Московский доктор 4 - Тимофей Тайецкий

— Пока нет, — выдавил сквозь зевок.

— Пожалуйста, ты должен! Я не могу больше здесь находиться!

В трубке послышались всхлипы. Настоящие, мокрые, жалкие.

Честно? Паникёров терпеть не могу. Поэтому, чтобы его хоть как-то успокоить, ляпнул первое, что пришло в голову:

— Не парься, всё решу за десять дней.

Тут же понял, что ошибся.

— Серьёзно⁈ — Мович чуть не задохнулся от восторга.

Вот идиот. Сам себя загнал в угол. Обещание-то громкое, а плана — ноль. Если облажаюсь, Мовича можно будет выжимать, как мокрую тряпку.

Тут за окном засветились знакомые рожи — родители Памелы. Стояли, махали, как дети на ёлке.

— Позже перезвоню, — пробормотал в трубку и пошёл открывать дверь.

— Чего так рано? — пробурчал, всё ещё пытаясь прийти в себя.

Тёща прищурилась:

— А чего это ты на диване спал? Опять Памела выгнала?

Тесть тут же подхватил:

— Поссорились? Разводиться собрались?

— Дочка Ганса тут ночевала, — выдохнул я, начиная терять терпение. — Диван — единственный вариант.

Тёща кивнула, словно я только что спас котёнка из горящего дома:

— Ты заботливее, чем я думала.

Честно? Почувствовал себя героем. Спать на диване ради чьей-то дочки? Медаль мне, что ли?

Тесть фыркнул:

— Мать, твои стандарты заботы — днище.

— По крайней мере, он лучше тебя, — мгновенно парировала она. — Когда Памеле и Флоре было по три месяца, ты спал, как медведь зимой.

Тесть замолчал. Видимо, ей было достаточно одной точной подачи, чтобы отправить его в нокаут.

— Памела ещё спит? — сменил он тему, глядя на часы.

— Скоро проснётся, — кивнул я.

И точно, через десять минут в дверях появилась заспанная Памела, протирая глаза.

— Папа, мама… Доброе утро…

— Памела, мы уезжаем домой, — тёща тяжело вздохнула.

— Уже? — я удивился. — Может, ещё немного останетесь?

— Не получится, — махнула рукой. — У меня дел полно.

Тесть, конечно, рвался остаться, но когда тёща сказала своё веское слово, сопротивляться было бесполезно. Пришлось собраться и уйти. Вид у него при этом был такой, будто его заставляют шагать на эшафот.

Мы отвезли их в аэропорт. Дорога тянулась в напряжённой тишине, нарушаемой только деланным покашливанием тёщи и тяжёлым дыханием тестя. Когда пришло время прощаться, он неожиданно схватил меня за локоть и потянул в сторону, подальше от всех. Его лицо было красным, губы сжаты в тонкую линию.

— Послушай, парень, брось Памелу. Иначе в следующий раз… — зашипел он, буравя меня взглядом.

Надо же, насколько классический сюжет. Я даже усмехнулся:

— Выбросите меня в море на корм рыбам?

Он нахмурился ещё сильнее, складки на лбу стали глубокими, как трещины в асфальте.

— Да, именно так. И я не шучу.

Я сделал вид, что задумался, и с самым серьёзным видом уточнил:

— Могу помочь с формулировкой. Что-то вроде: «С грузом на шее», а?

— Прекрати, я серьёзно. В пустыне брошу!

— Давайте уже сразу в космос, чтобы наверняка.

Телохранители за его спиной синхронно закатили глаза, явно привыкшие к таким сценам. Один из них осторожно тронул босса за плечо: мол, пора, самолёт не будет ждать вечно.

Памела всё это время наблюдала за нами, скрестив руки на груди. Её взгляд был пристальный, подозрительный, и, честно говоря, немного пугающий.

— Что ты сказал моему отцу? Он выглядел так, будто вот-вот взорвётся.

Я пожал плечами, нацепив самую невинную улыбку:

— Да так, предложил в следующий раз вместе отдохнуть. Но, видимо, ему мои варианты не понравились.

Памела сузила глаза.

— Ты же понимаешь, что он всерьёз может тебя в пустыне оставить?

— Конечно. Надеюсь, выберет место с красивым видом.

Она покачала головой, но я успел заметить, как её губы дрогнули в сдержанной улыбке.

Памелу пришлось подбросить из аэропорта в офис ее работы. Она за рулём — это что-то из разряда фантастики, так что выбора у неё особо не было. Несмотря на то, что ранее я купил ей шикарную тачку.

Машина ровно урчала, солнце заливало улицы густым мёдом. Раздался звонок.

— Григорий, завтра вечером у меня в компании шоу. Хочешь прийти? — голос Ольги был лёгким, почти игривым.

— Какое ещё шоу? — прищурился, перехватывая руль поудобнее.

— Модный показ. Можешь взять свою девушку.

Мода? Не моё. Лучше бы кинчик позырили. Но вдруг Памеле понравится?

— Памела, хочешь на модный показ завтра? Подруга приглашает.

— Конечно! — в голосе послышался азарт.

Ну да, женщины. Им только скажи «новая коллекция», и всё — глаза горят, мысли заняты только платьями, а кошельки дрожат от страха.

— Нам, наверное, надо одеться прилично? — уточнила Памела, бросив на меня быстрый взгляд.

— Думаю, да. Может, за платьем сходим вечером?

— Отличная идея!

Она уже мечтала, прикидывала, выбирала.

Позже зазвонила Ирина, жена Ивана и комендантша тюрьмы.

— Григорий, Филимон Чикатилов уже в тюрьме. Когда хочешь его «навестить»?

Почти подавился воздухом.

— Уже⁈ Я думал, на суд полгода уйдёт.

— Он главарь банды, судьи не стали тянуть. Доказательства были, приговор вынесли быстро.

— На сколько?

— Пожизненно. Без права на УДО.

Чуть нахмурился.

— Шанс выйти есть?

— Теоретически да, — сказала она. — Но не волнуйся. Он столько не проживёт.

Ну да, в тюрьме у него врагов — целая армия. Да и свои могут захотеть, чтобы он там сгнил.

Но этого мало. Чертовски мало. Я не мог просто сидеть и ждать, пока кто-то его прикончит. Это было бы слишком скучно.

Тогда обратился к своим демонам:

— Ребят, а что может быть адски больно, но без следов?

— О, господин! — Лиса Морозка заговорила с азартом. — У меня подруга в Аду, она просто фанатеет от пыток. Может помочь!

— Она сейчас там?

— Конечно. Убей его, и его душа сразу к ней отправится.

Покачал головой. Нет, убивать — слишком просто. Этот маньяк заслуживает кое-что поизощрённее.

Змей Самаэль ухмыльнулся.

— У меня идея.

— Давай.

— Я могу пробудить у него неутолимое сексуальное желание.

Завис на пару секунд.

— В смысле?

— В буквальном, — Самаэль хмыкнул. — Он будет гореть от желания, но не сможет его удовлетворить. Ни с кем. Никогда.

Губы сами по себе растянулись в медленной, хищной улыбке. Но я вздохнул.

— Не, Самаэль, это максимум закуска.

— Пусть он вечно голодает! — предложил Ужора.

— Всё