Любовь по рецепту - Юлианна

Стук в дверь, и перед ними высокий мужчина с букетом алых роз, удивленно озирающийся по сторонам и заглядывающий в телефон.

— Это он? — спросила одна из близняшек.

— Да.

— Простите, юные леди, не подскажите, где найти Мирославу?

— Кого? — в один голос спросили они и он улыбнулся.

— Миру.

Спрыгнув со стула, шустрые пятилетки, взяли его за руки, и повели по широкому коридору.

— А у вас есть конфеты? — спросили девочки без стеснения, и он улыбнулся, показывая рукой на коробку конфет, спрятанную за цветами.

— Две мне и две моей сестре Ксюше, можно?

— Вот так сразу? — улыбнулся он, присев перед ними на корточки. — А как же ужин?

— Мы поели, — закивали они.

— Катюша? Ксюша? Идем в столовую, — крикнула Даша и тут же осеклась, не сразу заметив Эрмана. — О, Эрман, ты вовремя.

Подозвав его, она взяла девочек, и мило улыбнувшись ему, показала головой, следовать за ними.

— А вот и мы! — радостно сообщила Даша, услышав, как дети дружно застучали ложками и зашумели.

— Привет, — улыбнулась Мира, подходя к нему ближе и замечая его растерянный взгляд. — Это слишком, да?

— Ну, если честно, я впервые на свидании, где присутствует так много детей, — улыбнулся он, озираясь по сторонам и смотря на то, как дети увлеченно уплетают тефтели с макаронами.

— Наши места за главным столом, — улыбается Мира, показывая рукой на широкий стол у стены и пытаясь скрыть нервозность. — Голоден?

— Очень, — прошептал он, окинув ее таким взглядом, что она нервно засмеялась.

9

Сказать, что Эрман был ошарашен, это ничего не сказать. Его еще никто не приглашал на свидание в приют для сирот. И если поначалу он чувствовал себя немного скованно, то после вкусного ужина и задувания свечей на торте, расслабился.

— Жалеешь?

— О чем? — спросил он.

— Что приехал?

— Нет.

Мира усмехнулась и встретилась с внимательным взглядом Ольги Николаевны.

— Я здесь жила с трех лет. Родители погибли в автокатастрофе. Родных нет. Поэтому Ольга Николаевна стала мне как родная. Я могу вас познакомить?

— Конечно.

— Ольга Николаевна, это Эрман Дидье, знаменитый французский шеф-повар, — улыбнулась Мира, подводя Эрмана к ней. — Эрман, это Ольга Николаевна. Мой ангел-хранитель.

Они пожали друг другу руки.

— Надолго в наши края? — холодно спросила директор приюта.

— Надолго, — улыбнулся он, стрельнув глазами по Мире.

— У вас серьезные намерения насчет Мирославы?

— Да.

— Ольга Николаевна? — Мира едва не упала после ее вопроса, чувствуя, что Эрман ей не понравился. — К чему такие вопросы?

— Все нормально Мира, — успокоил ее Эрман.

— Не вижу ничего плохого в том, чтобы узнать получше твоего молодого человека.

— Мы не…

— Если Мира позволит, я бы хотел встречаться официально.

— Вы спрашиваете у меня разрешение? — удивилась Ольга Николаевна и он кивнул.

Мира едва дышала, слушая их разговор.

— Эрман ты…

— Мира, будь добра, принеси нам по кусочку торта, — улыбнулась Ольга Николаевна и она ушла.

— Как его встретила дракониха?

— Даш, я сто раз просила не называть ее так, — отчитывала Мира Дашу, пока нарезала торт.

— Дракониха она и есть, только что огнем не дышит. Бедный Эрман.

— Все хорошо… вроде.

— Ну, судя по тому, как она прыгает перед ним, — приподняв брови, сказала Даша. — Он действительно принят в семью. Ты ему сказала, что мы мафия?

— Даш, прекрати.

— Нет, а что? Пусть сразу привыкает.

— Он итак в недоумении, что он здесь делает. Не стоит вываливать на него все сразу.

— Стоит. Чем раньше подготовиться, тем быстрее привыкнет. И кстати, скажи, что у нас и цыганский табор имеется.

— Так, все! Дети на тебе какое-то время.

— Ага, скажи это им, — бросила Даша, заметив как близняшки, взявшись за руки, подкрадывались к Эрману.

Облепив его с двух сторон, они стали что-то спрашивать. Эрман не успевал отвечать им, вертя головой на сто восемьдесят градусов в разные стороны.

— Так, булочки. Идите, поиграйте. Я к вам позже подойду, — пыталась спасти его Мира.

— Мы хотим с ним.

— Хорошо. Мы придем вместе, — улыбалась она, поглядывая на него и, замечая его улыбку.

— Как вам блюда? — спросила Ольга Николаевна, улыбаясь.

— Отлично. Особенно понравился ризотто. Интересный вкус.

— Это все Мирочка. Рукодельница наша, — гордо отвечала она, пока Мира красная как рак, не знала куда деться.

— Не удивлен, — улыбнулся он, поглаживая ее руку. — Чувствовал, что у нее талант.

— Еще какой!

— Ольга Николаевна, можно мы ненадолго отойдем? — спросила Мира.

— Конечно, детка.

Предложив Эрману прогуляться, она накинула джинсовку и вышла из здания, чувствуя спиной его взгляд.

— Все хорошо? — спросил он и она кивнула.

— Побоялась, что дети тебя утомили.

— Ты за меня не волнуйся. В Париже я живу… жил, рядом с многодетной семьей. Крики младенцев посреди ночи мне не страшны. К тому же у меня есть племянники.

— Это хорошо, — кивнула она, показывая рукой на беседку.

— Если скажу, что впечатлен своим первым свиданием, поверишь? — усмехнулся он и она засмеялась.

— И даже без поцелуя?

— Если честно, хотел тебя поцеловать с того момента, как мы вышли.

Сказав это, он притянул ее к себе и нежно поцеловал, смакуя горячие губы.

— И десерт не нужен, — шепнул он, проведя языком по губам.

Мира едва держалась, схватившись за его плечи, как за спасательный круг. Ей катастрофически не хватало воздуха. Он подхватил ее и усадил на небольшой столик, который странно заскрипел и прервал их идиллию.

— Лучше слезть, — предложила Мира и уже начала спускать ногу, как он завалился на бок вместе с ней.

Испугавшись, она вскрикнула, схватив Эрмана за плечи и, потянув за собой, после чего они с грохотом приземлились на деревянный пол.

— Твою мать! — воскликнула Мира, чувствуя, как смеется Эрман.

— Ты как?

— Почти жива, — улыбнулась она, поднимаясь. — Стол уже давно просился на свалку.

— Может, лучше вернемся? — предложил он, и она кивнула, жалея, что романтический момент был упущен. — Если хочешь, можем позже поехать ко мне?

— Разве секс не по обоюдному согласию?

— Выпьем вина. Послушаем музыку.

— Звучит заманчиво. Пожалуй, соглашусь. Только нам предстоит разговор с близняшками.

— Катя и Ксюша, кажется?

— Ага.

— Они довольно… общительны, — усмехнулся он, подбирая правильное слово.

— Я бы сказала чересчур. Они слишком рано начали разговаривать, поэтому в свои пять лет, довольно рассудительны. Их не обмануть, и если мы пообещали вернуться, лучше сдержать свое слово.

— Тогда, — он вдруг резко подался вперед и буквально впечатал ее в себя, срывая очередной поцелуй. — Мне необходимы силы, чтобы я продержался до вечера.