Короли Вероны - Дэвид Бликст

— И почему, — добавил Пьетро. — Я имею в виду, что дало бы этому человеку похищение. Почему Ческо сразу не убили? Неужели из-за выкупа?

— Скорее, чтобы влиять на судьбу Италии, — произнесла Катерина.

— Чтобы бросить вызов звездам, — сказал мавр.

— Или просто отомстить Кангранде, — предположил Игнаццио.

Пьетро обдумывал, стоит ли задавать следующий вопрос, на сей раз астрологу.

— Мессэр Игнаццио, это может прозвучать глупо…

— Глупых вопросов не бывает, — подбодрил Игнаццио, похлопывая Пьетро по плечу.

— Ладно, спрошу. Я просто подумал — а могло быть две звезды?

Игнаццио выпучил глаза.

— Что?

«Я знал, что вопрос дурацкий», — подумал Пьетро.

— Да так, пустое.

Мавр метнулся из-за стула Игнаццио и чуть не сломал Пьетро ключицу, схватив его своей лапищей.

— Говори!

— Я имел в виду… той ночью, когда родился Ческо… что, если упали две звезды?

Игнаццио вытянул шею из-за плеча мавра.

— Ну, две звезды. Одна летела с востока, а другая — с запада?

Вот болван!

— Если их траектории пересеклись? Это что-нибудь меняет?

Длинный подбородок астролога отвис чуть ли не до пола. Мавр ослабил хватку и уставился на огонь. Катерина и Пьетро смотрели на Игнаццио, который никак не мог собрать глаза в кучку.

— Устами младенца… — пробормотал мавр.

Игнаццио поднялся.

— Простите меня, мадонна. Сир Пьетро за один час понял то, над чем я ломал голову несколько недель. Меня следует выпороть.

— Порка подождет, — процедила Катерина. — Так что же означают две звезды?

Игнаццио подался вперед, плотно сцепив руки. Вкрадчивых манер как не бывало. Теперь Игнаццио походил на незадачливого школяра, которого неожиданно вызвали отвечать.

— Узнать наверняка никак невозможно.

— Мой господин хочет сказать, — вмешался мавр, — что все зависит от того, которая из звезд была ближе, а которая дальше. Углы падения, не интересовавшие нас, коль скоро мы думали, что звезда была одна, теперь тоже приобретают большое значение.

Катерина вскинула бровь.

— Составьте мне этот гороскоп.

— Гороскопы, мадонна. Как минимум два. А то и больше, если учитывать все варианты, — снова говорил мавр, взявшийся торговаться вместо хозяина.

— Мне все равно, сколько времени займет составление гороскопов и в какую сумму они обойдутся. Я хочу их получить.

— Как вам будет угодно. — Игнаццио отвесил Пьетро поклон. Лицо его успело принять обычное выражение. — Я восхищен вашим умом, сир.

— Я… я вовсе не хотел… — Взволнованный Пьетро до сих пор не осознал всю глубину своего открытия.

Благодарение богу, на улице поднялся шум. Началась суматоха. Пьетро уже не смотрел на астролога — он прислушивался к крикам, прорывавшимся сквозь ставни.

— Что там еще стряслось? — Катерина прошла на балкон, за нею следовали Игнаццио и Пьетро. На улице люди собирались группками, шептались; несколько особо ловких горожан бегали от одной группки к другой, разнося, очевидно, сплетни. На одних лицах застыл ужас, на других — довольные ухмылки. Подавляющее большинство, похоже, вовсю забавлялось — точнее, злорадствовало. Приблизительно полторы сотни мужчин и еще больше женщин с явным наслаждением смаковали подробности.

Двери распахнулись, и в гостиную влетел Баилардино. На добродушном лице его не наблюдалось и следа ночных возлияний.

— Ну и суматоха! То-то в Падуе повеселятся, когда узнают!

— Что случилось? — спросила Катерина.

— Ты до сих пор не слышала? Вся Верона гудит! Молодой Монтекки сбежал!

— С кем?

Вопрос задала Катерина. Пьетро тяжело прислонился к стене — он знал ответ.

«Мари, что ты наделал!»

Баилардино от души веселился.

— Да с этой малюткой, невестой Капеселатро! С племянницей Гранде! Она со своим родственничком Марцилио сегодня с утра уехала к Монтекки, а он уж и священника нашел!

У Пьетро округлились глаза.

— Значит, и Марцилио в сговоре?

— Он был свидетелем! А может, и посаженым отцом — всякое говорят.

— Кто распустил этот слух? — Катерина все еще не верила.

Пьетро поверил сразу, но ответ его не интересовал.

— Младший Каррара сразу же отправил письмо своему дяде, а пажу своему наказал прочесть письмо перед Кангранде и всем двором! — Баилардино усмехнулся. — Этот падуанец — храбрый малый. Гранде просто озверел! На людях-то он не мог подобающую выволочку племяннику устроить, но в покоях у них покою-то сегодня ночью и не будет, помяните мое слово!

— Антонио уже слышал? — спросил Пьетро. Только это сейчас и имело значение.

— Он же не глухой! В городе только об этом и говорят. Старик Капеселатро, должно быть, остатки волос повыдергивал с досады. Он мне вчера жужжал, как доволен партией для младшенького. Якобы эта свадьба сблизит Падую и Верону.

— Сблизит, куда денется, — ровным голосом произнесла Катерина. — В Вероне не одни Монтекки занимаются политикой.

— Капеселатро этого так не оставит, голову даю на отсечение, — ухмыльнулся Баилардино.

— Он больше не Капеселатро, — покачал головой Пьетро. — У него другое имя.

Баилардино прищелкнул пальцами.

— Ты прав! В этом-то и соль. — Баилардино нахмурился — только сейчас он заметил астролога. — И вы здесь, синьор звездочет? Вы, верно, думали, что такой исход неизбежен? Ваши драгоценные планеты завертелись в нужный момент, и у молодого Монтекки в штанах заиграло?

— Не уверен, что на данное обстоятельство повлияли звезды, — степенно отвечал Игнаццио.

— А в чем вы вообще уверены? — Баилардино не скрывал неприязни.

— Тут дело в нумерологии. Имена обладают особой властью. Когда человек меняет имя, он сам меняется. А с ним и его судьба.

— Черт меня подери, — проворчал Баилардино.

— Это старый спор, — молвила Катерина. — И никакого отношения к сегодняшнему событию он не имеет. Что предпринял мой брат, чтобы не дать разгореться междоусобице?

Баилардино повернулся к астрологу спиной.

— Кангранде отправил гонца в замок Монтекки с приказом Марьотто предстать перед судом. Больше он пока ничего не может сделать. Дело за Капуллетти. От их действий все и будет зависеть.

Катерина, Игнаццио и Баилардино еще обсуждали ужасное событие, Пьетро же снова сел. Под ложечкой мерзко посасывало. Было трудно дышать.

«Я видел, к чему все идет, и ничего не предпринял. Как я посмотрю в глаза Антонио?»