Чароплет - Антон Кун

«Но я…», — попыталась возразить ведунья, но козлоногий уже развернулся ко мне и выставил перед собой иссиня-чёрный щит.

Всё же почуял, вот же. Значит, придётся рисковать, хотя что это я, иначе и быть не могло! Я знал это с самого начала.

Я резко, на лету переместился и опустился ему за спину и…

Козлоногий мгновенно среагировал, развернувшись в мою сторону.

Наши глаза встретились, и в его прямоугольных животных глазах промелькнуло нечто:

— Ты! — взревел козлоногий и мир погрузился во тьму.

Оказывается, он может мгновенно создать зону распада вокруг себя. Неприятное открытие, особенно с учётом того, что в моей руке ярко светилось крыло ангела.

— За твою смерть хозяин даст мне свободу, — изменённый голос донёсся отовсюду сразу. — Хорошо, что ты сам пришёл. Не надо искать тебя по всему миру.

В голосе гремело довольство и радость.

Светлая зона, около метра, горела вокруг меня, не позволяя тьме проникнуть внутрь. Но вскоре эффект закончится. Нужно что-то делать и срочно. Я прямо физически ощущал, как время утекает сквозь пальцы, но в голову ничего не приходило.

Я раскрыл ладонь, в которой светился синим холодом камень. Если я сейчас активирую его, то точно умру, что нельзя сказать о козлоногом, а если попытаюсь поглотить для пробуждения аспекта, то неизвестно чем всё это закончится.

Неизвестность или гарантированная смерть?

Недолго думая, я сжал камень в кулак, ощутив, как минерал затрещал и начал крошиться, больно впиваясь в кожу. В ладони стало мокро от крови, а потом пришёл холод. Но не такой, от которого немеют конечности и клонит в сон. Этот был другим. Казалось, что в груди возникла ледышка, стало трудно дышать.

Рядом возник Аспид.

— Так много льда! — с восхищением воскликнул он и стал расти, словно на дрожжах.

Секунда, две, и он перестал вмещаться в защитный барьер.

— Стреляй со всей силы в этого козла! — крикнул я, и мой фамильяр поспешил выполнить команду.

Луч абсолютного мороза разорвал тьму и вонзился в черный щит перед козлоногим.

«Камня надолго не хватит», — донеслась до меня мысль Аспида. Видимо, ледяная суть Аспида среагировала с камнем и, пройдя через меня, влилась в него.

Я выхватил косу и, покрыв тело и духовное оружие своей бронёй, телепортировался за спину козлоногому.

«Вжух».

Козлоногий резко обернулся и поймал одной рукой лезвие, что почти достигло его шеи, не хватило какого-то миллиметра.

Вокруг всё так же царила тьма распада, давя и пытаясь пробраться сквозь доспехи. Поэтому жгучая ящерица появилась лишь на мгновение. Она дохнула огнём в волосатую козью морду, которая мгновенно вспыхнула, и тут же растворилась, с жалобным «шшш».

— Рааааа!!! — взревел козлоногий, на миг ослабив железную хватку, и коса продолжила свой путь, насквозь пронзив его шею.

После чего я получил прямой удар волосатой руки. Плащ успел сформировать передо мной щит, но от самой сокрушительной атаки это не спасло.

В момент, когда кулак разорвал плащ и вонзился в грудную клетку, я отчётливо услышал, как что-то хрустнуло внутри.

Потом в ушах засвистел воздух, и я на бешеной скорости спиной полетел куда-то.

Усилием воли я раскрыл свой плащ и остановился.

Я уже находился вне зоны действия распада, а потому пришлось экстренно телепортироваться обратно к Аспиду, так как в меня тут же полетело несколько десятков заклинаний разного вида, по ощущениям одинаково опасные. Ну, конечно, его бойцы не спят и готовы прийти на помощь командиру.

Аспид всё так же стрелял в козлоногого своим лучом, а вот защита крыла ангела уже начала мерцать, готовая вот-вот испарится.

Тупик. Я ещё разок выругался, не понимая, что делать, а затем до меня вдруг дошло.

Глава 25

* * *

Иванушка вцепился обеими руками в проклятую косу, но никак не мог её вытащить из своей шеи.

Дышать с каждой секундой становилось всё труднее, а волшебство отчего-то отказывалась повиноваться, словно духовное оружие перерезало какую-то важную магическую артерию.

Затем он вспомнил, что парень является убийцей богов, возможно, именно так работает эта способность?

Если маг не может пользоваться своей силой, то чем он отличается от смертного? И пусть этот убийца богов ещё совсем слабый, но если он сможет вырасти в силе, то станет поистине ужасающим противником!

Мысли неслись со скоростью ветра.

Внезапно Иванушка ощутил всплеск энергии холода и давление луча заметно усилилось.

В следующий миг он почувствовал движение, и тьму развеял свет от защитного барьера, за которым показался Алексей верхом на… Аспиде. Сын Чернобога, а Иван его не раз видел на многих картинах, бил в него, в Ивана, из пасти синим лучом мороза, и стремительно приближался.

Спустя мгновение светящийся барьер врезался в черный щит, сотканный из страха Безымянного, отчего раздался хлопок, и обе защиты испарились, освободив путь для холода Аспида.

* * *

— Алена, — призвал я ведунью, пряча в броню Аспида. — Как и обещал, я не убил твоего брата, но боюсь, это ненадолго.

Внутри всё болело, особенно в грудной клетке, которая хоть и быстро восстанавливалась под действием аспекта жизни, но увы, это не было мгновенной регенерацией.

Но пока адреналин бурлил в крови, всё ощущалось терпимо.

На мой зов явилась размытая фигура ведуньи:

— Пока он запечатан, мы должны успеть провести ритуал.

— Какой?

— Изгнание Безымянного!

— Но ведь твой брат сам пошёл по этому пути? — не понял я логики.

— Мы отрежем его от силы той твари, и тогда сможем пленить. Быстрее, лёд скоро начнет таять.

И действительно, от замороженного в глыбу льда козлоногого разбегались мелкие трещинки, которых с каждым мгновением становилось всё больше.

— Хорошо, давай.

Я напитал Алёну силой, и мы создали купол гармонии, но в этот раз не для целого поселения, а для конкретного существа. Получилось значительно быстрее и легче.

Уже через минуту из козлоногого, будто из осьминога чернила, брызнула во все стороны тьма, в которой мне послышались крики ужаса.

Энергия заполнила до этого прозрачный лёд, после чего тот треснул и рассыпался, освобождая светло-русого мужчину с широкими плечами и голубыми глазами.

— Иванушка… — с болью произнесла Алена, глядя на своего брата.

— Алёнушка⁈ — в полном шоке расширились его глаза.

— Спи, братец, — подошла к нему моя фамильяр и нежно погладила по голове.

— Алёнушка… — протянул он,