Лучший из лучших - Уилбур Смит

– Что пообещал король белым? – спросил Бабиаан. – Что Лодзи может прийти с миром, чтобы поискать золото. Почему же Лодзи послал против нас армию?

Базо заговорил от имени молодых вождей:

– О великий король, наши копья сверкают, а глаза налились кровью. У нас пятнадцать тысяч воинов – враги короля не смогут устоять!

Лобенгула посмотрел на горящее нетерпением лицо Базо.

– Иногда самый опасный враг – это торопливое сердце, – тихо ответил он.

– А иногда, Великий Слон Кумало, это медлительная рука с копьем.

От настойчивости юнца в глазах короля промелькнула тень раздражения. Потом он вздохнул.

– Кто знает, где затаился враг?

– Враг перед тобой, великий король! Он перешел реку Шаши и явился, чтобы забрать у тебя твои земли! – заявил Сомабула.

Снова поднялся Ганданг.

– Лобенгула, сын Мзиликази, позволь копьям ударить, позволь молодым воинам броситься в атаку, иначе ты пожалеешь – я уверен в этом так же, как и в том, что утром взойдет солнце.

– Я не могу этого сделать, – тихо ответил Лобенгула. – Пока еще рано. Не следует использовать ассегай там, где достаточно моего слова. – Он поднялся, и его голос стал тверже. – Иди, Ганданг, брат мой, возьми с собой твоего горячего сына. Иди к предводителю этих солдат и спроси, почему он пришел в мои земли готовый для битвы, а потом принеси мне его ответ.

Фредерик Селус ехал первым, за ним – кавалерист с топором. Селус указывал, какие деревья срубить, кавалерист отмечал их зарубкой. За ними попарно ехали пятьдесят всадников: один спешивался, передавал поводья товарищу и, поплевав на мозолистые ладони, принимался валить помеченное дерево.

Топор стучал – белые, как кость, щепки разлетались в стороны. Второй всадник сидел в седле с ружьем в руках, выглядывая в окружающем лесу головной убор из перьев или длинный щит с кисточками. Когда подрубленный ствол с треском падал, лесоруб садился в седло и оба всадника ехали к следующему дереву, где менялись местами: первый принимался наблюдать за окрестностями, а второй махал топором. За лесорубами следовали бычьи упряжки: поваленные стволы связывали цепями и оттаскивали с дороги, по которой со скрипом ехал неповоротливый караван.

Работа продвигалась медленно. На третий день Ральф подъехал к Селусу, возглавлявшему колонну, чтобы обсудить возможность с помощью парового двигателя выкорчевывать из песчаной почвы небольшие деревья – прямо с корнями. Оставив лошадей с солдатом, Ральф и Селус прошли вперед, чтобы получше оглядеться.

– Стойте на месте, мистер Селус, – вдруг тихо сказал Ральф. – Не беритесь за пистолет и, ради Бога, не нервничайте.

В лесу повсюду двигались темные тени – внезапно впереди выросла стена тех самых длинных щитов, которых все так боялись.

– Разве король убил кого-то из белых? – раздался зычный голос. – Если нет, то почему отряд воинов пересек границу?

– Лобенгула никого не убивал! – откликнулся Ральф.

– Тогда, может быть, белые позабыли здесь что-то ценное и теперь вернулись, чтобы поискать?

– Я знаю этого человека, – прошептал Ральф Селусу. – Это один из старших вождей короля. Позади него, с красным щитом в руках, стоит его сын. Под командой этих двоих восемь тысяч человек. Нам лучше вести себя поосторожнее, мистер Селус: нас окружает целая армия.

– Король разрешил нам пройти! – обратился Ральф к ожидающим ответа воинам.

– Король говорит, что не звал в свои земли армию!

– Мы не армия! – возразил Ральф.

Ганданг откинул голову и горько рассмеялся.

– Послушай меня, Хеншо! Ни один белый не сделает дальше ни единого шага, пока не получит разрешения короля. Передай это твоим хозяевам.

Ральф пошептался с Селусом, потом повернулся к Гандангу.

– Мы подождем, – согласился он. – Подождем разрешения короля.

– А мы присмотрим за вами, пока вы ждете, – зловеще пообещал Ганданг. По его сигналу воины растворились в лесу, словно их никогда здесь и не было.

– Всем сторожевым отрядам вернуться в лагерь! – приказал полковник Пеннифатер. – Выставить фургоны кругом. Баллантайн, будьте добры, передайте гелиографом сообщение в Тули и срочно пошлите кого-нибудь в Булавайо, чтобы выяснить истинные намерения Лобенгулы.

Ральф собрался уйти, но полковник добавил:

– Кстати, Баллантайн, запустите, пожалуйста, генератор и подготовьте прожектор для освещения лагеря сегодня вечером. Не хватало еще, чтобы на нас напали под покровом темноты!

Ганданг и Базо стояли на вершине крутого каменистого холма – одного из тех, что усеивали пышущую жаром равнину между реками.

Рядом никого не было, хотя внизу виднелся лагерь объединенных отрядов отца и сына. Костров не жгли, чтобы белые не обнаружили присутствие матабеле: сегодня горячего ужина не будет и спать придется в темноте. Выстроившись в длинные шеренги, воины терпеливо сидели на корточках – словно бесчисленный пчелиный рой в тени дерева.

Базо знал, что ему достаточно поднять правую руку над щитом, чтобы воины вскочили на ноги и бросились в атаку, молчаливые и беспощадные, будто леопарды на охоте. От этой мысли его охватила кровожадная радость. Он неохотно отвернулся и тихонько встал рядом с отцом, почти касаясь его щита своим.

С реки дул легкий послеполуденный ветерок, шевеля перья на боевых уборах. Отец и сын не сводили глаз с лагеря белых.

Быков загнали в круг, образованный фургонами, между которыми виднелись орудия и пулеметы, – их позиции были укреплены ящиками из-под продовольствия и боеприпасов, снятыми с повозок. Поблизости от орудий сидели орудийные расчеты. Тем не менее лагерь вовсе не был похож на бивуак действующей армии.

– В предрассветной темноте мы могли бы снять их прежде, чем они возьмутся за оружие, – пробормотал Базо. – Да они и пикнуть не успеют.

– Подождем решения короля, – ответил Ганданг и вдруг удивленно вскрикнул.

– В чем дело, отец?

Ганданг поднял ассегай, показывая на юг, на бледно-голубой горизонт, далеко за рекой Шаши, где едва виднелись фантастические силуэты холмов, похожие на башенки сказочных замков. На этих далеких холмах что-то поблескивало и сверкало – крошечная искорка ослепительно яркого белого света, точно летящий светлячок или утренняя звезда.

– Звезды! – прошептал Ганданг с суеверным изумлением. – Звезды сияют на холмах!

Небольшая группа офицеров собралась возле установленного на треноге инструмента, разглядывая в подзорные трубы далекую искорку света.

Оператор гелиографа переводил сообщение вслух, одновременно записывая его в блокнот:

– Юпитер советует оставаться на месте, пока не прояснятся намерения Лобенгулы.

«Юпитер» был кодовым именем мистера Родса.