Мне тебя подарили - Евгения Ник

— То есть даже не отрицаешь? Прекрасно, просто прекрасно... Когда кончится договор, что ты планируешь?

— Жопу им подтереть и смыть в унитазе. Такой ответ тебя устроит? Мне похуй на эту филькину грамоту.

— Охренеть! Нет, это ни в какие ворота…

Отец открывает выдвижной ящик стола и что-то истерично там ищет. Наконец, находит портсигар, достает сигару, чиркает зажигалкой и уже через мгновение выпускает густое, с тяжелым запахом, облако сизого дыма.

— Поиграл в семью и будет, сынок. Все. Планы изменились, — спокойно говорит он и падает обратно в кресло.

Насос за грудиной на короткое время перестает гонять кровь. Система вентиляции замирает. Я в одну секунду впадаю в кому и тут же возвращаюсь назад к жизни.

— Поиграл? — усмехаюсь. — Где-то я это уже слышал. Мне надоело быть частью твоей игры. Иди ты, знаешь куда, папа, — опускаю взгляд на свой пах и обратно впиваюсь глазами в него, цедя каждое слово сквозь зубы. — На хуй ты, иди.

Он вскакивает с места, с багровой от злости мордой, какое-то время сверлит меня взглядом. Садится обратно.

— Что ты скажешь о Лейле — дочери Варгана? — игнорируя мою грубость, гнет свое.

— Она тут при чем? — вздергиваю бровь. — Мне не нее откровенно по бую.

— А зря, ты ей понравился. Да настолько, что она сообщила папочке, что хотела бы замуж за такого мужчину. Как думаешь, что произошло дальше? Саня позвонил мне, сука, в шесть утра, с вопросом, насколько у тебя все серьезно с женой. А потом поведал, что дочурка его всю ночь сопли по тебе пускала. Я не знаю, чем ты ее зацепил, но... Намек улавливаешь?

— Она шизу словила? Так, пусть Варганов займется здоровьем дочери.

— Золотой мой, ты понимаешь, какие перспективы нас ждут, если мы породнимся с Варгановыми? О таком только мечтать можно! Так развернемся! А тут Лейла еще и сама готова на тебя запрыгнуть, и заметь, девчонка хороша, все при ней.

— При чем тут нас? Я это я, а ты это ты. В мою личную жизнь ты больше не влезешь, — зеркалю взгляд отца, сжимая кулаки до хруста костей, стараясь не дать вспышке гнева вырваться наружу.

— Ты же помнишь, что нашему губернатору не отказывают? Никто и никогда.

— Тогда я буду первым. Разговор окончен, — разжимаю кулаки, шагаю к выходу из кабинета.

— Сын, я сейчас с тобой по-хорошему, но ты знаешь, может быть и по-плохому.

— Передай Варгану, что я отказался от столь шикарного предложения, как породниться с ним. А если ты хоть пальцем пошевелишь в сторону моей жены, я лично тебя задушу, — режу бескомпромиссным тоном, дергаю на себя дверь и сваливаю.

Я прекрасно понимаю, что это не конец разговора. Он еще обязательно будет применять на меня свое мастерство манипулирования и угроз. Сжимаю челюсти, чтобы не зарычать в голосину и не напугать маму, пересекаю на скорости гостиную, выхожу из дома.

Как только залетаю в машину, сразу же набираю Славку, но она не берет трубку, проверяю мессенджер — мое сообщение не прочитано. Вновь набираю — тишина.

Неужели отец? Уже начал действовать по-плохому? Одна лишь мысль о том, что он может хоть как-то тронуть мою жену, сводит с ума и приводит в ярость.

Тянусь к бардачку, достаю сигареты. Пара затяжек и вот я уже лечу по шоссе в сторону дома.

Как назло, город окутали темные грозовые тучи, а через несколько минут зарядил дождь. Фары встречных машин неприятно слепят, и в каждом отблеске вижу образ рыдающей Славки и ее глаза, в которых стоит ужас. В висках долбит: “Я должен защитить ее”. Дорога мокрая, колеса машины буквально скользят по поверхности, как по маслу. Похуй. Стрелка спидометра уверенно ползет вверх, но это, блять, не соревнование с судьбой: мне глубоко плевать на возможные последствия такого риска, ведь я уже ранен, истекаю кровью и распадаюсь на части. Похуй.

Каждая секунда в пути длится вечностью. Стараюсь отключить бесконечный поток токсичных мыслей, переключить все внимание на непрерывный гул двигателя и монотонный звук капель дождя, ударяющихся о крышу моей Бэхи.

Через рекордные двадцать минут влетаю в здание отеля, несусь вверх по лестнице на наш этаж, вламываюсь в апартаменты уже догорая, но из последних сил истошно крича:

— Слава!

Глава 55

Злат (Злой)

— Злат?

Слава, обернутая в полотенце, стоит в проходе ванной, с волос стекают капельки воды, щеки украшает румянец после горячего душа. И я, замерший посреди спальни, весь мокрый от дождя, в грязных ботинках на белом мраморном полу.

Живой. Зато теперь я живой.

Быстро сокращаю расстояние и сгребаю жену в свои объятия.

— Почему не отвечала на звонки? У Агафонова, что с телефоном? Убью его, скотину! Блять, вы оба сговорились, что ли?

— Я нечаянно пролила воду на телефон Димы, — лепечет она.

— А с твоим что произошло? Слава, что сложного быть на связи? В чем, блять, у тебя проблемы? — рычу на повышенных оборотах, затем отстраняюсь, удерживая ее за плечи и слегка встряхиваю. — Ну?

Кретин. Знаю.

— Я… я не слышала, что ты звонил, — выдает с паникой в глазах. — Почему ты на меня кричишь?

Подхожу к ее спортивной сумке, которая лежит у входа, рывком дергаю молнию, достаю телефон и вижу, что он в режиме “полета”. Ну конечно!

— Ты после сна режим не переключила.

— Забыла, — говорит тихим голосом и осторожно подходит ко мне. — Злат, что случилось?

Понимаю, что со стороны выгляжу конченной мразью. Разворачиваюсь к Славе и опять сгребаю ее в охапку.

— Взбесился, когда ты не ответила, накрутил себя и… вот.

— Ладно, я тебя поняла. Прощен, — отвечает, поднимает голову, тянется на носочках и целует меня. — Злой Златик.

Недовольно вздыхаю, еще крепче обнимаю ее, только сейчас успокаиваюсь. Вот так и работают манипуляции отца. Даже ничего не делая, а лишь словами, он способен пробраться в голову и перевернуть все вверх дном. Сейчас понимаю, что Варганов не станет портить отношения с отцом из-за прихоти его сумасшедшей дочурки. А значит, и любые терки со мной исключены. Побесится и успокоится, дочь приструнит. Хотя в любом случае надо встретиться с Бессоновым и Деном, обсудить вопрос с мэрской гонкой. Отец не должен пойти на второй срок. И главное, необходимо решить вопрос с передачей компании в мою собственность. В прошлом, ситуация с изменой отца маме и моей фиктивной свадьбой выбили меня нахрен из колеи. И я назло старику, или от того, что задыхался рядом с