двоих, остальные – сюда. Вот только закоулок этот не сразу нашли. Хорошо, набежал на нас один с разрезанной шеей, приставили ему нож к рёбрам – он нас быстро привёл. И сразу же умер. Кровью изошёл.

– Так, все сюда, – сказал я, приподнимаясь.

Бэнсон, Стоун и шестеро в красных рубахах окружили меня плотным кольцом.

– Бэн, возьми горсть золота и разбросай вокруг. Пусть полиция не ломает голову – из-за чего здесь война. Собери пистолеты. Кто-нибудь, помогите ему!

Три человека принялись ощупывать тела и землю вокруг них.

– Если найдёте какие-нибудь бумаги – всё забирайте! – крикнул я им.

– Мы оружие возьмём? – спросил меня Стоун.

– Да, – булькающим от боли голосом ответил я. – Здесь его много. Берите, чтобы у каждого было что-то в руке. Затем. Берите схваченного и вот этого, в маске. Почему-то лицо прятал. Обоих – на “Дукат”. Там будем выяснять, что происходит. Всю команду вооружить – и в трюм, чтобы на палубе никто не маячил. Мы с Бэнсоном сейчас в Бристоль, а завтра приедем. Энди, отправь с нами двоих. И возьмите себе плащи у этих, – я кивнул на лежащие среди мусорных куч изломанные тела. – Прикройте свои рубахи, ведь за милю видно, что вы с “Дуката”. Всё. За дело.

Я стоял, пересиливая тошноту и головокружение. Подошёл Бэнсон.

– Пистолеты нашли все.

– А бумаги?

– Ничего нет. Только это…

В ладонь мне лёг объёмный кошель. Я заглянул в него. Золото. Деньги за наши головы? Вот и ладно.

– Разбросайте, – отдал я кошель Стоуну.

Разлетаясь, зазвякали о стены монеты. Четверо положили убитого на плащ, понесли. Двое матросов и Бэнсон остались со мной.

– Что-то на душе неспокойно, – сообщил я им. – Давайте-ка домой, и как можно скорее. Лошадей хорошо бы достать…

Сначала я шёл сам, потом почувствовал, что меня почему-то несут. Очнулся в экипаже, когда мы уже мчались по мощёным улицам города.