Переписка - Рашид ад-дин

о том, что ра’ийат — это приходное казнохранилище, и совершенно конкретные указания, как следует собирать налоги. Любопытно, что и здесь легко прослеживается та же линия, что в «Сборнике летописей». Так, например, в уже упомянутом письме № 22 мы находим описание установления медной доски с росписью налогов, причитающихся с одного из районов Тустера. Невольно напрашивается сравнение с указом Газан-хана, повелевающим изготовлять подобные записи из прочного материала и устанавливать в селениях, чтобы население знало количество причитающегося с него и приезжающие сборщики налогов не могли взять лишнего[114].

Очень важной стороной «Переписки» Рашид ад-Дина является также то, что на ее страницах сохранились указания на недовольство населения монгольскими порядками и правителями. Указания эти, правда, разбросаны и не содержат точного описания происшедшего, но все-таки тот факт, что Рашид не может уйти от этого вопроса, знаменателен сам по себе. Так, например, в весьма высокопарных и аллегорических выражениях сообщает Рашид о недовольстве, а возможно, и о прямом возмущении, вспыхнувшем среди населения Басры, в письме № 4.

Упоминания о народном недовольстве, сохранившиеся в письмах Рашид ад-Дина, дополняют доселе неизвестными фактами сообщения других источников, в первую очередь исторический труд того же Рашид ад-Дина, и тем самым, позволяют значительно более широко нарисовать картину народного недовольства, которое не затихало во владениях Ильханов и к середине XIV в. вылилось в движение сарбедаров.

Покончив с завоеванием новых территорий и утвердив на них свою власть, Ильханы, подобно другим государям, занялись строительством, и в первую очередь градостроительством. Последнее получило наиболее широкий размах при Газан-хане, а затем и Олджайту. Первый отстраивал свою столицу — Тебриз; второй выстроил новый стольный город. И в обоих случаях Рашид ад-Дин старался не отстать от своих государей. «Переписка» не сохранила сведений о строительстве, предпринятом Рашидом в новой столице Султание, хотя оно и было значительным, зато сообщает много интересных сведений о создании им обширного предместья в Тебризе. Это грандиозное сооружение, созданное Рашид ад-Дином по примеру Газан-хана, должно было по замыслам Рашида увековечить память о нем. Строительство Руб’-и Рашиди — вопрос, который в течение многих лет занимал Рашид ад-Дина, и потому в ряде писем сохранились те или иные материалы, касающиеся этого предместья. Наиболее цельную картину рисует письмо № 51, где Рашид с гордостью сообщает сыну Са’д ад-Дину, что постройка предместья наконец завершена, и подробно описывает, что оно из себя представляет. Это письмо из «Переписки» Рашид ад-Дина, пожалуй, больше всего привлекало исследователей. Пересказ его или упоминания о нем можно найти и у Э. Брауна, и у ‘Аббаса Экбала, и у А.А. Али-заде, и у И.П. Петрушевского, и у Б. Денике, и у Л.С. Бретаницкого, и у X. Нахджувани и М. Минови, и повторять его здесь нет смысла, так как читатель может полностью прочесть это письмо. В данном случае больший интерес представляют те разбросанные сведения о данном предместье, которые мы находим в других письмах. Создание квартала было, видимо, делом, которому на протяжении последних 10—20 лет Рашид посвящал не меньше забот и энергии, чем другим своим начинаниям. Завещание Рашид ад-Дина (оказавшееся, правда, на этот раз ненужным), сохраненное в одном из его писем, наиболее наглядно убеждает нас в этом. Рашид оставляет в вакф Руб’-и Рашиди, а также основанного в предместье госпиталя земли, сады, стада, всяческую утварь, количество которой «вне пределов подсчета», библиотеку, в числе книг которой много ценных рукописей, переписанных рукой известных каллиграфов, и т.п. (№ 36).

С гордостью описывает Рашид сад и постройки, видимо предназначавшиеся для личного пользования, разбитые им на территории предместья (№ 17).

В другом месте того же письма он сообщает об устройстве пяти деревень на территории сада в Руб’-и Рашиди. Жители этих деревень должны будут следить за садом, за его орошением, возделывать землю и т.д. (№ 17).

Не меньше заботы проявляет Рашид о госпитале, основанном им в Тебризе на территории того же предместья. Подробнейший реестр различных лекарственных средств, которые надлежит достать в Индии и привезти в Тебриз, содержит, например, письмо № 18. При этом Рашид чрезвычайно подробно перечисляет все названия необходимых ему лекарств и особо подчеркивает те из них, которые добываются исключительно из индийских растений[115]. Письмо это убедительно свидетельствует о том, что Рашид не только основал госпиталь, но и как врач продолжал следить за ним и за его нуждами. Ряд лекарств упоминается и в письме № 42, где речь идет о другом основанном Рашид ад-Дином госпитале в его родном городе Хамадане.

Наряду с перечисленными выше сведениями по внутренней политической и социально-экономической жизни государства Ильханов «Переписка» Рашид ад-Дина содержит интересные сведения и о международных связях государства Хулагидов, о его торговле как с соседними странами Азии, так и с государствами Африки и Европы.

На первое место здесь следует поставить отношения с Индией, или, точнее, с Делийским султанатом. Одно из писем повествует о поездке Рашид ад-Дина в Индию. Поездка эта, несомненно, преследовала какие-то политические интересы, хотя какие именно — сказать трудно.

Как бы то ни было, поездка, несомненно была встречена со стороны делийского султана благожелательно, поскольку он наградил Рашида большим сойургалом в районе Малатьи (см. письмо № 36). Сохранилось в «Переписке» и письмо к Рашид ад-Дину делийского султана ‘Ала ад-Дина Хилджи, с перечнем самых разнообразных посылаемых ему подарков (№ 47).

Вопрос о торговых связях государства Ильханов не раз привлекал внимание исследователей, однако, насколько мне известно, материалы «Переписки» Рашид ад-Дина в этом направлении еще никем не использованы. Наиболее интересным в этом отношении является вопрос о торговых связях с Русью. В нескольких письмах, в приводимых в них реестрах того, что следует приобрести для тех или иных нужд, или же в росписях отправляемых Рашид ад-Дином даров рядом с египетскими, аравийскими и другими товарами упоминаются русские товары. Так, в письме № 34 упоминается ткань русийа, в письме № 37 — рубашки из ткани руси, а во многих других письмах (например, № 19, 40 и т.д.) — беличьи и собольи шубы, т.е. изделия из тех мехов, которые с древних времен составляли один из главных предметов восточноевропейского экспорта.

Любопытно также еще одно место из письма № 34. Ткань русийа, о которой речь шла выше, согласно распоряжению Рашид ад-Дина надлежит приобрести в Руме. Это свидетельство «Переписки» является лишним подтверждением того, что на грани XIII—XIV вв. наряду с торговым путем по Волге и Каспию, засвидетельствованным для той эпохи сообщением Нузхат ал-кулуб об острове Ним Мурдан (Мазендеран), куда приходили корабли с Руси