Неповторимое. Том 3 - Валентин Иванович Варенников

В-третьих, на заседании Президиума, вопреки ст. 106 Конституции СССР, не затрагивался вопрос об имеющихся у прокурора доказательствах вины Бакланова, Болдина, Варенникова, Стародубцева, Шенина. Просматривается явно необъективная позиция председательствующего Нишанова, который предопределил рассмотрение вопроса своими суждениями, не основанными на фактах.

В нарушение регламента работы Президиума вопрос о даче согласия на привлечение к уголовной ответственности и арест депутатов на голосование не ставился. Члены Президиума не высказали своего мнения о возможности или невозможности согласиться с представлением Генерального прокурора. Более того, был заявлен протест по поводу того, что ни одно решение по вынесенному на обсуждение вопросу не проголосовывалось.

В связи с этим считаем, что постановление Президиума Верховного Совета СССР от 22.08.1991 года о даче согласия на привлечение к уголовной ответственности и арест народных депутатов СССР Бакланова, Болдина, Варенникова, Стародубцева, Шенина противоречит ст. 106 Конституции СССР и Закона «О статусе народного депутата СССР» от 31 мая 1990 года. Данное постановление в силу своей неконституционности, грубого нарушения закона не давало права прокуратуре для привлечения к уголовной ответственности и ареста перечисленных народных депутатов СССР. В связи с отмеченными грубыми нарушениями законности дело подлежит немедленному прекращению.

В. Вишняков, Б. Хангельдыев,

В. Ковалев – доктора юридических наук.

Б. Куркин – кандидат юридических наук.

Предварительное следствие тянулось полтора года.

Но чем же была вызвана такая затяжка предварительного следствия? Дело в том, что Генеральная прокуратура РСФСР, «отвоевав» у союзной Генпрокуратуры «дело ГКЧП», никак не могла определиться с обвинением. И это понятно – ведь преступления никакого не было: его не совершали ни члены ГКЧП, ни те, кто их поддержал. Преступниками были те, кто развалил Советский Союз, в первую очередь президенты Горбачев и Ельцин. Но продажные «стражи законности» в угоду этим преступникам, грубо обманывая народ, используя советские законы и другие законодательные акты типа Уголовного кодекса РФССР, «стряпали» свои обвинения против тех, кто фактически защищал Советский Союз. Мне они их предъявляли трижды.

Первое обвинение мне было предъявлено 2 сентября 1991 года. Вот его содержание:

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Заместитель Генерального прокурора РСФСР Лисов Е.К., рассмотрев материал уголовного дела № 18/6214—91,

установил:

По делу собраны достаточные доказательства (хотя их вообще не было. – Авт.), даюшие основания для предъявления Варенникову В.И. обвинения в том, что он, будучи Главнокомандующим Сухопутными войсками Вооруженных Сил СССР, в августе 1991 года вступил в сговор с вице-президентом Янаевым, премьер-министром Павловым, первым заместителем председателя Совета обороны Баклановым, министром обороны Язовым, председателем КГБ Крючковым, министром внутренних дел Пуго, секретарем ЦК КПСС Шениным, руководителем аппарата президента СССР Болдиным и другими ответственными руководителями государственных органов с целью антиконституционного захвата ими власти в стране и замене законно избранных руководящих деятелей государства, а затем, осуществляя преступный замысел и умышленно действуя в ущерб государственной независимости, активно участвовал в подготовке и проведении государственного переворота, насильственном захвате и удержании указанными выше лицами власти в течение 19–21 августа 1991 года, в том числе незаконном принуждении президента СССР 18 августа с. г. к отказу от власти, его насильственном отстранении от исполнения конституционных обязанностей и изоляции на даче в Форосе Крымской АССР, образовании и работе антиконституционного комитета ГКЧП, принятии комитетом постановлений о введении в отдельных местностях чрезвычайного положения с привлечением для практического осуществления этого по его приказу командующих ряда военных округов, приведенных в состояние повышенной боевой готовности войск, особенно на территории Украинской ССР, и введением войсковых подразделений в г. Москве для активизации действий ГКЧП по ликвидации конституционных структур и отстранению от власти руководителей РСФСР, чем совершил особо опасное государственное преступление – измену Родине.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 143, 144 УПК РСФСР,

постановил:

Привлечь Варенникова В.И. в качестве обвиняемого по настоящему делу, предъявив ему обвинение в совершении преступления, предусмотренного пунктом „А“ статьи 64 УК РСФСР, о чем ему объявить.

Заместитель Генерального прокурора РСФСР

государственный советник юстиции 3 класса.

Е.К. Лисов.

Как говорят в этих случаях, комментарии излишни. Но я все же прокомментирую, поскольку все постановление от начала и до конца – сплошная циничная ложь.

В августе 1992 года мне, как и всем остальным, привлеченным по делу ГКЧП, было предъявлено второе обвинение. Это через год нашего пребывания в тюрьме! А ведь и на Президиуме Верховного Совета Генпрокурор СССР Трубников, и при аресте, и при предъявлении первого и второго обвинений ответственные работники Генпрокуратуры РСФСР заявляли, будто собраны неопровержимые доказательства виновности. Что же это за доказательства, которым не верила сама прокуратура? А не верила потому, что это была ложь от начала до конца. Но возврата для прокуратуры не было: признать нашу невиновность – значит признать свою ошибку и поражение, что означало крах не только руководства Генпрокуратуры, но и политического руководства. Этого допустить было нельзя – контрреволюционный переворот вступал в стадию кульминации. И дело ГКЧП должно было сослужить опорой контрреволюции: прикрываясь, как ширмой, борьбой с ГКЧП, которая для обывателя означала якобы борьбу за сохранение социализма и Советской власти, на самом деле она, контрреволюция, устраняла последние преграды на пути к реставрации капитализма в стране.

Что характерно, сами реставраторы «кучковались» двумя группировками: одна – вокруг Горбачева, вторая – вокруг Ельцина. Обе они выступали в роли марионеток, а кукловоды сидели в Вашингтоне. Горбачев и Ельцин, являя собой непревзойденную степень предательства и измены своему народу, лезли из кожи, дабы продемонстрировать свою преданность заокеанским хозяевам, и холуйствовали перед ними, стараясь превзойти в этом друг друга.

Видимо, в той обстановке Бушу было сложно определиться, кому из них отдать предпочтение. Поэтому первоначально поддерживались оба. Главное – чтобы не пришли в себя ошеломленные арестами руководства страны патриоты, чтобы не выступили против контрреволюционного переворота здоровые силы КПСС, Вооруженных Сил, КГБ и МВД.

К тому времени Горбачева за его «перестройку» ненавидела уже практически вся страна. Его поддерживали немногие и фактически только в Москве. Что же касается Ельцина, то он опирался на значительную поддержку. И не потому, что он яркая фигура, талант, мудрый человек или глубокий политик, стратег. Отнюдь. Поддержку ему оказывали «в пику» Горбачеву. Ведь многие не забыли публикации газет «Правда» и «Репубблика» (Италия), которые в деталях живописали поездку Ельцина в США, его поведение, шокировавшее даже видавших виды американцев. Это, конечно, был позор для всех соотечественников, позор для страны.

«Демократам», которые делали