Рассвет Души Повелителя. Том 4 - Андрей Юрьевич Ткачев

Я почувствовал, как все взгляды снова устремились на меня. Патриарх и другие члены клана, вышедшие посмотреть на происходящее, выглядели шокированными.

— Но… но великий отшельник, — пробормотал патриарх. — Вы никогда в жизни не позволяли никому прикасаться к вашим свиткам. Была даже история, что наследник клана Цинь имел неосторожность взять ваш свиток, и вы убили его прямо на месте.

Я смахнул холодный пот со лба. Хорошо, что догадался не трогать свиток, как чувствовал, что это может быть опасно. Вот только в следующий миг старик сунул мне в руки один из своих свитков на глазах у всех.

Отшельник Вэй лишь молча усмехнулся, его глаза блестели от удовольствия, словно он наслаждался всеобщим замешательством.

— Ну, что стоишь, юнец? — проскрипел отшельник Вэй, прерывая мои размышления. — Пошли, у нас много работы. Девочку тоже с собой бери. Ах да, Чжун, не забудь выпустить Мэйхуа. Я, так уж и быть, не сравняю ваш клан с землей, но знаешь, как говорят, петух должен держать свой курятник в порядке. Так наведи наконец порядок, а то я могу и передумать.

С этими словами старик вальяжно пошел к своему домику, сцепив руки за спиной.

Я с Мэй на руках, Маркус и Фэй пошли за ним, по очереди оглядываясь. Готов поклясться, что слышал, как Патриарх поскрипывает зубами.

Когда мы вошли в дом отшельника Вэя, я почувствовал, как Мэй шевельнулась в моих руках. Её глаза на мгновение приоткрылись, и она посмотрела на меня с легким удивлением. Но прежде чем она успела что-либо сказать, её веки снова опустились, и девушка вновь погрузилась в беспамятство. Я ощутил тревожное колебание её Ци — энергия в её теле была нестабильной, словно бурная река, пытающаяся найти новое русло. Это заставляло ее лицо вздрагивать даже в бессознательном состоянии. Девушка хмурила брови, было ясно, что она испытывает боль.

— Эй, вы двое, — внезапно проскрипел отшельник Вэй, обращаясь к Фэй и Маркусу. — Выметайтесь отсюда. Мне не нужны лишние глаза и уши.

Фэй выглядела так, словно хотела возразить, но один взгляд на лицо отшельника заставил её передумать — противиться ему она никак не могла. Они с Маркусом неохотно вышли, бросив на меня обеспокоенные взгляды.

Я кивнул, дав понять, что все будет в порядке.

Как только дверь за ними закрылась, Вэй повернулся ко мне. Его глаза внимательно изучали Мэй, и я видел, как его брови нахмурились.

— Нужно изготовить пилюлю, — сказал он, почесывая бороду. — Я дам тебе рецепт и все необходимые ингредиенты. Сам бы сделал, да некогда — тем более мне это не слишком интересно, а ты, я думаю, ради своей знакомой постараешься.

Я кивнул, осторожно укладывая Мэй на небольшую кровать в углу комнаты.

— Что это за пилюля? — спросил я, поворачиваясь к отшельнику.

— Пилюля единения с морозной Ци, — спокойно ответил он, роясь в своей бездонной сумке и доставая оттуда различные травы и минералы. Тоже своего рода пространственный карман, вот только я слышал, что бездонные сумки давно уже никто не использует, так как стали появляться пространственные кольца как более удобный вариант. — Она поможет Духу и девочке существовать вместе в балансе. Но учти, усвоенный дух неизбежно изменит природу её Ци. Девчонке придётся изучать новые техники, да и старые будут действовать иначе. Разные эффекты как-никак.

Я удивленно поднял брови.

— Но как такое возможно?

Вэй усмехнулся, передавая мне свиток с рецептом и мешок, полный ингредиентов.

— В этом мире возможно такое, о чем ты помыслить не можешь. По сути, у девушки будет две стихии. Обычно только гениальные практики высоких ступеней могут использовать более одной стихии, но у неё будет иначе, благодаря духу внутри. Она даже сможет призывать фамильяра, если постарается, конечно. Все же в ней есть капля моей крови.

Я кивнул, принимая свиток и мешок. В этот момент краем глаза я заметил, как текст задания, который всё это время маячил в углу моего поля зрения, слегка изменился.

Похоже, техника виляет хвостом, адаптируясь под реальность, но я решил пока не обращать на это внимания. Других проблем хватало.

— Ну, чего ждёшь? — проворчал Вэй. — Приступай. И постарайся не напортачить, ты же не хочешь, чтобы твоя подруга померла из-за тебя? — ехидно добавил он под конец.

Я глубоко вздохнул и развернул свиток. Рецепт был сложным, гораздо сложнее всего, что я делал раньше. Но я чувствовал, что справлюсь. Просто был обязан.

Всю ночь я провёл за работой. Каждый шаг требовал полной концентрации. Я измельчал редкие травы, смешивал порошки, добавлял капли эссенций в строго определённом порядке. Алхимическое пламя под моим тиглем то разгоралось ярче, то почти гасло — всё зависело от этапа приготовления.

Несколько раз я чувствовал, что вот-вот ошибусь, но каждый раз мне удавалось вовремя исправить ситуацию. Пот градом катился по моему лицу, руки дрожали от усталости, но я не позволял себе отвлечься ни на секунду.

Наконец, когда первые лучи солнца начали пробиваться сквозь щели в ставнях, пилюля была готова. Я осторожно достал её — маленький шарик, переливающийся всеми оттенками синего и белого.

Только тогда я заметил, что отшельник Вэй всё это время внимательно наблюдал за моей работой.

— Занимательный тигль. Где-то я такой уже видел, правда, не вспомню где. Думаю, себе бы я тоже такой приобрел, но я могу смешивать ингредиенты без чего-то подобного, — пробормотал старик больше для себя, чем меня.

Он подошёл, взял пилюлю и внимательно осмотрел её.

— Хм, — пробурчал отшельник. — Неплохо для новичка. У тебя определённо есть талант к алхимии. Конечно, я бы сделал лучше, но и твой вариант сойдёт. Тем более и случай не самый сложный, да.

Я едва сдержал улыбку. Даже такая скупая похвала от отшельника стоила дороже горы духовных монет. И еще я уже понял, что не стоит его слова воспринимать вот так вот в лоб. Отшельник Вэй был куда более сложной личностью, чем можно было подумать.

Вэй вернул мне пилюлю, и я осторожно подошёл к Мэй. Её лицо было бледным, а дыхание — неровным. Я аккуратно приоткрыл её губы и вложил пилюлю ей в рот.

Эффект был почти мгновенным. Лицо Мэй порозовело, дыхание выровнялось, а Ци, которую я мог ощутить, успокоилась и начала плавно циркулировать по её телу. Теперь она выглядела просто спящей.

— Ну вот и всё, — сказал Вэй, возвращаясь к своему столу, заваленному свитками. — Можешь гордиться собой, юнец.

Я смотрел на Мэй, чувствуя огромное облегчение. Но в то же время я понимал, что это