Комната 733 - С. К. Уокер

«Алиса, как, блядь, это случилось?»

«Я не знаю. Я, блядь, просто не знаю».

«Она провела там всю ночь, Алиса. В нашей комнате. Одна».

Алиса потрясла головой, но ничего не сказала.

Когда двери наконец открылись на 7-м этаже, мы увидели тихий пустой коридор. Я побежала к нашей комнате с Алисой позади меня. Огибая угол, я попыталась открыть дверь, надеясь, что она не закрыта. И она не была.

Лидия оглянулась на меня. И на одну секунду жестокий проблеск надежды отразился на ее заплаканном лице.

Но было слишком поздно. Секундой позже она легко подалась вперед, и ее не стало.

Она кричала все время, что падала вниз.

Алиса побежала к карнизу, где только была Лидия, пока я стояла, не двигаясь. Она высунулась из окна и смотрела вниз, когда раздался другой крик с нижних этажей. Алиса прикрыла свой рот рукой и отошла от окна, слезы ужаса текли по ее белому как мел лицу.

Крики снаружи стали громче, когда больше людей увидело, что осталось от моей лучшей подруги на холодном асфальте. Я прислонилась к шкафу и сползла на пол. Смерть от падения. Лидия не хотела умереть так.

Я безучастно подняла один из рисунков, которые были разбросаны по всему полу. На рисунке была мать Лидии. Она была мертва. Я подняла второй рисунок. Это была няня Лидии. Она была мертва тоже. На полу были десятки рисунков, как эти, — Лидия рисовала всю ночь. Что касается вещей, которые были изображены на них, я не знаю. Лидия была талантливым художником, и мне хватило посмотреть лишь на пару из них, чтобы меня затошнило.

Алиса стояла в дверном проеме, что-то крича в коридор. Я не знаю, что она говорила, потому все, что я могла слышать в комнате, — это высокий визг. Внезапно из щели шкафа выскользнул лист бумаги и прилетел ко мне. Я подняла его и рассмотрела.

Этот рисунок был тоже сделан Лидией, но он не был похож на остальные. Он был нарисован ровно с того места, где сидела я. На рисунке дверь шкафа была приоткрытой, и что-то смотрело оттуда из темноты.

Я положила рисунок и посмотрела на шкаф. Дверь был приоткрыта точно как на рисунке. Я сощурила глаза в попытке рассмотреть, что было внутри. Когда я начала различать черты длинного лица, смотрящего на меня, Алиса подняла меня на ноги.

«Нам нужно убираться отсюда», — кажется, сказала она.

Я ни разу не вернулась в эту комнату. Мои родители перевезли мои вещи, и я провела остаток семестра в квартире вне кампуса. Я перевелась в колледж другого штата на мой весенний семестр и закончила учебу там.

Каждую ночь мне снится Лидия, которая вылезает из крошечного окна, карабкается по холодному карнизу, поднимается и понимает, что между ее телом и ужасающей бездной перед ней ничего нет. Я вижу, как она смотрит вниз через семь этажей на черный асфальт и понимает, хотя не принимает, свою ужасную судьбу. Я вижу немой страх в ее знакомых чертах. Я слышу ее бешено колотящееся сердце, которое отчаянно пытается отстучать каждое биение жизни, что она должна была прожить, и знает, что у него на это есть всего несколько секунд.

Я вижу, как она оглядывается на меня. И я вижу, как она падает.

Прошло девять лет с той ночи. И каждой осенью уже девять лет я звоню в Отдел обслуживания резидентов, чтобы узнать, какие комнаты открыты для новых студентов. Корпус Рейли всегда открыт. Седьмой этаж закрыт.

В этом году моя жизнь и работа закипели, и я позвонила гораздо позже, чем обычно. Меня сразу же повесили на ожидание.

«Отдел обслуживания резидентов, — наконец ответил мужской голос. — Вы спрашивали, есть ли свободные комнаты в Рейли?»

«Да, все верно».

«Мы полностью забиты, но для Рейли есть лист ожидания. Хотя похоже, вы позвонили в удачное время. Я не буду вам обещать, но, возможно, у нас получится вас заселить. Мы только что получили подтверждение этим утром».

«Подтверждение чего?» — сказала я медленно.

«Мы открываем седьмой этаж».