Герои и Злодеи. Ники 2 - Ольга Смышляева

— Дело в том, Никола, что ты много значишь для Париса, больше, чем женщина может значить для мужчины, — засвистел его горячий шёпот. — Никогда не видел ничего подобного и вряд ли когда увижу! В тебе смысл его жизни, движущая сила каждого поступка, ради тебя он способен уничтожить человечество. Буквально. Ты его личная богиня.

Прозвучало пугающе. Воображение моментально подсуетилось нарисовать алтарь с моими фотографиями на стене, какой создают маньяки-преследователи или наёмные убийцы.

— Обойдёмся без высокопарных речей. Одна половина из них неправда, а вторая сильно преувеличена. Парис заинтересован во мне, не стану отрицать, но не более. Богинь слушаются, а мои слова для него пустой звук, факт проверенный. Я отказываюсь нести ответственность за его деяния, во имя чего бы он их не совершил. Так что давайте ближе к делу, господин Черинсайро. Чего ты задумал?

— План Б.

Под моим настороженным взглядом он разодрал подкладку своего пиджака, вынул на свет зелёную таблетку-капсулу и, зажав её между двумя пальцами, торжественно продемонстрировал. Если его план заключается в том, чтобы я отравила еду и преподнесла её нашему общему другу, то он крупно просчитался. "Унаследованные" от Сенсика гены, обостряющие все чувства, позволяют Парису на раз-два определять, что ему подсовывают. А гены Спектра, отвечающие за повышенную регенерацию, основательно урезают эффект любой отравы.

— Яд?

Гуру улыбнулся с безумной надеждой доведённого до крайности человека. В его бегающих глазках засверкали огоньки грядущей победы.

— Снотворное!

— Это уже вообще не серьёзно.

— Я не сказал, что оно для Париса. Народный Ангел непобедим в бою и неуязвим большую часть времени, его нельзя одолеть привычными методами. Пойми меня правильно, девочка, и не держи зла, но ты его единственное слабое место. Тот, кто завладеет тобой, завладеет им.

С этими словами он щелчком раздавил капсулу и растёр её содержимое по рукам. Зеленоватый гель тут же принялся испаряться, наполняя камеру сладковатым запахом герани. Убежать я не успела. Ноги подкосились, перед глазами поплыла дымка. Газ качественный: один вдох, и голосовые связки моментально перехватило спазмом, исключающим любую возможность позвать на помощь. Я не почувствовала, как упала на пол. Свет потускнел, стало тихо-тихо, а затем сознание окончательно провалилось в мир грёз.

***

Что-то сыплется?

Нет, это в моей голове шум. Во рту стоял привкус крови, глаза не желали открываться, тело сковывала беспомощная слабость. Несчастный кот Шрёдингера, что за гадость была в той зелёной капсуле?

Вдох и выдох, вдох и выдох. Чтобы унять зарождающуюся панику, попыталась успокоиться, словно всё это происходит не со мной, и принялась считать.

На цифре 749 стало немного легче. Мышцы начало отпускать, вернулись тактильные ощущения. Чуточку приободрившись, сразу же попыталась сориентироваться. Где бы я не находилась, это не бункер номер четыре — чересчур прохладно и пахнет не свежей выпечкой и дорогими коврами, а кирпичом, плесенью и старым подвалом. Получается, в отключке я провела далеко не пару минут.

Зрение вернулось последним и каких-то особых сюрпризов не открыло.

Комнатка, куда меня заботливо перенесли, оказалась маленькой и не уютной. Кроме двери, тусклой лампочки под потолком и вентиляционной решётки, откуда немилосердно сквозило, здесь больше ничего нет. И никого. Правила игры поменялись — теперь пленница я. Слава Провидению, мои похитители люди не шибко продуманные и щепетильные. Или же обычные исполнители на фрилансе. Бросили как попало, прямо на голый каменный пол, не связали рук и даже не обыскали. Последний факт принёс лучик надежды: в левом кармане джинсов я не без радости обнаружила свой маленький револьвер.

Села, скрестив ноги. Немного подташнивало и свербело в носу, а в остальном почти пришла в норму. Ладно, что дальше? Звать на помощь и барабанить по двери с криками "Выпустите!" — уверенная заявка на пресловутый титул неудачника десятилетия. Один такой у меня уже есть за разговор с Парисом в логове Барса, спасибо, достаточно. Перед встречей с похитителями стоит хоть немного собраться с силами и мыслями. Лучше бы, конечно, вообще с ними не встречаться. Гуру выразился предельно ясно: кто завладеет мной — завладеет Народным Ангелом. Значит, бедной Николе Райдо в лучшем случае уготована роль цепной зверушки, а в худшем — отдадут в руки Париса и повезёт если не по частям.

Просто класс, великолепно! Ловко коварный мерзавец Гуру провернул задумку, правдоподобно сыграл перепуганного борца за добро и справедливость, обманул как первоклассницу. Зря Ленд переживал, что втягивает меня в неприятности. Как видно, я сама неплохо с этим справляюсь. Где он, интересно? И где Юлиус с Константином, что с ними стало? Имея в запасе план со снотворным, Гуру не мог действовать в одиночку. Скорее всего, у него был и отслеживающий маячок, и сообщник.

Немного оклемались и хватит, нужно выбираться и выбираться прямо сейчас.

Опираясь о стену, с усилием поднялась на ноги и первым же делом подошла к двери. Чуда не случилось — заперто надёжно, снаружи и на засов. Петли капитальные, не прострелишь. Остаётся вентиляция под потолком — попробую пролезть в шахту, а там куда выведет. Хуже положения всяко не будет.

Щели между кирпичами в кладке стены — след неотвратимого старения — позволили легко добраться до решёток. Хватило дёрнуть посильнее, чтобы сорвать их с креплений. На пол посыпалась ветхая цементная крошка. Шума от неё немного, но лучше исходить из того факта, что меня услышали, и поторопиться.

Осторожно просунула в лаз голову. Тьма внутри кромешная и подсветить её нечем. Повезёт, если там не шастают крысы. Сделать они мне ничего не сделают, а напугают запросто. Когда ничего не видишь, в ужас приведёт даже собственная рука. Подтянулась и втиснулась в шахту. Плечи вошли свободно, жить будем. Главное теперь не думать, что делать, если проход сузится в самом неподходящем месте.

— Вперёд, Ники, — шёпотом подбодрила себя. — Ты справишься. Должна справиться. Лучший шанс сбежать уже вряд ли подвернётся.

Вентиляционный канал уводил вперёд и вверх. Воздух, гуляющий в нём, пропитался пылью; она забивалась в нос, вынуждая зажимать ноздри всякий раз, когда хотелось чихнуть. Представляю, сколько тут грязи! Здание старое, ещё кирпичное, а таких уже полвека не строят. Я ползла на ощупь, стараясь дышать размеренно и не глубоко. Чтобы отвлечься от натиска тесного пространства, вообразила себя отважной героиней из комиксов, для которой подобная прогулка обычное дело. Помогало не особо, но хоть так.

Я ползла и ползла в кромешной тьме, раз за разом натыкаясь на тупики и начиная терять терпение. Где здесь выход-то? Хоть