Саблями крещенные - Богдан Сушинский

Торрес напряженно прислушивался к разговору, который они вели на французском, время от времени оглядываясь на шкипера.

— Что тебе делать на корабле? На море сейчас слишком опасно, — недомолвками поддержал его Гяур.

— Ну, если вы поможете подыскать службу во Франции, чтобы я мог немного подработать и вернуться в свою Фрисландию.

— Конечно же помогу. На берег сходишь первым, как только коснемся отмели.

Очевидно, Торрес все же уловил смысл их переговоров и решил не рисковать. До берега оставалось всего несколько гребков, когда он вдруг оставил правое весло и выхватил пистолет. Однако Гяур был настороже. Не поднимаясь со своего сиденья, он сильным ударом ноги вышиб оружие и не менее сильным ударом в переносицу оглушил его. Схватив моряка за ноги, Гяур вышвырнул его за борт. При этом шкипер даже попытался помочь ему, но оба едва не оказались в воде.

— А я уж было засомневался в правдивости твоих слов, Хансен, — похлопал Гяур фриза по плечу.

— Это было бы непростительной ошибкой, — сухо обронил моряк.

Гяур достал у него из-за пояса пистолет и выстрелил в сторону берега.

— Что это значит?! Зачем?! — не понял шкипер.

— Это значит, что полковник Гяур убит выстрелом в спину. Разворачивай шлюпку, идем к «Кондору».

— Сдаваться? Чтобы нас обоих вздернули на рее?

— Ну, зачем так сразу сдаваться? Вернемся на судно, как того требует долг вежливости, Хансен. Мой выстрел капитан д’Эстиньо воспринял сейчас, как выстрел Торреса. Но я вынужден буду разочаровать капитана. Этот выстрел — его, следующий — за мной, словом, все, как на обычной дуэли.

Хансен хотел возразить полковнику, но в это время у борта всплыла голова Торреса. Фриз нагнулся и захватил неудачливого убийцу за волосы.

— Помоги, — прохрипел тот.

Пока они вытаскивали испанца на борт, лодка уткнулась носом в песчаную каменистую банку, и это облегчило их усилия. Перегнув полуутопленника через борт, шкипер довольно быстро привел его в чувство.

— Ты понимаешь, что я говорю и что с тобой происходит? — спросил он Торреса по-испански.

— Понимаю, — выплюнул тот вместе с остатками воды и ила.

— Ты хотел убить полковника, но он помиловал тебя.

— Спасибо, мсье, — прокашлялся Торрес по-французски.

— Я так и понял, что он сразу же разобрался в нашем французском, а значит, понял, о чем мы говорим, — сказал Гяур, садясь за весла.

Фриз уперся своим веслом в берег и помог сорвать шлюпку с мели.

— Что вы намерены делать, князь? — спросил он.

— Убить капитана, — с предельной ясностью изложил свой план Гяур. — И назначить капитаном вас. Думаю, шкипер Торрес возражать не станет.

— Вы решили назначить меня шкипером? — несказанно удивился несостоявшийся убийца.

— Я никогда не отступаюсь от своих слов и не предаю друзей.

Они развернули шлюпку и направили ее на черневшую невдалеке громадину «Кондора».

— Остановитесь, — неожиданно взмолился Торрес, стуча зубами от холода. — Вас перестреляют, не дав подняться на борт. Я скажу, что убил вас, полковник, — переводил его взволнованную речь с испанского Хансен. — Но, стреляя, вывалился за борт, или что-то в этом роде.

— Я-то считал, что в лодке молчать удобнее, чем на дне, — нравоучительно заметил Гяур. — Вы — убийца, но я дарю вам жизнь. Хотите — принимайте ее, не хотите — возвращайтесь на дно, откуда мы вас только что вытащили.