Мы вместе - Poly Аkova

мне светлое платье бежевого цвета. Вырез горловины совсем маленький и украшен крупными бусинами очень похожими на жемчуг, тоже бежевого цвета. Смотрится как коротенькие бусы на шее. Рукава длинные с какими то складочками на конце рукава в виде оборки. Подол длинны, как видимо все тут, в пол. И по подплу тоже складочки в виде оборочки. Рукава и само платье до талии по фигуре, подолже широкий. Славо богу подъюбников нет. И только так подумала- Арса мне подъюбник несет.

— Так подол к верху, — Говорит. — И давайте юбку нижнюю оденем. А то мне опять попадет.

— Попадет? — Удивляюсь.

— Ага. Я вчера то вам ее не надела. Мне попало за это.

— Тогда лучше одеть.

И правда подол смотриться намного шире, чем без нижней юбки. Да заметно кагда без нее. Гелла видимо заметила. И только про нее вспомнила, как дверь открывается и Гелла входит в комнату.

— Доброе утро моя родная! — Она обнимает меня улыбаясь. — Как спалось?

— Спасибо. Хорошо. — Отвечаю и добавляю. — Мама.

— Ну вот, совсем другое дело! — Говорит Гелла. — Не то что вчера.

И смотрит на Арсу. Та голову вниз опустила.

— Мама, — я касаюсь ее руки, — это я попросила не одевать нижнюю юбку. Не ругай Арсу.

— Ты? — Она накрыла мою руку своей. — Но почему?

— Я хотела побыстрей к вам выйти!

— Боже что я несу, — думаю. Но уж больно не хотелось чтоб девчушке из-за меня попадало.

Гелла улыбается: " Ну ладно."

— Давай садись. Я уже правда немного подзабыла как кудри то крутить. — И она касается своих коротких волос. — Но думаю получится.

И она усаживает меня на резное миниатюрное креслице. Разворачивает к стене, которая отъезжая в сторону открывает зеркало.

— Так, начнем. — И она проводит по моим еще влажным волосам руками.

Волосы сразу становятся сухими. Далее начинает накручивать прядки на пальцы и подкидывает к верху и вот уже локон взметнулся в воздухе. Вот бы у нас так! Пять секунд и вся голова в локонах!

— Ну вроде ничего вышло.

— Мама, ты волшебница! — Восхищаюсь я.

— Кто?

— Э.. — Я прикусила себе язык.

— Я магичка. И ты ей будешь. А это так, ерунда вообще. Мы вообще маги войны. Боевые маги!

И Гелла собирает мне волосы на затылке и они как то сами собой причудливо заплелись. Коса, не коса — какое то причудливое переплетение волос и в то же времы они почти все распущены. Какое то объемное плетение по всей длине волос. Смотриться красиво конечно.

— Так, Арса, — Гелла рассматривает свое творение, — давай ка цветы сюда добавим.

Арса тут же убегает и возвращается почти сразу же с цветами напоминающими розовые бутоны.

— Так эти темноваты. — Перебирает Гелла. — Эти совсем белые. Вот.

И она вынимает из букета несколько полураскрытых персикового оттенка цветов. Шипов, как у наших роз, на них нет.

— И запах отличный! — Говорит Гелла и подносит к моему лицу. — Понюхай. Правда отличный?

Я вдыхаю аромат цветов. Запаз просто обалденный! Такой прияный и нежный.

— Даа! — Отвечаю.

Гелла втыкает цветы мне в волосы. Получается словно веночек на голове.

— Ну вот. Отлично девочка моя. А теперь пойдем. Завтрак уже должны были подать.

Арса кланяется и уходит. А мы идем в столовую.

14

Стол сервирован на двоих. На этот раз мне, как и Гелле, помогает сесть за стол слуга. Девушки снова приносят напитки и еду. Некоторая стои уже на столе. А, ясно, это горячие блюда принесли. Потому как на столе стоят какие то салаты и какое то желе разных расцветок.

— Ты какой мусс будешь? — Спрашивает Гелла.

— Как всегда. — Отвечаю и не знаю что именно брать.

Пока я сидела в раздумьи — девушка двигает ко мне чашку с розовым желе. Гелла улыбается.

— Я рада, что ты осталась верна своему любимому. Грибному.

Я чуть ложку не выронила. Грибной? Вот этот, розовый? Надеюсь он на вкус не очент противный. Я погружаю маленькую ложку в желе и осторожно пробую его. Странно. Грибами и не пахнет! Желе просто тает во рту. И вкус у него восхитительный. Он больше напоминает мне ягодый, чем грибной. Да, странные здесь грибы. И я с убовольствием съедаю все желе. Девушки убирают чашку и снимают большую крышку с подноса. Там… Яичница! Глазунья! О, моя любимая.

— Тебе с чем подать, — снова спрашивает Гелла, — тоже, как ты любишь?

— Конечно! — Улыбаюсь в ответ я.

И мне на тарелку вместе с глазуньей ложат маленькие какие то соцветия. Как наша цветная капуста, только ораньжевые. М-да. Ну, что ж придется есть. Пробую. И точно- как наша цветная капуста. Вкус точь точь такой же. А Гелла смотрю себе какие то кусочки просит что б положили. Явно мясное что то. Ну что ж, ладно- завтрак будет легким.

После завтрака Гелла повела меня в гостинную. Там нас ждала видимо модистка. Стоило Гелле меня представить, как та раскланявшись принялась меня обмеривать.

— Так. Я думаю, что вот эти должны подойти. — И она что то сказала своей помощнице.

Та кивнула и уже через несколько секунд в комнате появились несколько вешалок на подставках. Платья там были во всю длинну. Снова открылось в стене зеркало и платья просто на подставках подвозили ко мне и смотрели какое лучше подойдет. Я разглядывала не только себя в зеркале, но и все и всех вокруг.

— Так какое лучше? — Спрашивает Гелла.

— Мне малиновое понравилось. — Отвечаю я.

— Да? — Гелла вздернула бровь.

Снова подкатили ко мне малиновое платье. У этого платья, в отличии от всех, рукава были какие то полупрозрачные и широкие. Низ рукава заканчивался широкой манжетой. Обычный круглый ворот. И на груди множество мелких воланчиков из того же материала что и рукава. Само же платье, из плотного малинового материала, облегающее фигуру до талии, расходилось к низу широким подолом. Тоже видимо рассчитанное на нижнюю юбку.

— А не темновато? — Гелла смотрит на мадистку.

— Надо отдать должное вкусу вашей дочери. — Говорит модистка. — Это лучший выбор!

— Ну, что ж- в этом ты и будешь вечером. — Гелла улыбается.

15

До обеда мы с Геллой гуляли в саду. Она рассказывала мне какая я, вернее Алесия, была в детстве. Маленький такой ураган, который все на своем пути сметал. А потом когда стала проявляться магия Алесия начала осторожничать. Старалась не носиться по дому как ураган и от этого частенько просто замирала на месте. Но вазы в доме биться не переставали. Если их не разбивала сама Алесия, то ее