Пламя смерти - Андрей Вячеславович Шевченко

— Разве? Вспомни Адогорда — его человеческая личность рухнула под напором драконьей магии. Я намного сильнее обычного мага, но и груз мой куда больше.

— Прости, Мико, я не понимаю, о чём ты говоришь, — развёл руками Адельядо.

— Портал в мир демонов. Он был открыт триста лет назад и до сих пор функционирует. Только воздвигнутые мной щиты удерживают Завоевателей от вторжения сюда, на Тангрин. Именно для создания этой защиты мне пришлось собирать магическую энергию. И с каждым днём количество потребляемой магии росло, пока всё магическое поле этого мира не перешло в моё владение. Вот почему люди с магическим даром стали рождаться всё реже. Именно поэтому ваши Академии опустели, а магов стало так мало. Но не сделай я этого, и не стало бы не только магов, но и простых людей — их всех уничтожили бы орды Завоевателей. Вы же разговаривали с вампирами и знаете, как демоны обошлись с их прежним миром.

— Он стал пепелищем, — сказал архиепископ. — Е… Мико, дозволь спросить, почему ты не уничтожил вампиров? Ведь они были во вражеской армии.

— После битвы уцелевшие остатки разбитой армии вторжения разбрелись по окрестностям. Я находил и уничтожал их. Но, послушав разговор вампирских воинов, понял, что они — не такие, как прочие демонские солдаты. Они были очень похожи на людей. Вампиры суровы и жестоки, но в них есть благородство. И они были изгнанниками из своего мира. В тот момент я просто пожалел их и не стал трогать, когда они начали строить поселения на краю той местности, что теперь зовётся Запретным пределом.

Адельядо покачал головой — Единый пожалел вампиров. С ума сойти! Вот как судьба целого народа может зависеть от минутной прихоти высшего существа. Но маг оставил эту мысль при себе.

— Ты говорил о тяжком грузе, — вернул он разговор в прежнее русло. — О портале.

— Я ведь уже сказал, — удивился голем. — Хорошо, повторю: непрерывная блокировка портала между мирами оказалась даже для меня слишком тяжёлой.

Адельядо пожал плечами — Единый говорит с ними, словно с неразумными детьми. А, может, у него такой стиль разговора?

— Как ты правильно заметил, маг, меня создали для защиты людей, — продолжал голем. — Я просматривал варианты развития будущего после того, как я исчезну. Первое и самое главное следствие: портал из демонских миров будет разблокирован. И путь на Тангрин для армий Завоевателей откроется. Когда они воспользуются им — в этот же день или через десяток лет, зависит от множества событий, которые произойдут вне нашего мира, а потому точную дату я сказать не могу. Зато знаю наверняка, что вторжение обязательно случится. И только в одном из ста восьми вариантов развития событий демоны будут побеждены и изгнаны отсюда.

Адельядо слушал голема и чувствовал, как по спине бегут ручейки холодного пота. Бесстрастная интонация его голоса придавала словам окончательную безысходность. Один шанс на победу из ста восьми. Судьба этого мира практически предрешена. Проклятье!

— Мико, но это лучше, чем вообще никаких шансов, — сказал он. — Что нужно сделать, чтобы воплотился этот вариант?

— Я сделал всё, что мог для этого развития событий, — в голосе голема послышалась неимоверная усталость. — Я развязал всеобщую войну на цивилизованных землях…

— Как?!! — в голос вскричал архиепископ. — Ты развязал кровопролитнейшую войну, в которой едва не погиб Ситгар и все его жители?

Адельядо выпучил глаза — ну и методы заботы о людях у этого существа.

— Сначала дослушай, церковник, — невозмутимо ответил голем. — Эта война была необходима, чтобы определить в ней лидера. Если бы Ситгар не смог выстоять и пал в борьбе против объединившихся государств, то забота о дальнейшей судьбе мира легла бы на плечи Тилиса. Но вы сумели правильно понять моё послание, переданное через Генетта, и выиграли, пусть ценой больших потерь. Да, пролились реки крови, но эти жертвы ничто по сравнению с тем, что случится после вторжения демонов. Разрозненные армии государств не сумеют оказать достойного сопротивления Завоевателям и будут раздавлены поодиночке в течение нескольких недель. Я видел эти сражения — люди проиграли во всех. Сначала цивилизованный мир, а затем и прочие страны будут повержены в прах. Тангрин станет пепелищем.

Голем помолчал и продолжил:

— Только объединившись, вы имеете шанс на спасение. После всеобщей войны к мнению Ситгара будут прислушиваться все — от северных варваров и гномов до короля Мироттии. Юловар сможет собрать под своё командование армии всех государств цивилизованного мира и соседних с ним, когда в том наступит необходимость. К сожалению, южные страны, что за Янтарным морем, находятся слишком далеко от портала, чтобы осознать его опасность, а потому помощи от них не ждите. Это я тоже видел.

Догадка молнией сверкнула в голове Адельядо.

— Так вот почему ты привёл к нам вампиров! Чтобы они выступили вместе с нами против своих бывших хозяев?

— Да, — кивнул голем. — Этот мир уже давно стал их родиной. Вампиры — отличные воины. Я сделал всё, чтобы вы вступили с ними в союз. Я даже благословил их на крещении в королевском дворце да и потом не раз доказывал своё к ним расположение.

Адельядо бросил на архиепископа взгляд — помнится, тот долго не хотел верить, что золотой свет не был его рук делом. Одборг удручённо покачал головой и сказал:

— Ты перевернул мир с ног на голову. Не все, но многие монахи восприняли весть о вампирах, как о наших братьях. И если это ещё хоть как-то укладывается в головах простых людей, то как они воспримут известие о том, что Единый поднимает мертвецов? Уж не прикажешь ли ты и тухлых зомби считать нашими братьями?

Голем гулко рассмеялся.

— Нет, достойный Одборг, нет никакой нужды принимать мертвецов в ряды живущих. Я лишь воспользовался знаниями некромагов, чтобы получить разрешение на поднятие мертвецов и создать непроходимый барьер в Запретном пределе.

— А зачем ты использовал поднятых против хивашской армии? — хмуро спросил архиепископ. — Куда лучше было бы дать нам божью силу. Это испепелило бы большую часть врагов и подняло бы авторитет боевых клириков, подорванный во время последней войны. По твоей милости, между прочим, подорванный.

— Ты так ничего и не понял, — тихо ответил голем. — Я отстранился от боевых действий, чтобы не плодить ненужные жертвы. И в вашей последней схватке я не дал вам мощь по той же причине. Позволь я вам использовать частичку своей силы, и тысячи пустынных воинов погибли бы напрасно. А так они отступят до самой столицы — целые и невредимые. Потому что хиваши должны влиться в будущую объединённую