Два мира. Том 3 - Василёв Виктор

давно выбрали, – с лукавой улыбкой сказала Ольга. – Маркус, если бы женщины на самом деле ждали первого шага от мужчин, человечество давно бы вымерло. Ты поможешь мне организовать «случайную встречу», а потом будущая баронесса возьмет все в свои руки. Хватка у нее под стать матери.

Я покачал головой, ох уж это женское коварство. Ольга восприняла это по-своему.

– Не беспокойся. Я объясню ситуацию, и они будут голосовать, как хотим мы, а не Риотаб.

– Как у вас все просто.

– Брак – это сделка между двумя семьями. Хорошо, если есть любовь, но это не обязательное условие.

– Я видел Фридриха в деле, он уже может сдавать экзамен на сапфира. Через год или два, дотянем его до изумруда. Итого четыре голоса в совете. Плюс, тебе осталось недолго до алмазной.

– Высшей магией я уже владею, – с закономерной гордостью сказала Ольга. –КПТ соответствует, нужно только нарастить резерв. И разобраться с магическим советом.

Так называли объединенную комиссию, которая состояла из представителе алмазной палаты и сильнейших магов совета родов.

– Думаю, мы с этим справимся. Если все будет хорошо, то этот совет будет состоять из лояльных нам людей. Когда придет время, я объясню де Ратуа, что в ее интересах протащить тебя в палату. Пусть уговаривает Карла и дает взятки остальным.

– Всецело поддерживаю. Но что с Иллирией и принцами?

– Приложу все усилия, чтобы Даламар не мог жить без меня. С академией все сложно. Да, в условиях эфирного кризиса многие благородные засунут гордость в задницу и отправят туда учиться детей. Не самых любимых, но отправят. Там вполне могут затесаться «четверки» и…

– Поздно, Маркус, – хмыкнула Ольга. – На них уже объявили охоту. Раньше было негласное правило, что мы даем им самим умереть. Сейчас все тянут к ним руки. Тебе повезло, что к нашему барончику никто не подошел.

На самом деле походили. Просто я успел раньше и воспользовался «наследством» Сайруса.

– Печально. В любом случае, если у меня будет доступ к академии, это даст большие возможности. Буду помогать перспективным ученикам, двигать вперед верных, но бездарных. Мы потеряли почти треть магов, кадровый голод ближайшие годы будет колоссальный. Никто не заметит, если я помогу паре десятков магов.

– Долго, рискованно, но шансы есть. Особенно если повязать их кровью или ментальной магией, – задумчиво сказала Ольга. – Что еще придумал твой консультант?

– Если я ничего не путаю, то именно канцелярия Черной Дюжины занимается новым оружием.

– Да, пережиток из времен, когда порох считали черной магией. Арсеналы опустели, заводы Ормандии потеряны, нам дали установку брать все, если купцы готовы ждать оплату. У меня уже сундук этих бумажек.

– Думаю, я могу снять с тебя эту тяжкую ношу. Предложу этим людям что-то за их ожидание.

– Будем обманывать купцов и отнимать у них золото? Отвратительно и низко! Мне нравится.

– Просто буду привлекать людей, которые помогут мне с восстановлением Иллирии. Ничего более.

– Хорошо, забирай сундук и пиши им ответы, я поставлю печать. Что еще?

– Даламар отправился в Лаций. Думаю, клир напуган и ищет сейчас выходы на всех. Этим тоже стоит воспользоваться, – озвучил я мысль Владислава.

– Проку от них мало, но если тебе это нужно, я устрою, – согласилась Ольга.

– Не мне. Но нужно.

Если все будет хорошо, то за «милосердие» Даламара и «покровительство» Ольги, я смогу купить пост Владиславу. Лишним точно не будет.

Мы еще полчаса обсуждали ситуацию, а потом я поспешил откланяться. Слишком уж часто Ольга стала намекать на позднее время и необходимость остаться на ночь, чтобы ей не было так страшно и одиноко.

Перспектива, конечно, интересная, но я люблю Луну. И не стоит добавлять в наши сложные лживые отношения с Бельской еще и постель.

«Но красотка же, не спорь. А какая грудь!», – мечтательно произнес Янус, когда я сел в «самоходку» Даламара. Ее и водителя-мага мне оставил хозяин. Маленькая помощь и персональный надсмотрщик.

Врал ли я Ольге?

Да, про свое происхождение. Планы я просто немного приукрасил.

Я был равнодушен к обоим принцам, не любил их одинаково. Карл и его люди сразу же взяли меня за горло – история с арестом, с экзаменом, разговор «по душам» с де Ратуа. Били и кнутом, и пряником.

Витольд напрямую враждебности ко мне не проявлял, но именно с его подачи заварилась каша на Иллирии. Он допустил убийство дяди и последующий «раздел наследства», чтобы потом взять верховного мага и его партию за горло. Путем интриг он отобрал власть у наследника престола. Но он не ожидал, что Карл будет готов расстаться с Иллирией ради власти, поэтому пропустил прямой удар в челюсть. И совершенно случайно, когда его брат отбыл в другой мир – даже звучит двусмысленно – подготовил у столицы армию.

Оба подонки. Но если начнут разбираться друг с другом, то зальют кровью сразу три мира. И этого я не хочу допустить.

Что до Мари… Я ей не верил. Едва мы упокоим Кадаверов, она либо заставит меня принести новую клятву, либо избавится, вероятно, чужими руками. Обещание отдать все работы по ментальной магии и отпустит с миром выглядят крайне сомнительно, если вспомнить про проект «Перерождение». Кто будет отказываться от такой власти?

Так что сейчас надо помочь вернуть разборки знати под ковер, предотвратить гражданскую войну, а потом решить вопрос с Кадаверами. В идеале, чтобы они убили друг друга, пока я стою в стороне.

Глава 18. Другие игроки

На усмирение Лация потребовалось меньше недели. Клирики, узнав, что к ним прибыла армия во главе с алмазным, быстро пошли на попятную, низложили действующего понтифика.

Даламар получил ключи от святого града, арестовал ключевых заговорщиков, оставил разбираться с проблемами нового наместника и шпиков.

Его армия разделилась на три неравные части. Половина отправилась в Ормандию, треть – в Катрон, оставшиеся вместе с генералом – в столицу.

В текущей ситуации это казалось странным, но вместе с генералом в Карлштадт возвращались лучшие бойцы из выживших в иллирийской мясорубке. Меньшая часть армии составляла половину ее силы.

Но еще раньше в столицу вернулся епископ Алькасар и попросил меня о встрече.

– Судя по твоему лицу, это не сулит мне ничего хорошего, – сказал я, смотря на мрачного Влада.

Мы сидели в кабинете дяди. Я устроился в кресле за рабочим столом, Владислав расположился напротив.