Бьёрн Магнуссон - Добрый Волдеморт

— Круто! — мальчик даже подпрыгнул от переполнявших его чувств. — Тогда до завтра, профессор Макгонагалл!

— До свиданья, мистер Вильямс.

Бьёрн задумчиво шагал по коридорам приюта. Ему практически не пришлось лукавить с этой женщиной, демонстрируя, что с магией он не знаком. Её способности к превращению в кошку поразили его на самом деле.

Спрятавшись возле котельной в неприметном закутке, он снова вызвал домовика.

— Типли, ты хорошо почувствовал эту волшебницу?

— Да, господин Бьёрн, — помахал ушами эльф. — Она не такая сильная, как ваша матушка, но тоже очень яркая.

— А моя мама умела превращаться в кошку? — Бьёрн вопросительно посмотрел на домовика.

— Госпожа, когда хотела, могла перекидываться в снежного барса, а господин Магнуссон был способен принимать форму белого медведя. Все мужчины вашего рода умели превращаться в медведей, маленький хозяин.

— Ну да, кому знать об этом, как не тебе, — задумчиво кивнул Бьёрн. — Ты же служишь в нашем роду уже кучу времени.

Домовик важно хлопнул кожистыми ушами, глубоко поклонившись.

— Да, господин. И очень горжусь этим.

— Спасибо, Типли, — Бьёрн прижал к груди и погладил домовика по голове, неосознанно выпуская магию, отчего тот довольно зажмурился.

— Ладно, пойду в комнату, пока меня не хватились, — мальчик отпустил ушастого и поднялся.

Домовик тут же исчез, а Бьёрн пошёл к себе. Стоило нагладить парадную приютскую форму, чтобы завтра не выглядеть перед Макгонагалл оборванцем.

На следующее утро после завтрака за Бьёрном пришла воспитательница.

— Мистер Вильямс, берите верхнюю одежду и идите за мной. Вас ожидают, — женщина круто развернулась и зацокала каблуками по коридору, а Бьёрн, схватив форменный пиджак, бросился её догонять.

Спустившись со ступеней приюта, воспитательница и мальчик остановились возле ожидавшей их Макгонагалл. Волшебница благодарно кивнула работнице приюта, и та, ни слова не говоря, отправилась обратно.

— Здравствуйте, мистер Вильямс. Вы готовы?

— Конечно, готов, профессор Макгонагалл. А как мы будем добираться в магический мир?

— Мир у нас общий, — усмехнулась Минерва. — Волшебники только следят за тем, чтобы магглы не обращали на нас внимания. Магглы, или простецы, — так среди волшебников называют обычных людей, — пояснила она на вопросительный взгляд Бьёрна. — Ты ещё будешь изучать это в школе. Но вкратце наши взаимоотношения с простыми людьми регулируются международным законом, который называется «Статут Секретности». Основные тезисы в нём говорят, что магглы не должны знать о существовании волшебников. Слишком много трагедий случилось в прошлом, когда Статут ещё не был принят. А сейчас ты узнаешь один из способов быстрого перемещения волшебников, — сла́бо улыбнулась Минерва, крепко взяв Бьёрна за предплечье.

— Не вырывайся и ничего не бойся.

Она слегка крутанулась на месте, и Магнуссон почувствовал, как что-то схватило его в районе пупка и мгновенно затянуло в какую-то узкую трубку, а потом плюнуло. Да так, что внутри мальчика родилось непередаваемое чувство полёта. Через несколько секунд ситуация повторилась в обратном направлении. Что-то выплюнуло мальчика из этого пространства, и он оказался в какой-то подворотне, поддерживаемый за руку Минервой Макгонагалл. Содержимое желудка запросилось наружу, но Бьёрн мужественно перетерпел этот порыв.

— Вы хорошо держитесь, мистер Вильямс, — одобрительно похлопала его по плечу Макгонагалл. — Обычно магглорожденные оставляют здесь весь свой завтрак при первом перемещении этим способом.

Она взяла его за руку и нетерпеливо потянула за собой.

— Поспешим же, мистер Вильямс, у меня ещё много дел.

Они вышли на улицу и, перейдя дорогу, подошли к бару, мимо которого, ничего не замечая, двигались обычные люди.

— «Дырявый Котёл», — с гордостью произнесла Минерва, распахивая неказистую дверь. — В нём построен проход в истинно магическую часть Лондона.

Пройдя между столиков прямо к барной стойке, она приветливо кивнула бармену и прошла к задней двери. Бьёрн, следовавший за ней, еле успевал разглядывать всё вокруг.

В баре находилась кучка странно одетых людей, непохожих на обычных лондонцев. Остроконечные шляпы, мантии всех расцветок и фасонов, непонятные разговоры. Слова, которые вроде бы звучали по-английски, но их смысл ускользал от мальчика.

— А я говорю, что слизь флоббер-червей не подойдёт в зелье от радикулита! — горячился один старый, наверное, волшебник.

— А я говорю, что слизь нужна для стабилизации состава на этапе, когда снимаешь котёл с огня, старый дурак! — спорил второй.

И такие разговоры, то громкие, то нет, сами собой демонстрировали Бьёрну, что он, если ещё не в волшебном мире, то уже где-то близко.

Выйдя на задний двор, Минерва подошла к стене из красного кирпича и медленно, явно предлагая Бьёрну запомнить последовательность, простучала палочкой по некоторым, совершенно не выделявшимся из общей кладки.

Стена внезапно задрожала, а затем кирпичи начали сами собой вылетать из центра в разные стороны, складываясь в арку, сквозь которую проступала улочка, подобные которой он видел только на старинных гравюрах. Все дома были скособоченными, неправильной формы, а мостовая была замощена обычными булыжниками, каких полно́ на любом побережье.

— Добро пожаловать на Косую аллею, — с нескрываемой гордостью произнесла Минерва Макгонагалл и первой прошла арку. — Смелее, мистер Вильямс, магический мир ждёт!

Очарованный мальчик тут же проследовал за ней, во все глаза глядя по сторонам.