Самые слики. Хроники «Формулы-1» - Виталий Юрьевич Хрошин

Да уж, Монти редко светился в компании с отцом, зато рядом всегда был особенный для нашего героя человек. Напомним, что в паддоке колумбийца звали Чудовищем. Людям свойственно преувеличивать, но один факт все же зафиксировали на камеру. Как-то раз Монти, широко расставив плечи и задрав подбородок, шел по своим делам, когда прямо ему в голову прилетела телекамера. «Неприятный идиот и голова моего фаллоса», – вылетело из уст колумбийца. Все понимали, что незадачливому оператору сейчас будет больно не только в моральном смысле.

Но… рядом шла девушка – она самоотверженно защищает и всегда защищала… нет, не обитателей паддока от побоев, а своего мужа от необдуманных и жестоких поступков. К слову, в кулуарах всех гоночных соревнований, в которых когда-либо выступал Хуан Пабло, всегда очень хорошо отзывались о Конни, умевшей находить общий язык абсолютно со всеми и сплачивавшей людей вокруг себя. При этом она абсолютно честно признавалась: «Жить с автогонщиком – все равно, что собирать цветы в жерле вулкана!»

При ней он напоминал мальчишку – послушного и покладистого. История их знакомства весьма примечательна: еще в 2000-м Конни подошла к нашему герою за автографом, между ними сразу промелькнула искра, но барышня была не одна, да и наш дикарь был уже почти окольцован. Впрочем, через полгода ситуация на личном фронте изменилась у обоих, и они встретились вновь. Больше эта парочка не расставалась. Конни всегда и везде сопровождает мужа, чему он только рад. Таким импульсивным персонажам просто необходим громоотвод, способный сгладить острые углы и скрасить минуты тоски.

К слову, мы много обсуждаем необузданный темперамент колумбийца, однако, как это часто бывает, работа работой, а мой дом – моя крепость. В семье Хуан Пабло Монтойя примерный, любящий и очень нежный отец. Конни подарила ему двух дочерей Паулину и Мануэлу и сына Себастьяна. Глядя на кадры семейной хроники, четко понимаешь, что никакой он не дикарь, не Чудовище, а просто нормальный мужик… нормальный мужик из Колумбии. Да и сама Конни утверждает, что Монти любит играть с детьми, потому что сам большой охотник до всевозможных игрушек.

Что же до паддока – если не будешь там Чудовищем, тебя сожрут; если вовремя не окажешься в нужном месте – останешься на обочине истории. Поэтому спустя месяц после завершения чемпионата 2003 года весь мир узнал о подписании Монтойей контракта с McLaren на сезон-2005. С Williams оставалась лишь одна попытка.

2004. ТОМАГАВК

Свой последний сезон за рулем Williams Хуан Пабло начал не слишком удачно. Новый FW26 выглядел эффектно, но особой скоростью не отличался. В команде пошли на радикальные аэродинамические решения, сделав неоднозначный нос. О вкусах не спорят: кому-то болид виделся саблезубым тигром, а кому-то просто моржом. Мы же остановимся на слове «томагавк».

Плюс ко всему в BMW провели работу над надежностью и увеличили ресурс двигателя, что не могло не сказаться на мощности. И если в начале сезона Палычу удалось два раза забраться на подиум и финишировать четвертым в Монако, то затем последовал провал: дисквалификация в Канаде за несоответствие у Williams размеров воздуховодов тормозов, через неделю, в США, снова дисквалификация, на этот раз за то, что «индеец» за 15 секунд до начала прогревочного круга решил оседлать запасного коня… Сезон был безнадежно потрачен. В Williams вернулись к стандартной форме носа, а Хуан Пабло уже особо не выкладывался в гонках – несколько пятых мест и одно четвертое. Последний этап сезона проходил в Бразилии, на трассе, где Монтойя несколько лет назад впервые «показал» себя в «Ф‐1». В итоге колумбиец разрубил своим томагавком полосу неудач, победив на прощание в своей последней гонке за Williams и отблагодарив тем самым команду за возможность дебютировать и подниматься на верхнюю ступеньку пьедестала.

Говоря о событиях 2004-го, не стоит всех собак вешать на колумбийца, да и на команду тоже. Каждому болельщику известно, что это был год Дяди Миши, год непревзойденного доминирования Ferrari.

2005. АХИЛЛЕСОВО ПЛЕЧО

В сезон-2005 Монти входил в непривычном для многих сером комбинезоне, немного изменившись не только внешне, но, думается, и внутренне. Начиналось все, как в большинстве романтичных семейных отношениях, с медового месяца. Полный надежд и вдохновения Хуан Палыч безудержно тренировался, команда готовила своим пилотам чудо-мобиль. В воздухе так и витало ощущение чего-то нового – предчувствие заката эры Красного Барона.

Его эра действительно завершилась: Шумахер смог выиграть всего одну гонку, да и ту, в которой стартовало всего шесть машин. Все бы ничего, но свято место пусто не бывает – на смену Шуми пришел Фернандо Алонсо. К тому же напарник Монтойи, небезызвестный Кими Матиас Райкконен, оказался невероятно шустрым малым. Именно он боролся с Алонсо за чемпионство, а у нашего героя все пошло как-то не по-индейски.

Машина была ужасной. Я испытывал к ней такую неприязнь, что аж кушать не мог. Когда я впервые проехал пробный круг, то вернулся в боксы и сказал механикам: «Ничего не понимаю. Она либо сломанная, либо я не умею рулить». Парни почесали головы, потом целый час ковырялись в узлах и агрегатах, но так ничего и не нашли. Журналистам я об этом не рассказывал: не по-мужски все-таки вот так вот приходить и с порога заявлять, мол, тачка полное дерьмо. В самой команде ко мне относились хорошо, но дела вели, скажем так, мутно: вечно у них движения какие-то… В общем, было некомфортно.

В первых двух гонках до подиума добраться не удалось, правда, и Кими оба раза оказывался позади. Однако в какой-то момент прилетела неожиданная весть – якобы, играя в теннис, Монти упал и повредил плечо. Злые языки поговаривали о падении с мотоцикла, но Рона Денниса это уже не волновало. Он сделал ставку на пилота, а тот его подвел.

До поры до времени все шло гладко, мы с Роном прямо дружили, но тут я сломал плечо. Журналисты стали раздувать ситуацию, начали подшучивать над Роном, говорить, что он взял в команду инвалида, причем на голову. Деннис юмора не понял, и наши отношения разладились, больше мы не были сотрудниками одной команды.

По возвращении в Испанию с тогда еще больным плечом