Сокровища Аттилы - Томас Перри

Выйдя утром из здания вокзала, они увидели длинный ряд такси, ожидающих пассажиров. Сэм оставил сумки Реми, а сам прошел вдоль шеренги машин, спрашивая у каждого шофера: «Вы говорите по-английски?» Если шофер качал головой или удивлялся, то он переходил к следующему. К четвертой машине прислонился смуглый худой мужчина с печальными карими глазами и щеточкой усов. Трое других таксистов слушали его рассказ и смеялись. Услышав вопрос Сэма, он поднял руку и спросил:

– Вы просто любопытствуете или действительно говорите по-английски?

– Говорю, – ответил Сэм.

– Хорошо. Тогда вы сможете поправлять меня, если я допущу ошибку.

Его английский был превосходен. Легкий акцент свидетельствовал – языку он учился у британца.

– Мне кажется, вы можете поправлять меня, – сказал Сэм.

– Куда вас отвезти?

– Во-первых, в наш отель. А потом мы хотели бы посмотреть город.

– Хорошо. Значит, в отель «Сегед».

– Откуда вы знаете?

– Это хороший, респектабельный отель, а вы кажетесь разумными людьми. – Таксист положил их сумки в багажник и повел машину. – Вы не пожалеете, если у вас найдется время осмотреть Сегед. Это родина лучших колбасок и лучшей паприки.

– Мне нравится архитектура. Здания очень интересных цветов, в основном пастельных; стиль барокко со всеми его отличительными особенностями делает их особенно примечательными, – поделилась наблюдениями Реми.

– Отчасти это хорошо, а отчасти плохо, – сказал шофер. – Сначала плохое: в марте 1879 года река – это Тиса, вон там, – разлилась и уничтожила весь город. Потом хорошее: люди начали думать над тем, что строят.

– И все получилось. Для города со ста семьюдесятью пятью тысячами жителей – грандиозно!

– Вы читали путеводители.

Реми пожала плечами:

– Способ скоротать время в поезде.

Шофер остановился перед входом в отель, достал из багажника сумки Фарго, поставил у входа и протянул Сэму карточку.

– Вот моя карточка. Меня зовут Тибор Лазар. Можете спросить обо мне у администратора; вам скажут: я надежен и честен. Здесь работают два моих двоюродных брата.

– Спасибо, – поблагодарила Реми и спросила: – Нам позвонить, когда мы будем готовы, или вы подождете?

– Я подожду здесь.

Швейцар уже занес их сумки в вестибюль. Они зарегистрировались и пошли в свой номер.

Сэм сел на кровать и стал в своем айпаде рассматривать гугл-карту.

Реми шепотом поинтересовалась:

– Что ты ищешь?

– Поле. Мы знаем, рано или поздно похитители отведут Альбрехта к его находке, чтобы он показал им, где копал.

– Ты нашел поле на карте?

– Пытаюсь. Оно на восточном берегу Тисы, к северу от реки Муреш. Я помню, это недалеко от места слияния рек. Альбрехт использовал его, чтобы ориентироваться по карте.

– Я тебе кое-что скажу. Когда мы были в лаборатории и спросили Альбрехта, можно ли поделиться подробностями с Сельмой, я сфотографировала на телефон карту, чтобы Сельма знала, о каком месте речь. – Реми достала телефон и показала снимок карты.

Сэм поцеловал ее в щеку:

– Отлично! – Он позвонил Сельме и включил громкую связь.

– Сельма слушает. Выкладывайте.

– Привет, Сельма! Вы получили от Реми снимок карты?

– Да. Полагаю, это место, где работал Альбрехт.

– Верно, – подтвердил Сэм. – Он разрешил ввести вас в курс дела, поэтому Реми сфотографировала карту и отправила снимок. Проблема в том, что вчера вечером Альбрехт не пришел к нам на ужин, его похитили из лаборатории в Берлине. Полиция следит за самолетами и железной дорогой, но боюсь, эти люди увезли Альбрехта раньше, чем мы сообщили о похищении.

– Это были люди из «Консолидейтед энтерпрайзис»?

– Не знаю. Едва ли они могли чем-то заслужить пожизненное заключение в тюрьме чужой страны. Здешние полицейские задержали их на время, и нам это выгодно.

– Вы сейчас в Сегеде?

– Да.

– Я на компьютере сопоставила карты рек, чтобы понять, где копал Альбрехт. Я знала, вам это понадобится.

– Нам действительно это нужно, – произнесла Реми. – Никто не стал бы похищать Альбрехта ради выкупа. Он небогат, только умен. Им надо, чтобы он привел их на раскопки и, возможно, поделился всеми данными.

– Чем я могу помочь?

Сэм попросил:

– Во-первых, вышлите мне по электронной почте обычную карту дорог с обозначенным раскопом Альбрехта.

– Получите через минуту.

– Обычные преступники не похищают профессоров. Нам нужно знать, кто заинтересован в раскопках в той области, законных и незаконных.

– Я проверю через Интерпол, кто в последнее время занимался контрабандой артефактов из Венгрии и вообще из Центральной Европы. Свяжусь также с кураторами музеев и антикварами. Если я правильно запомнила дату, это 450 год нашей эры?

– Верно. И еще одно. – Сэм достал карточку, которую дал ему таксист. – Пожалуйста, проверьте таксиста из Сегеда по имени Тибор Лазар. Он ждал у вокзала, когда мы приехали, и говорит по-английски, как среднестатистический лондонец. Посмотрите, так ли он хорош.

– Сделаю. Еще один вопрос к Интерполу.

– Спасибо, – сказала Реми. – А мы здесь тем временем постараемся привлечь к себе внимание.

– По-вашему, это хорошая мысль?

– Ну, в данный момент – единственная, – ответила Реми. – Если мы будем делать то, что делал Альбрехт, тогда те, кто заметил его, как-нибудь отреагируют.

– Будем надеяться, что отреагируют они иначе. Передам вам информацию, как только добуду. Карта уже у вас на айпаде, место раскопок отмечено. До свидания! – закончила разговор Сельма.

Сэм выключил айпад. Реми задала вопрос:

– Готов к экскурсии?

– Жду с нетерпением.

Они вышли на улицу, их ждал таксист Тибор, он открыл для них дверцу и, когда они сели на заднее сиденье, поинтересовался:

– Хотите посмотреть город?

– Да, – ответил Сэм. – Можно начать с реки?

– Конечно, – отозвался таксист. – Нынче хороший год, с Тисой все благополучно: ни наводнений, ни засух, ни разлития химикалий выше по течению. В прошлом году все это мы получили.

Сэм смотрел на свой телефон: на экране была карта Сельмы.

– Река, похоже, большая.

– Она протекает по северу Венгрии, примерно тысячу километров по Украине и впадает в Дунай на границе с Сербией. С древних времен это очень важная река. Здесь, в южной части обширной равнины, редко выпадают дожди. Но вода льется с Карпатских гор, с Украины, а Муреш течет из Румынии и приносит растаявший снег и дожди с гор Трансильвании.