Кремлевский визит Фюрера - Сергей Кремлев

Сталин кивнул:

— Да, это серьезно… У нас тоже с этим есть сложности, поэтому так сразу я что-то предложить не могу… — Сталин поколебался и продолжил, — но можно попробовать сделать так… Германия пока что не в полном объеме выполняет свои поставки нам оборудования… Я понимаю — время для Германии военное, но если вы ускорите выполнение наших промышленных заказов, то мы, возможно, могли бы существенно увеличить поставки вам продовольствия… И при этом мы взаимно вводим пятидесятикилометровую демилитаризованную зону, кроме, конечно, Восточной Пруссии — она узка… Возможно, к середине следующего года мы смогли бы продать вам в счет поставок и сотни две наших новых зенитных пушек — они у нас хороши и могут доставить англичанам немало неприятностей…

— Я согласен, что с нашими поставками надо что-то делать, мы вам действительно задолжали….А в целом я отвечу вам сейчас вашими же словами, герр Сталин, — тут надо подумать…

— Хорошо…

— Но как с «Пактом трех»? — не унимался Риббентроп.

— Давайте об общих проблемах поговорим завтра… У нас еще будет на это время после показа нашей техники и показательных учений, — предложил Сталин.

— О! — признался фюрер. — Я жду их с нетерпением…

НА МЫСЛЬ продемонстрировать фюреру нечто внушительное Сталина натолкнули два воспоминания… Давно уже — в 1922 году, он как-то стал участником спора Ленина с тогдашним наркомом иностранных дел Чичериным…

Ленин предлагал устроить «травлю фашистов в Италии», а Чичерин категорически возражал:

— Тактику угроз, Владимир Ильич, надо применять очень осторожно, ибо большой вопрос — удержит ли это рвущихся в авантюру авантюристов.

— Э, батенька! А почему бы и не погрозить?!

— Можно и погрозить, но тактикой угроз надо пользоваться умеючи… Бисмарк умел грозить, зная когда и как грозить. А можно погрозить и так, как Россия в 1914 году… В результате Вильгельм не испугался угрозы, а решил предупредить ее исполнение… Это был худший вариант… В лучшем — рискуешь сделать себя смешным…

— Я вспоминаю, что солдаты говорили Суворову: «Кто зол, да не силен, на козла похож», — поддержал Чичерина Сталин…

— Вот-вот, — засмеялся Чичерин. Рассмеялся и Ильич, но Сталин сказал тогда:

— Однако, Георгий Васильевич, вы ведь не против умной и весомой угрозы?

— Нет, конечно, Иосиф Виссарионович, — вновь рассмеялся Чичерин.

А в середине 30-х годов Майский, и тоже смеясь, рассказал Сталину случай и смешной, и поучительный… На дипломатическом приеме в Лондоне к нему подошел один из лучших друзей СССР среди лейбористов и стал громко восхищаться первомайским военным парадом, который он видел в Москве, и особенно — советской авиацией.

— Наши твердолобые, — восклицал он, — должны будут задуматься…

Потом лейборист наклонился к самому уху Майского и прошептал:

— Я понимаю, что для вашей демонстрации в Москве вам пришлось собрать самолеты со всей России, но это умно, и такая хитрость для вас вполне законна в борьбе с капиталистическим миром…

Майскому пришлось долго уверять, что самолетов для парада вполне хватает в Москве…

И Сталин решил эти идеи соединить в одно… К Бресту были подтянуты пятьсот далеко не новых танков «Т-26», «БТ-7» и «Т-28».

Это был, так сказать, «кордебалет»… В качестве же «прим» выступали новые тяжелые «КВ-1», «КВ-2» и средний «Т-34».

Наименование «Клим Ворошилов», «KB», имели два весьма разных танка. Общими у них были непробиваемая для 1940 года броня и серьезная огневая мощь. В Германии не имелось ничего подобного даже в проектах, что, впрочем, можно было сказать и о «Т-34».

Устаревающий танковый «кордебалет», собранный в одном месте, все же впечатлял… И таких танков в РККА хватало — их были тысячи…

Что же до «KB», то их имелось чуть больше двух сотен, а «тридцатьчетверок» к ноябрю 40-го успели сделать еще меньше… И вот тут Сталин вспомнил Майского и приказал подвезти под Брест почти всю новую танковую наличность…

Подвезли в Брест и другую технику. Сталин резонно рассудил, что в любом случае конфликта до весны 41-го года не будет — на зиму глядя в Россию не идут. А показать немцам лучшее — не вредно. Ведь они нам свое лучшее (или почти лучшее) не только показывают, но и продают…

УТРОМ 22-го после короткого общего делового завтрака хозяева и гости отправились на показ техники.

Легковые машины въехали на широкую равнину… Недалеко высились укрепления Бреста, виднелись редкие рощицы…

В одном месте чернел глубокий ров десятиметровой ширины… Этот ров был спешно подготовлен саперами серией направленных взрывов, и был на первый взгляд непреодолим…

Неподалеку от того места, где машины остановились, на краю поля выстроился с десяток танков— и старых, и новых… Среди них — все три «примы»: «КВ-1», «КВ-2» и «Т-34».

Стояла и пара тяжелых «линейных» «Т-35», выглядевших со своими несколькими башнями весьма грозно, хотя они уже морально устаревали.

Тут же были орудия…

85-миллиметровая зенитная пушка образца 1939 года на четырехколесной платформе впечатляла и формами, и калибром. Под стать ей была 76-миллиметровая пушка «УСВ» на такой же удобной платформе.

152-миллиметровая пушка «БР-5» и 203-миллиметровая гаубица уставились в серое сегодня небо длинными стволами и поблескивали новенькими траками гусениц…

Рядом стояли их тягачи…

120-миллиметровый полковой миномет образца 1938 года опирался двумя высокими «ногами»-сошками на землю, а концом ствола— на круглую опорную плиту… Он был не очень внушителен, но фюрер оценил его сразу — это было серьезное оружие пехотной поддержки.

Когда Сталин и Гитлер подошли к легкому танку, из ладной башенки которого торчал всего лишь крупнокалиберный пулемет, фюрер посмотрел недоуменно — где же пушка, чем тут хвалиться? Однако Сталин ласково похлопал по широкому, скошенному назад переднему броневому листу корпуса и кратко пояснил:

— Плавающий…

Гудериан не выдержал и сразу же зашел за танк. Сзади действительно выступал винт — как у катера.

— И сколько он дает на воде?

— Шесть километров в час… Немного, но это же — по воде… Хотите — Буг переплывет… Днепр он уже переплывал…

Могучая пушка танка прорыва— «КВ-2», восхищала, как и его толстая броня… А формы скошенных башен «КВ-1» и «Т-34» и их широкие гусеницы заставили фюрера и Гудериана тут же переглянуться…

Сталин заметил это, переглянулся в свою очередь с Ворошиловым и сказал, обращаясь к фюреру:

— Мы будем иметь возможность посмотреть их в деле, как, впрочем, и еще кое-что…

Но и это уже было для немцев неожиданно… А Сталин подводил гостей к линейке самолетов… И — тоже неожиданной… Пикирующий двухмоторный бомбардировщик «Пе-2» явно оставлял далеко за собой знаменитую «Штуку» польской кампании — «Ю-87». Его шасси в отличие от «Штуки» — это было видно сразу — убирались. А значит, и скорость должна была быть приличной…