Почему сердце находится слева, а стрелки часов движутся вправо. Тайны асимметричности мира - Крис Макманус

выжило больше тех, кто держал щит левой рукой, потому что их сердца были лучше защищены – и это, конечно же, были правши. Сам Пай-Смит не слишком высоко ставил свою теорию, но на самом деле она хороша. Появившись спустя всего десяток лет после дарвиновского «Происхождения видов», она представляла собой настоящую эволюционную теорию, и если бы предпосылки оказались верны, ее следовало бы принимать всерьез. Однако ее главная проблема в том, что щит был изобретен много позже, чем человечество сделалось в основном праворуким, а потому эта теория не может всерьез претендовать на объяснение праворукости. Но идея в ее основе совершенно здравая: право- и леворукость могут быть по-разному выгодны и невыгодны, когда люди соперничают или сотрудничают друг с другом[380].

Конечно, в обычной повседневной жизни современные люди редко дерутся, и, уж конечно, не так яростно, чтобы нанести друг другу смертельные раны. Однако существует институционализированная форма схваток – спорт. Как заметил Джордж Оруэлл, «на международном уровне спорт честно имитирует войну», и даже на местном уровне «самые первобытные боевые инстинкты пробуждаются», когда один стремится победить другого. Что происходит, когда в состязание вступают левши и правши? У кого из них будет преимущество, и если будет, то почему? Хотя Карлейль и Пай-Смит предполагали, что левша окажется в невыгодном положении в схватке, современная мысль концентрируется на идее, что у левшей есть преимущество, либо из-за иной организации мозга, либо потому что они лучше приспособлены к занятиям спортом и состязаниям. Как всегда, обманчиво простой вопрос оказывается сложным, стоит лишь углубиться в подробности[381].

В спорте у левшей есть и преимущества, и неудобства, если вид спорта сам по себе асимметричен. Самый очевидный пример – бейсбол, в котором игроки перебегают против часовой стрелки от одной базы к другой, то есть бьющий (бэттер) отбивает мяч и бежит к первой базе, справа. Правша вначале держит биту над правым плечом, после чего ударяет по мячу, нанося битой удар влево, и затем всем телом поворачивается против часовой стрелки, держа биту над левым плечом. Ударив по мячу, праворукий бьющий поворачивается кругом и смотрит влево, но после этого он должен бежать к первой базе, расположенной справа, то есть в противоположном направлении. Для левши все иначе: вначале бита занесена над левым плечом, затем следует поворот по часовой стрелке, и после удара по мячу игрок смотрит вправо, левой ногой уже сделав шаг к первой базе. Неудивительно, что у леворуких бьющих есть преимущество, но оно никак не связано с организацией мозга, а в основном объясняется асимметричной схемой игры. Бейсбол – не единственный асимметричный вид спорта. Иногда асимметрия скрыта, как в бадминтоне, где перья волана расположены по часовой стрелке, что ведет к уклонению волана вправо, и потому легкость подачи с левой и правой стороны корта не одинакова. Асимметричны даже соревнования в беге. Лошади, гончие и люди обычно бегут по кругу против часовой стрелки и чаще травмируют одну сторону тела. Иногда правила соревнований прямо ставят левшей в невыгодное положение, как в поло, где, в основном в целях безопасности, молоток следует держать правой рукой с правой стороны лошади. Равным образом, хоккейные клюшки делают только с правым изгибом и держат правой рукой (и если бы игроки не держали клюшки одинаково, розыгрыш шайбы был бы невозможен)[382].

Иногда высказываются предположения, что левши непропорционально представлены в спорте, поскольку обладают лучшими двигательными навыками, в особенности при контроле мяча. Данные в этом отношении скудны, главным образом, в пример приводят долю левшей среди выдающихся спортсменов, и, похоже, следует предположить иное. В профессиональном футболе, например, доля левшей-вратарей такая же, как и во всем населении, что предполагает, что левши не более и не менее подвижны, реакция у них не хуже и не лучше, и ничем они не лучше и не хуже в предсказании траектории быстро движущихся объектов. В числе профессиональных игроков в дартс левши также не в избытке, а значит, с точными движениями и концентрацией у них все обстоит не лучше и не хуже, чем у правшей. В той же пропорции присутствуют они и среди профессиональных игроков в боулинг, так что и здесь о каких-то свойственных левшам преимуществах говорить не приходится.

Специальные проверки способностей леворуких и праворуких спортсменов проводят довольно редко, но когда проводят, то обычно обнаруживают желаемое, например, что левши лучше фехтуют, потому что у них более развита внимательность. Что касается левшей в целом, то данные об их превосходстве в двигательных навыках скудны. Скорее, статистически их с большей вероятностью назовут неуклюжими или, на современном жаргоне, «диспрактичными». В общем, почти нет данных о том, что левши лучше контролируют свои мышцы при выполнении сложных движений, характерных для большинства видов спорта. Так почему же есть виды спорта, в которых левши выступают значительно лучше? Достаточно внимательно присмотреться к этим видам спорта. Это виды, в которых спортсмены вступают в непосредственный контакт друг с другом, – теннис, бокс, снукер, но не гольф, боулинг или дартс, где есть только спортсмен и мишень[383].

Преимущество левшей в некоторых видах спорта связано только с тем, что левшей меньше, чем правшей. Взять теннис. Корт совершенно симметричен, правила тоже симметричны, ни у правой, ни у левой стороны нет никаких скрытых преимуществ. Очевидно, однако, что на международном уровне наблюдается преобладание теннисистов-левшей. В теннисе победа зависит не только от того, кто сильнее бьет по мячу, быстрее и точнее посылает его через сетку, но также от того, кто лучше предугадывает, где именно противник ударит по мячу (чтобы занять правильную позицию и отразить мяч). Способность «просчитывать» противника критически важна и развивается в основном из опыта встреч со множеством соперников. Когда два правши играют в теннис, каждый из них пытается «просчитать» своего соперника, чтобы направить мяч на удар слева, который сложнее, чем удар справа. Что происходит, когда правша играет с левшой? С точки зрения левши, все нормально, противник-правша во многом похож на большинство тех, с кем ему уже приходилось играть. Однако для правши все иначе. Левши встречаются гораздо реже, чем правши, и поэтому у правшей почти в десять раз меньше опыта игры против левшей, чем у левшей против правшей. Поэтому левша знает о слабостях своего оппонента гораздо больше, чем правша, что дает ему преимущество. Это ведет к тому, что среди лучших игроков левшей должно быть больше десяти процентов. Насколько больше? Представьте, что бы случилось, если бы половина всех ведущих игроков были левшами. В высшем эшелоне у