План на вечер. Большая Охота - Рэд Кэррот

Сальвет неопределенно пожала плечами.

— Не вижу повода для слез.

— На тебе ошейник, штрафы и проблемы с работой. Если это не повод, то что тогда для тебя повод?

— Ты мне читать лекции будешь? — Сальвет поднялась со стула. — Если это все, на что ты способен, то я пойду.

— Сядь, — осадил ее голос, Сальвет даже шага сделать не успела. Пришлось садиться обратно. — Я не сказал, что не могу помочь.

— Тогда помогай без нотаций.

— Как Айзу тебя терпит? — сощурились яркие алые глаза с вертикальным зрачком.

— С трудом. И обычно общается с моим другом. Я же все время оказываюсь не в нужном месте не в нужное время, — рассмеялась Сальвет от всей души, сходу вспоминая такие случаи. Кажется, других-то и не случалось.

— Никогда бы не подумал, что она пришлет тебя за этим, — бормотание под нос заинтриговало. — Могла бы и написать. Хотя… Мне нужен ответ, сейчас и сразу. Ты согласна пойти в колодец с незнакомой группой высокого уровня?

— Академия…

— Да или нет? — оборвал ее Паркасс, не церемонясь.

Сальвет смотрела в яркие глаза. На языке так и крутились слова про академию, Харамуда, проблемы и запреты. Однако, кажется, ее собеседнику все это было не нужно, сам понимал, часть знал наверняка.

— Да, — и быстро добавила. — Но с другом. Он ходил со мной на Большую Охоту, обузой не будет.

— Хорошо, — Паркасс спрыгнул со стола. — Есть еще что-то, что я должен знать?

— Ну, — задумалась Сальвет, утыкаясь взглядом в потолок. — Наверное, нет, больше за мной косяков не было.

— Через пять дней буду ждать здесь с другом. Будет вам работа. Сейчас можешь валить к себе.

— Могу, — пробормотала под нос Сальвет, наблюдая за удаляющейся фигурой в добротных одеждах. Окликнула. — А можно у тебя пересидеть до завтра?

Мужчина остановился. Помедлил и обернулся с недоумением.

— Что ты мне еще не рассказала? — в воздухе повисло недовольство. — Сказал, нужно все, что имеет отношение к делу!

— А, так это к проблемам с Харамудом не имеет отношения. Просто колодец в Ар Олэ меня не вернет до завтра, а больше пойти некуда. Не хотелось бы гулять всю ночь под открытым небом. Дождик там, и все такое.

— Дождик, говоришь, — к ней подкрался опасный зверь и навис сверху. Сальвет продолжала сидеть на стуле, не двигаясь. — Ну? Что еще?

— Ну, — протянула Сальвет. Потом на всякий случай решила уточнить. — А ты мне группу из местных подберешь или как получится?

— Рассказывай!

— У вас тут недавно пытались сжечь одного преступника. Видел, наверное, большой костер? Так вот. Небесный владыка помиловал, но, наверное, кому-то этого может оказаться мало, — сделала предположение Сальвет и затихла.

Над головой шумно втянули воздух. Кажется, у нее прекрасно получается раздражать окружающих.

— Обожаю эту стерву, — поделился предпочтениями Паркасс. — Еще что-то есть?

— Нет, больше точно ничего, — клятвенно заверила Сальвет.

— Неужели? — секундная заминка не осталась незамеченной.

— Ничего, что могло бы помешать, — пообещала Сальвет. От нее отодвинулись, позволив выдохнуть. — Так как насчет ночевки?

— У меня не приют для бездомных солнечных. Хочешь остаться, поработаешь внизу.

Вариант вполне себе приемлем. С такими мыслями Сальвет спустилась следом за Паркассом. Солнечный свет, заливающий основную залу, составлял резкий и острый контраст с сумраком чердака. А казалось при первом взгляде с улицы, что тут сумеречно. Окна открыли!

— Сайли, — позвал Паркасс, останавливаясь у подсобки. Постучал костяшкой указательного пальца по косяку. — На этот вечер у нас новая помощница. Найди ей применение. Я на рынок, буду поздно.

— Хорошо, хозяин, — раздался из подсобки несмелый голосок.

Сальвет проводила взглядом фигуру сури, невольно задержав взгляд на ушках. С ней не попрощался, ни слова больше не сказал. Накинул плащ, висевший на ножках стула возле входа, натянул капюшон на голову и был таков.

— Моя помощь нужна? — заглянула в подсобку Сальвет. — Ух ты, сколько вас тут. Вы прячетесь от хозяина?

— Скажешь тоже, — рассмеялся один из мужчин с наголо бритой головой. Добродушная улыбка и недельная щетина делали местную охрану слишком доброй на вид. Впрочем, его товарищ без бороды и с растительностью на голове выглядел точно также безобидно. — Заходи, малышка. Ты с нами на сегодня? Чем подкупила хозяина? Длинными ножками, красивыми глазками?

— Тандух! — покраснела до кончиков ушей Сайли, которая возилась возле огромного шкафа.

Сальвет заметила там тарелки, накрытые специальной пленкой. Кажется, в заведении не готовили, а все необходимое покупали где-то на стороне. Очень удобно. В Пробитой башке в основном закуски были, и когда клиентам хотелось чего-то более сытного, приходилось отказывать.

— Хозяина такими глупостями не проймешь, — с твердой уверенностью заявила Сайли.

Мужчины за ее спиной едва не подавились смешками.

Помимо этой троицы на Паркасса работала целая орава. Но, так как открывался кабак после захода солнца, то и подтягиваться они начали к этому времени.

— Как она? — Паркасс наблюдал со второго этажа за происходящим в зале.

Девчонка солнцерожденная легко перемещалась между столиками. Вот вломила кому-то подносом без зазрения совести, когда пьяное тело руки распустило. Причем сделала это без отрыва от работы и каких-то эмоций, возмущений. Даже для солнечной с ошейником странная реакция. Нет бы в слезы удариться, как все малышки ее возраста. Сайли бы в обморок грохнулась.

— Нормально, — на перилах рядом сидела его помощница и болтала ногами. Падать не высоко и не страшно. — Ты и сам видишь.

— С Айзу связалась? И что?

— Послала в дальнее пешее, — легкомысленно пожала плечами девушка.

— Понятно. Значит, все так. Любопытно.

— Не то слово, — тихо пропел голосок за спиной, вызывая непрошенные мурашки даже у такого прожженного вояки, как Паркасс. — Оставь нас со своим хозяином, Глена.

— Уже ушла, — фигурка спрыгнула с перил вниз и быстренько растворилась в толпе.

Сури ничем не выдал своего удивления и напряжения. Во всяком случае очень на то рассчитывал. Стоял, опершись локтями о перила, и смотрел в зал невидящим взором, пока в мозгу быстренько пробегали варианты причин для нахождения в его кабаке Хранителя чистоты. Тех хватало, но вряд ли о них знала сама Тамила.

—