Пламя смерти - Андрей Вячеславович Шевченко

Дилль почесал в затылке — отличная задачка. Пусть колдуньи будут заняты им! Они будут так заняты, что из их шатра он выйдет личем. О чём и сказал.

— Ты же одолел пустынную деву, — нахмурился эмир. — Неужели не сможешь бороться с десятком древних старух?

— Однако, так их десять? — Дилль был неприятно удивлён. — И как я должен противостоять им, если магии у меня — кот наплакал? Магическая энергия, знаешь ли, во сне не прибывает.

— Я распоряжусь, чтобы тебя больше не усыпляли, — сказал эмир. — Тогда ты сможешь набраться сил?

— Да, — ответил Дилль и не удержался: — Если будут кормить мясом с керешем.

— Если желаешь, я велю тебя всего керешем обсыпать, — не принял шутки эмир. — Еду обеспечу. Что ещё нужно?

— Эх, мне бы посох. Кстати, чёрный посох, что я добыл в пещере девы. Он где?

— Мне рассказали, что одна из колдуний поплатилась жизнью, когда пыталась взять его. Потом они завернули его в какую-то специальную тряпку и спрятали.

— А-а, сдохла, гадюка, — удовлетворённо сказал Дилль. — Значит, инициация прошла успешно. Мне нужен этот посох. Пусть он будет со мной, когда отправите меня к вашим старухам.

— Сделаю, — после недолгого колебания кивнул эмир. — Что ещё?

— Всё. Когда мы приедем?

— Завтра к вечеру.

— Как быстро доехали, — удивился Дилль. — Три дня, и мы в Эрмелеке.

— Три дня? — в свою очередь удивился эмир. — А-а, понял. Ты решил, что если тебя будят в третий раз, то едем мы три дня? Нет, дорога к Эрмелеку занимает почти две недели.

— Мог бы и сам догадаться, — буркнул Дилль. — Тогда дай мне выспаться и оставь меня в покое на пару часов перед тем, как мы въедем в вашу столицу. И, — тут Дилль пронзительно посмотрел на эмира, — сделай так, чтобы твои воины не попадались мне на глаза. Потому что смерть будет ждать всех.

Эмир поднялся.

— Отдыхай. Когда тронемся в путь, я велю дать тебе тележку — можешь спать в ней в дороге.

Джагатай ушёл. Дилль посмотрел на блюдо с остывшим мясом. Почему бы и нет? Ему нужны силы. К тому же, быть может, сытно ест он в последний раз в своей жизни. Дилль опустошил блюдо, запил жгучим араком и увалился на мягкую шкуру. Теперь можно и поспать без всяких колдовских штучек.

А эмир, выйдя из шатра, подозвал двух сотников и дал короткую команду:

— Режьте.

Сотники убежали. Вскоре все колдуньи и шаманы, сопровождавшие поисковый отряд, были убиты. Воины, вытирая от крови лезвия кривых сабель, вполголоса говорили, что наконец-то эмир решился выступить против Ковена.

* * *

— Нет, я останусь здесь, — тихо, но твёрдо сказала Илонна. — Гейрге бросила своего детёныша и рисковала ради меня жизнью. Я не оставлю её умирать в одиночестве. Мы умрём вместе.

Мастер Фиррис беспомощно посмотрел на Тео. Он уже отчаялся уговорить Илонну покинуть предместья Веира. Теперь, когда Мейс больше не вливал в Илонну жизненную силу, она ослабла настолько, что не могла поднять головы. Судя по прошлым разам — ещё до ночи она лишится сознания.

— Ты скоро впадёшь в кому, из которой вывести могут только врачеватели, — Тео вмешался в разговор отца и дочери. — Мейс был мерзавцем, но он был прав — тебе нужна квалифицированная помощь. Нужно ехать в Григот.

— Нет.

— Дилль не одобрил бы твоего поведения.

Илонна закрыла глаза и попросила:

— Отнесите меня к Гейрге. И… меч Дилля тоже.

Мастер Фиррис взял дочь на руки и отнёс туда, где лежала красная драконица. Сколько помнил вампир, Гейрге ни разу не вставала. И драконицу, и Илонну поразило одно и то же заклятье. И последствия одинаковые: неимоверная слабость и незаживающие язвы на теле. Просто у Гейрге больше сил — видимо, она продержится дольше, чем Илонна.

Мастер Фиррис положил девушку рядом с тёплым красным боком драконицы. Тео с опаской подошёл к Гейрге и вложил в руку Илонны меч Дилля, но драконица даже не посмотрела в его сторону. Очень хорошо — вчера, например, она едва не спалила адепта.

— Оставь нас, отец. И ты, Тео.

Мастер Фиррис и Тео отошли. Илонна долго молчала — набиралась сил.

— Даже говорить уже трудно. Гейрге, скоро я умру. Прости, что я втянула тебя в эту историю. Из-за меня твой малыш останется без матери.

Драконица подняла голову и тихо рыкнула. Илонна, словно понимая, что ей сказали, слабо улыбнулась.

— Думаешь, полетаем ещё? Нет, это уже не для меня. Ты — сильная, ты сможешь одолеть эту заразу.

Рык драконицы на сей раз был утробнее — похоже, она начала сердиться. Стоящие вдали мастер Фиррис и Тео озабоченно переглянулись.

— И не спорь, я тебя не покину. И Дилль поступил бы так же, — Илонна надолго замолчала, потом тихо сказала: — Знаешь, на какой-то краткий миг мне показалось, что я по-прежнему чувствую его. Но потом это чувство исчезло. Это было ещё до того, как Мейс…

Услышав это имя, драконица взревела.

— Забудь о нём. Он не достоин, чтобы его имя помнили, — Илонна из последних сил подняла руку и положила на изящную драконью морду. — Прощай, сестра!

Девушка закрыла глаза, её рука упала на землю. Гейрге горестно заревела. Мастер Фиррис и Тео бросились к Илонне. Драконица, подняв голову, громко зарычала, и они остановились. Гейрге опять зарычала и мотнула головой.

— Мастер, мне, наверное, кажется, но Гейрге велит нам увезти её. Смотрите, она показывает на юг.

Драконица снова зарычала и повторно мотнула головой. Мастер Фиррис взял бесчувственное тело дочери и понёс к палатке. Тео постоял, глядя ему вслед, затем повернулся к драконице.

— Госпожа, тебе нужна помощь. Мастер Фиррис увезёт Илонну в Григот, а я останусь здесь и буду ухаживать за тобой, пока ты не выздоровеешь. Не возражаешь?

Драконица проворчала что-то на своём драконьем языке — Тео понял так, что не возражает. Он подобрал с земли меч и пошёл вслед за мастером Фиррисом, сказать ему о своём решении.

* * *

Юловар поцеловал жену и на цыпочках вышел из опочивальни. Теперь, когда стало известно, что Линда готовится стать матерью, он старался лишний раз не беспокоить её. Увидев слуг, толпившихся в ожидании, когда их величества проснутся, Юловар приложил палец к губам и сделал грозную физиономию. Намёк был понят — слуги неслышно удалились. Осталась одна старая Герда, которая нянчила самого Юловара.

— Герда, гони всех прочь, будь они хоть герцогами, — тихо сказал король.

Нянька поклонилась и заперла за ним дверь. Юловар вышел, сделал такое же распоряжение гвардейцам, стоящим на страже, после чего направился в свой кабинет. Уже вторую неделю он изнывал от желания узнать, что же