Пернач IV. Город Мечты - Алексей Глазков

Я отправился за патронами, отсчитав сорок пистолетных принес их деду, и тот кивнул подручным, чтоб грузили товар в пикап. Когда погрузка была завершена, я сел на мотоцикл, подождал пока слепая чертыхаясь и бухтя заберется, запустил двигатель, и вывел колонну на Дорогу Проклятых. Ехали долго, без остановок. Слепая сначала ерзала, потом навалилась на меня всем весом и задремала. Солнце ползло к горизонту, а мы были еще черт знает где, и до Сима оставалось прилично ехать, поэтому я стал высматривать место, где можно было бы остановиться.

Такое место вскоре попалось около большого перекрестка, далеко слева от которого виднелись развалины деревушки, а справа площадка с кирпичным зданием, заставленная прогнившими остовами грузовиков, с парой разрушенных ларьков и останками домиков ближе к чахлому лесочку. Видимо это был кемпинг, где можно было остановиться поесть и переночевать. И спустя столько лет мы снова остановимся тут поесть и переночевать, какая ирония… Более-менее уцелело только здание столовой и администрации. Дачные домики практически рассыпались, и выглядели совсем плохо, тогда как столовка сразу понятно, что не обитаема. Я завел колонну на заставленную остовами грузовиков парковку, ссадил слепую, слез сам, и взялся за дробовик.

- Виль, Садри! Со мной! Остальные на охране! - скомандовал я.

Направившись к зданию столовой, внимательно глядел по сторонам. Пыль лежала ровным слоем, ни следов колес, ни отпечатков ног, ни человеческих, ни животных, много-много времени. Осторожно заглянув в полумрак, я не разглядел ровным счетом ничего, вошел в здание и подождал, пока глаза привыкнут к освещению. Следом за мной проникли Виль и Садри, при этом искатель держался уверенно, и сильно не скрывался, а собирательница была на стороже. Внутри нас ждала грязь и разруха. Разломанная пластиковая мебель, куски отделки, осколки посуды. Пыль на полу была так же нетронута. "Я уже почти следопытом стал", успел подумать я, когда увидел за барной стойкой что-то не вписывающиеся в обстановку. Вскинув ружье, я осторожно приблизился, и не поверил своим глазам.

За стойкой, на уцелевшем стуле сидел старик, в обветшавшей одежде, голову и одеяние трупа покрывал слой пыли. Волосы белые, кудрявые, рот немного приоткрыт, а вот глаза напротив, сильно зажмурены. Как он так умер, и не упал? Сел, и сердце прихватило? Я опустил ружье и осмотрел на труп с ног до головы. Садри и Виль заметили тело, но значения не придали, продолжили осмотр помещения. Я сделал шаг навстречу трупу, когда он поднял голову и открыл глаза.

Глава 3

Сказать, что я испугался - это не сказать ничего! Отпрыгнув на полтора метра, я присел и направил дробовик на ожившего мертвеца.

- Абрх, прфврп, тьфу! - сказал мертвяк.

Садри пискнула и развернулась, а вот Виль остался невозмутим, только покосился на восставшего.

- Не стрелять! - пискнул я.

Уж не знаю, зачем... Скорее с перепугу, по хорошему-то надо было стрелять из всех стволов.

- Тьху, тьху, беее! - сказал мертвяк, и прокашлялся.

Ствол ходил ходуном в моих руках, и я чуть не подпрыгнул метра на пол-метра вверх, когда в столовку зашла слепая. Чую, седых волос у меня прибавилось, и поболее, чем после Златоустовского дома.

- Что за переполох? - будничным голосом осведомилась Лия.

- Там! - просипел я.

Не каждый день такое видишь, вот голос и подвел.

- Где? - в голосе Лии было искреннее непонимание.

Совсем забыл! Каждый раз из головы выпадает! Она ж слепая. Я попытался собрать себя в кучу и объяснить ситуацию, благо монстр пока не нападал.

- Там дед, ожил! - пояснил я как мог.

- Дед? Ожил? - теперь в голосе Лии появились нотки раздражения.

- Х…кхе! Тьху! - опять кашлянул и сплюнул странный труп, - Хто приперррся, тьху! Шшто зза дрррянь в рот набилллассь?

Голос скрипел, хрипел, и ломался, но говорило оно вполне внятно и связно.

- Кха!.. Водыы, водыы дааайтеее!.. - взмолилось нечто.

Я сидел, и ноги отказывались шевелиться, поэтому посмотрел на совершенно обалдевшую Садри, и мотнул своей пустой кастрюлей в сторону выхода. Собирательница жест поняла правильно, и в ту же секунду ее как ветром сдуло. Молчание затягивалось. Слепая встала около меня в расслабленной позе. Вскоре вернулась собирательница с бутылкой воды, бочком приблизилась к этому… Не знаю чему, и протянула ему бутылку.

И только тут я увидел, что глаза покойника не имеют зрачков, но они не были белыми, наоборот, они оказались черными, блестящими, и как-будто светящимися изнутри. Эдакий ярко-черный цвет.

- Вот… - пискнула Садри вытянув руку, но сама всем корпусом подалась назад.

Когда мертвяк потянул руки к бутылке, я услышал громкий хруст костей. Далеко не с первой попытки старик поймал подношение, и с недоумением крутили ее в руках.

- Кхе, шо делать-таа? Каак тут пииить? - он странно растягивал слова.

- Найди пробку, и открути, там горлышко.

- Кхва… - булькнул дед, и принялся ощупывать бутылку.

Найдя пробку и справившись с ней, он присосался к горлышку с такой силой, втянув воду в себя так, что бутылка скукожилась, и бросил пустую тару в сторону.

- Бррбл… Шпсиибо… - выдало существо, и утерло рот тыльной стороной ладони, от чего грязи на его морде только прибавилось.

Посидев еще минуту, дед как-будто стал ярче, кожа приобрела телесный оттенок, он пошевелил головой влево вправо, отчего позвоночник страшно трещал, затем провел рукой по своим волосам, подняв столб пыли.

- Кто вы, зачем пришли? - спросило древнее чудовище почти нормальным голосом.

- Мы - путники, остановились переночевать. - сказала слепая.

- Я ощущаю рядом древних. - задумчиво сказал дед.

- А я ощущаю скверну. - парировала слепая.

- Кто ты? - сказали они одновременно, после небольшого молчания.

- Я… - начал восставший из мертвых, - Я слепой, зовут меня Соломей.

- Я - слепая, - представилась Лия, - меня зовут Лия. Как ты тут оказался?

- Так ты тоже терминал… Кха кха кха! - каркающе рассмеялся дед, - Какая ирония!

Что он несет? Почему терминал?.. Я ничерта не понял.

- Не понимаю. - вторила моим мыслям Лия.

- Зато мне понятно, кха кха кха! - опять засмеялся слепой, от чего у меня волосы на затылке зашевелились.

Он сидел на месте и не двигался, но что-то в нем внушало страх.

- Меня отключили, не знаю