Вакагасира. Том 2 - Олег Николаевич Борисов

По дороге в клуб задумчиво перебираю стопку визиток, раскладывая пасьянс на исписанных листах.

— Большую глыбу сдвинули. Теперь главное, чтобы нас эта лавина не похоронила. Но — процесс пошел. И это хорошо…

Вызвонив архитектора, здороваюсь, жду, когда прозевается и уточняю:

— Названия “Дайва-Хаус” и “Секисуи-Хаус” тебе что-нибудь говорят?

— Да, Тэкеши-сан. Первое и второе место в Ниппон по строительству.

— Значит, запиши номера, это люди, кто в этих компаниях будет с тобой на прямой связи. При любых проблемах — не бодаешься с мелкими чиновниками, а обращаешься напрямую к ним. Обе фирмы уже завтра по твоему запросу пришлют инженеров, чтобы в кратчайшие сроки закончить инспекцию участка и помочь в привязке будущего проекта к текущим геологическим особенностям. Понадобится еще что-нибудь, звони мне, организуем.

— Я понял, Тэкеши-сан. Во сколько их можно побеспокоить?

— В восемь утра. Люди будут в курсе. Кстати, вот еще один номер. По нему уточнишь, когда тебе удобно подъехать в центральную префектуру и подписать бумаги на лицензию архитектора промышленных зданий. Прихвати все сертификаты, которые у тебя есть. Чтобы не обижать уважаемых людей, кто за тебя поручился.

— Но… У меня из местных только диплом университета и пара мелких работ. Остальное из Европы и Эмиратов.

— Их и прихвати. Будут нос морщить, можешь прямым текстом сказать, что бросил зарубежные золотые реки и вернулся домой, горя желанием помочь родной стране. Если они вздумают затеять игры в волокиту, я найду способ отвинтить кое-кому яйца. Понадобится — это сделают массово… Все, оясуминасай. Я тоже спать. Времени почти час ночи, ужас какой…

***

Но для нас ничего еще не закончилось. Когда подъезжали к клубу, на лавочке перед входом я заметил темную фигуру. Лавочку, кстати, народ не так давно поставил. Для тех, кому курить невтерпеж. В клубе-то нельзя. На заднем дворе — только для своих. А вот для гостей — лавочка. Рядом клумба. И небольшая урна для мусора. Когда кто-то из малолеток клумбу потоптал, Тошико Ямада остановила дискотеку и заявила, что имела она во все конкретные дыры таких гостей. Поэтому — разбираться не станет, чьи конкретно морды погром устроили. Но если надо — пусть активисты записи камер посмотрят. И пока клумбу не восстановят, дискотек больше не будет. На утро клумба была как новая, над ней висел самодельный плакат. Где в чуть более парламентских выражениях объяснялось, что с любителями гадить устроят все местные рокеры и им сочувствующие.

Поэтому — на скамейке теперь иногда тусили, курили и мусор с окурками очень аккуратно в урну убирали. Потому что огрести от своих за испорченный вечер — это чревато. Народ местный меры не знает. Можно и в больничку загреметь.

— Притормози, Нобору-сан. Нам с человеком поговорить надо. Похоже, это становится у нас обычаем, людей у входа подбирать.

Когда подошли, Седая Хэруми подвинулась, уступая место. Я сел рядом, сбоку пристроилась Кеико Кодзима. Масаюки садиться не стал, встал чуть в стороне, начал привычно мониторить окружающее пространство. Если какой дурак припрется — то ножнами катаны отходит. А что серьезнее — так и свинцом накормит. У него с безопасностью все серьезно.

— Что хотели, Хэруми-сан?

— Я в клуб зашла, с народом пообщалась. Про вас поспрашивала, про девочку… Это правда, что вы ее с того света вытащили?

— Скажем так, я посчитал это неправильным. Чтобы в тринадцать лет умирать, этот мир должен быть совсем несправедливо устроен.

— Вы — святой?

— Я?.. — горько усмехнулся. — Я очень злой и нехороший человек. На мне столько грехов с прошлого, что иногда вою на луну, как тащить этот груз… Но я решил попробовать жить правильно, как это понимаю. Это когда своим — помогаешь, а врагов хоронишь. Потому что жрать в три горла и деньги миллионами складировать — это для пустых душой. Это я уже проходил. Сгнил один раз, более чем достаточно. Теперь пытаюсь хоть как-то исправиться. Насколько получается — не мне судить.

Помолчав, женщина с изрезанным лицом уточнила:

— Телохранитель нужен только для нее? Вас спасать не придется?

— Именно так. Меня спасать скоро будут несколько сотен головорезов. Гвардейцев потихоньку наберу, будет кому в бубен посторонним стучать. Но вот тень для Кеико Кодзима мне нужна позарез. Потому что став моим личным помощником, она разделила все беды и опасности, от которых не всегда охрана поможет. А я не каждый миг буду рядом.

Посмотрев на звезды над головой, Хэруми проворчала:

— Я слова кисэмон не помню. Давно это было, когда банде присягала. Да и где эта банда… Подскажете?

— Значит, готова войти в семью Исии?

— Да, Тэкеши-сан. Девочка у вас хорошая, глаза добрые. Не хочу, чтобы с ней получилось, как со мной когда-то.

— Тогда будем считать, что клятву вы дали. Слова — это не важно. Важно — внутреннее желание. Я знаю, что ты не предашь. Ты это знаешь. Этого достаточно… Зарплата триста тысяч, медицинская страховка за счет корпорации. Телефон получишь. Остальное позже посмотрим, может получится для тебя еще что-то из железа выцарапать у властей… И не спорь насчет денег, я своим людям всегда плачу. Может, не так много, как в других богатых семьях, но мы развиваемся и я стараюсь не обижать самураев. — Поднялся, протянул руку. — Добро пожаловать в семью, Хэруми-сан. Когда совсем освоишься, подлечим тебя. Костюм красивый купим, чтобы было удобно штучки разные спрятать. Парней ты знаешь, будешь четвертой в моем ближнем круге.

Открыв дверь, зашел внутрь. Над барной стойкой горит дежурная лампочка, видно патлы Жины Хара. Опять читает или мультики смотрит. Днем уже не успевает, вот и наверстывает вечерами.

— Жина-сан, салатик какой-нибудь есть? А то я чаю набузовался, но есть все равно хочется.

— Креветок полное блюдо. “Малыш” Эндо заказал, но сжевать не успел, удрал по делам. А Бата все не осилил.

— Креветки, это хорошо… Знаешь, чай можно тоже поставить. Заодно перекусим.

Вымыв руки после короткого перекуса, глянул на часы. Половина второго. Но — мне же сказали звонить в любых