Сталин в преддверии войны - Александр Семенович Орлов

успехами во внешней политике (казавшимися стратегическими) была перечеркнута последующими грубейшими политическими просчетами. Во внутренней политике руководство Советского Союза, оставшись вне военного пожара, охватившего Европу, прилагало все усилия к тому, чтобы использовать 22-месячную передышку для подготовки страны к обороне. За это время было сделано немало, но слишком ограничен был исторический срок. Сказался и груз ошибок, и сталинские репрессии, ослабившие оборонный потенциал страны. Роковые просчеты Сталина накануне Великой Отечественной войны привели к трагедии лета 1941 года. Безраздельно уверовавший в правильность своих оценок политических ситуаций на различных этапах, Сталин оказался не в состоянии объективно анализировать факты в сложной обстановке предвоенных месяцев, не сумел использовать те возможности, которые давал пакт о ненападении, не смог круто повернуть руль управления страной для своевременного отпора гитлеровской агрессии. Ошибки в оценке обстановки, неадекватное восприятие происходивших в Европе процессов привели к ложным выводам и действиям на международной арене. Руководители советской внешней политики не обеспечили вывод СССР из политической изоляции. Конечно, возможность оттянуть вступление в войну в 1941 году была маловероятной. И отступить нам пришлось бы, так как немецко-фашистские войска имели ряд серьезных преимуществ, в Дом числе такие, как милитаризация экономики и всей жизни Германии, превосходство по ряду показателей в вооружении и численности войск и опыту ведения войны, уровню технической грамотности.

Но, безусловно, можно было уменьшить беду, какой обернулось для нашей страны нашествие фашистских армий. Однако грубые просчеты в отношении времени нападения Германии на Советский Союз, опоздание с директивой о приведении войск в боевую готовность, запоздалые и половинчатые меры, к тому же не доведенные до конца, по развертыванию армий первого эшелона на соответствующих определенных направлениях, дали командованию вермахта значительные стратегические преимущества. «За ошибки государственных деятелей расплачивается нация», — подчеркивал русский философ Н. Бердяев. Вина Сталина, писал в свое время К. М. Симонов, не только в том, что он с непостижимым упорством не желал считаться с очевидными реалиями обстановки первой половины 1941 года. История такого не прощает. Это подтвердила трагедия лета 1941 года.

Два европейских гиганта — СССР и Германия — столкнулись в смертельной схватке. Поднявшись на священную войну в защиту Отечества, народы Советского Союза совместно с другими нациями, сражавшимися с фашизмом, создали антигитлеровскую коалицию, ставшую силой, которая предопределила гибель Третьего рейха. Свершилось то, что могло произойти в 1939 году, но тогда, в силу рассмотренных выше причин, оказалось невозможным. Как известно, массы учатся на опыте. Потребовались жертвы и разрушения, вызванные фашистской агрессией и оккупацией, чтобы широкие массы народов многих стран поднялись на войну против поработителей. «Только после того, как Франция была раздавлена, — писал У. Черчилль, — у Великобритании… родилась из мук поражения и угрозы уничтожения национальная решимость, равная решимости Германии»[543]. Ненависть к захватчикам родной земли сделала и войну СССР против Германии и ее союзников войной всенародной, Отечественной, Великой. В этой решительной и бескомпромиссной борьбе против фашистской угрозы, нависшей над миром, тоталитарный Советский Союз и буржуазно-демократические государства Запада выступили единым фронтом и обеспечили разгром общего врага.

И в этом огромная заслуга И. В. Сталина, Верховного Главнокомандующего Вооруженными силами СССР. В ходе войны он сумел постичь вершины политического и стратегического руководства страной и армией, стать государственным деятелем международного масштаба, с которым были вынуждены считаться лидеры великих держав — США и Англии. Он сыграл выдающуюся роль в становлении и развитии СССР как сверхдержавы.

Таким образом, противостояние трех мировых сил, сложившееся в межвоенный период, — коммунистического СССР, нацистской Германии и западных демократий — прошло несколько этапов: союз Запада с Гитлером при изоляции СССР (Мюнхен, 1938 г.), война между англо-французским альянсом и Германией в условиях «дружбы» нейтрального Советского Союза с Третьим рейхом (1939–1941 гг.) и, наконец, великая битва антигитлеровской коалиции во главе с США, Англией и СССР против фашистско-милитаристского блока государств, окончившаяся полным разгромом фашизма (1941–1945 гг.).

С гитлеровским разбойничьим государством было покончено, но уже с середины 40-х годов возникли новые антагонисты — СССР, возглавивший страны, где воцарилась сталинская модель социализма, и США, объединившие государства, отстаивающие ценности западного мира. Противостояние этих сил, принявшее форму «холодной войны», определило ход истории на последующие четыре десятилетия.

Сегодня, когда рухнула «Ялтинская система», сложившаяся после Второй мировой войны и сохранявшая мир, несмотря на все ее недостатки и периферийные конфликты до начала 90-х годов XX века, мировое сообщество ищет новые подходы к решению проблем безопасности в мире с учетом национальных интересов государств и регионов. И опыт предвоенных и военных лет позволяет выбрать наиболее оптимальные решения. Но это ни в коей мере не пирамидальная модель глобализации во главе с США, а многополярный мир, основанный на равной безопасности, на уважении прав всех народов и их процветании.

Наиболее перспективной могла бы быть система коллективной безопасности, подобная той, за которую боролся Советский Союз в 30-х годах XX века. Такая система позволяет создать достаточно надежную атмосферу доверия между ее участниками в сфере безопасности. Кроме того, такая система может выполнять функции и военного союза в вопросах совместной обороны от военных угроз. Наконец, она создает условия для коллективных усилий ее участников по обеспечению безопасности не столько военными, сколько политическими, экономическими, финансовыми, таможенными и иными невоенными мерами, способными предотвратить нарастающую угрозу или своевременно среагировать на вызов деструктивных сил. На первый план в решении проблем войны и мира выходят коллективный разум и политическая воля. И исторический опыт предвоенной эпохи, ошибки политиков и стратегов той поры, не сумевших предотвратить самую кровопролитную из войн, уроки истории должны быть учтены в полной мере.

Примечания

1

Документы внешней политики РФ (далее ДВП). М., 1960 Т. 4. С. 445–448.

2

Коммунистический интернационал в документах 1919–1932. М„1933. С. 201.

3

Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 31. С. 450. Т. 35 С. 170

4

Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 42. С. 70.

5

Международное рабочее движение. Вопросы истории и теории. М., 1980. Т. 4. С. 550–555.

6

Коммунистический интернационал в документах 1919–1932. С. 409.

7

Коммунистический интернационал. Краткий исторический очерк. М., 1969. С. 214.

8

Сталин И. В. Сочинения. Т. 6. С. 396, 400.

9

Сталин И. В. Сочинения. Т. 7. С.