Следующая станция… - Ли Лимонова

— Каюсь и готова понести наказание, — как только вижу Руслана, увитого поводками, решаюсь сразу сознаться. — Это я разместила на сайте собаководов объявление, что ты любишь братьев наших меньших и, за неимением возможности содержать дома четырехлапого друга, готов безвозмездно помогать в выгуле собак. Потом как-то все закрутилось, короче, забыла снять объявление. Так что, давай я займусь собачками, а ты иди по своим делам. Еще раз прости, я виновата, — перевожу, наконец дух и пытаюсь отдышаться, не так от пламенной речи, сколько от скорости, с которой сюда летела.

— Искренне кающийся грешник, просто обязан получить прощение! Пошли, бедолага, выгуливать псов! У нас с тобой еще два часа до того, как бабули-одуванчики нагрянут за своими питомцами. Все недоумеваю, как эти старушки сумели проникнуть на территорию закрытого комплекса?

— Так же как я, показав паспорт.

— Да, только твои данные я сообщил охране, поэтому ты беспрепятственно и прошла. А вот их данные я никому не сообщал. Или и в этот раз ты постаралась? — прищурил глаза, считывая мои эмоции.

— Зуб даю, я этого тоже не делала.

— Холодно, — Руслан одной рукой притягивает меня к себе, передав поводки мне, застегивает до горла на мне куртку, надевает на голову капюшон. — Перчатки где?

— Не знаю, — от его близости сперло дыхание.

Руслан забирает у меня собак, берет своей горячей ладонью мою ледяную, и запихивает к себе в карман.

— Пошли, бедолага, а то совсем замерзнем. Здесь недалеко есть парк, там ларьки с горячими напитками, будем выгуливать зверюг, попутно согреваясь чаем.

Два часа пролетают незаметно, и мне совсем не хочется заканчивать этот день. Но дубак на улице, да и бабули наверняка уже вернулись за своими питомцами, вынуждают нас направится в сторону дома Руслана.

— …когда я в четырнадцать лет взломал охранную систему у отца на работе. Только это заставило моего родителя взглянуть на меня по-другому, и он начал доверять мне мелкие заказы, — Руслан продолжает травить свои смешные байки. А я судорожно отсчитываю минуты до расставания, так спокойно и волнительно, одновременно, мне с этим парнем. Бабочки вовсю вылупились из своих куколок и порхают у меня в животе. — Кать, ты вообще слушаешь меня?

— Конечно.

— Что совсем замерзла? — вот мы уже и у его подъезда. Руслан привязывает поводки собак к небольшому резному заборчику. Расстегивает куртку:

— Иди сюда, — притягивает меня к себе вплотную, заводит мои руки себе за спину. — Теперь грейся, — заворачивает нас в свою куртку, погружая в теплый кокон его аромата. — Тепло? — в голосе парня проскальзывает приятная хрипотца.

— Да, — говорю правду.

— Вот и отлично.

— Дуся, Микки, Тоби, мои хорошие, вы не замерзли? — из приятной неги меня вырывают бабушки-одуванчики, хозяйки милых собачек. — Спасибо вам, ребятки, выручили. Мы на неделе еще раз их вам приведем, — от этих слов глаза Белова увеличиваются в размере.

— Мы бы с удовольствием помогли вам, но, к сожалению, завтра покидаем столицу, — смотрю на старушек самыми «честными» глазами.

— Жаль, но все равно спасибо.

Как только эти одуванчики отходят на приличное расстояние, на нас нападает смех.

— Ну ты и артистка, Смирнова! Буду иметь это ввиду! Теперь тебе меня не провести своими красивыми глазенками, — после этих слов веселость пропадает, на смену ей приходит вязкая напряженность, потрескивающая электрическими разрядами наших взглядов. — Пошли ко мне, я тебя чаем отпою, — Руслан первым нарушает тишину.

— Не-е, я лучше домой.

— Да пошли, я не съем тебя. Только если немного покусаю, — Белов пытается вернуть непринуждённость в разговор, и я за это ему благодарна.

— Спасибо за приглашение, но я все-таки в общагу.

— Хорошо. Тогда давай я тебя подвезу.

— От этого милого жеста не откажусь, — и я уже почти не удивляюсь, когда Руслан берет меня за руку, переплетает наши пальцы, и тянет за собой.

В машине тепло, Руслан включает подогрев сидений, и я не замечаю, как проваливаюсь в сон…

Еще не до конца разлепив глаза, чувствую пристальный взгляд на себе. Распахиваю веки и убеждаюсь в своем чутье. Руслан разложил свое сиденье, повернулся ко мне боком, и смотрит прямо на меня:

— Ты красивая, — хриплым голосом произносит. — Пойдем завтра в кино?

Пока решаю на самом деле услышала первую фразу, или это отголосок моего сна, парень выжидательно смотрит на меня.

— Кать, ну так как?

— Белов, ты приглашаешь меня на свидание?

— Типа того…

— Хорошо, я подумаю и дам в письменном виде тебе ответ…

— Смирнова, а тебе не предлагали сменить фамилию на Динамо?

— Белов, иногда мне хочется назвать тебя Черновым!

— Да… а мне тебя Беловой…

— А… а… а… — никак не могу придумать подходящий ответ. Пульс в голове отбивает Белова… Белова…

— Поцелуй на ночь положен самому лучшему выгульщику собак?

— Ну…

— Смирнова, теперь я знаю способ заставить тебя проглотить язык, — и в прямом смысле показывает мне его.

Глава 10

Катя

Жму на клавишу «отправить» в телефоне и со всей силы зажмуриваю глаза. Отругав себя всеми знакомыми ругательствами, распахиваю их снова, с четким намерением удалить сообщение, пока оно не прочитано. Упс! Смотрю на две синих галочки в углу экрана и осознаю, что поздно. Вот спрашивается, зачем я это сделала? Не могла просто сказать — да! Придумала глупый этот ребус? А если ему наскучит его гадать? А если он не разгадает? А если не придет? Господи, сколько этих если?! Что за бестолковая моя голова?!

Теперь до завтра буду как на иголках! И спрашивается для кого готовила испытание, для него? Или для себя?

Все хорош! Дело сделано! Теперь только остается ждать…

***

Восемнадцать пятьдесят пять… Я стою у эскалатора станции «Университет» и не могу сделать шаг. Так боюсь, что спущусь, а его там нет. А все мой извращенный ум. Только я могла додуматься отправить парню шифр со временем и местом встречи! Еще и от Руслана ни духу, ни слуху… Прочитал вчера вечером сообщение… и молчок.

Перевожу взгляд на циферблат часов… пятьдесят девять минут… закусив внутри щеку, делаю несмелый шаг…

Пока эскалатор медленно ползет вниз, мне кажется, я не дышу, вцепилась с такой силой в поручни, что побелели костяшки. Но если я лишусь этой опоры, ноги не выдержат, и я опущусь на ступеньки. Осталось десять метров, и я зажмуриваю глаза… раз… два… три… открываю.

Стоит!!! Да не просто стоит, а в облаке разноцветных