Диктатор - CMD

— Да, генеральный инспектор.

— Будьте так любезны, сходите за профессором Снейпом.

Малфой шутливо помахал рукой Поттеру и с ухмылкой вышел. Пока Драко работал почтовой совой, Амбридж продолжала давить на Поттера, морально подготавливая его расколоться.

— Сейчас придет профессор, и вы во всем мне признаетесь и обо всем мне расскажете, Поттер. Обо всем-всем-всем. И о том, кто подговорил вас клеветать на уважаемого всеми Корнелиуса Фаджа; и об участии в контрминистерских интригах Дамблдора; и кто мне испортил коридор болотом; и за подброшенных нюхлеров; и за амбриджит… Я наконец наведу здесь порядок!!!

Прошло не так уж много времени, видимо Малфой не смог удержаться и дистанцию до кабинета зельеварения не прошел, а пробежал, как за дверью раздались шаги. В кабинет вошел слегка покрасневший Драко, а следом за ним — Снейп.

— Вы хотели видеть меня, директор? — вежливо спросил Снейп с выражением лица завзятого столичного театрала, оказавшегося в деревенской школе на постановке "Гамлета" окидывая взглядом "декорации" и "статистов". Нелюбимый Уизли бьется в руках Уоррингтона. Гойл душит Лонгботтома. Я держу Джинни. Миллисента с Панси, вдвоем — одну совершенно не сопротивляющуюся, стоящую с каким-то "это-все-равно-сон-и-к-тому-же-не-мой" отстраненным видом Лавгуд. Поттер и Гренйджер сидят в кресле под прицелом волшебной палочки Амбридж. Еще шестерка слизеринцев четвертого-шестого-седьмого курсов изображают массовку. Вроде бы классическая картина победы добра и разума над злом и тупостью, вот только, не показалось ли мне, что на секунду в глазах у декана Слизерина промелькнуло презрение, направленное на учеников своего факультета?

— Ах, профессор Снейп, вот и вы, — Амбридж широко и предельно лживо заулыбалась и встала из-за стола. — Да. Я хотела бы получить еще один флакон веритасерума. И, пожалуйста, как можно быстрее.

— Для прошлого допроса дружков Поттера вы забрали последний, — равнодушно глядя сквозь Амбридж ответил Снейп. — По моим подсчетам, он еще не должен быть использован полностью…

— Увы. Его не хватило…

— Я же говорил вам, что даже двух, в крайнем случае трех капель для школьника будет достаточно, — все так же смотря куда-то в сторону произнес Снейп.

Амбридж справедливость упрека поняла и покраснела от злости. Никто не любит, когда его тыкают носом в собственный непрофессионализм. Но сдержалась и не вспылила, только голос у нее стал особо вкрадчивым и слащавым, как бывало всегда, когда Амбридж испытывала чрезмерно сильные чувства.

— Вы ведь мастер-зелеьвар и можете приготовить еще, не так ли?

— Разумеется, — коротко согласился Снейп.

— И когда? Если поторопиться?

— У меня есть слегка модифицированный рецепт. Он чуть побыстрее обычного, но он не одобрен…

— Не волнуйтесь. От имени министерства я заранее разрешаю… — уверила Снейпа Амбридж.

— Тогда, понадобятся некоторые ингредиенты, часть их у меня есть, и немного моего времени. А также две трети лунного цикла, чтобы настоять зелье до готовности. Таким образом примерно через две декады, плюс-минус пара дней, вы…

— Двадцать дней? — завопила Амбридж. — Плюс-минус два дня? Вы издеваетесь, Снейп? Я только что поймала Поттера в своем камине, когда он вел переговоры с неустановленными личностями! Противниками Министерства, несомненно! Да оно мне нужно сегодня! Сейчас! Немедленно!

— В самом деле? — Снейп впервые позволил неким эмоциям проявиться на своем лице. — Что ж, ничего удивительного. Ни Поттер, ни его отец никогда не проявляли должного почтения к школьным правилам.

— Я должна его допросить! И я требую, чтобы вы предоставили мне зелье, которое заставит его признаться!

— Я же уже сказал вам, — все так же равнодушно повторил Снейп. "Вот у кого нужно учиться "жесткой верхней губе!" — с легкой завистью подумал я, — что не располагаю запасом веритасерума, так что ничем помочь не могу. У меня остались только яды. К сожалению, недостаток их использования при допросах заключается в том, что большинство действует неудобно быстро, почти не оставляя жертве времени на признание. Так что если вы хотите отравить Поттера, уверяю, в этом я вас поддержал бы целиком и полностью… Нет? Жаль…

— Да как вы смеете? У вас же испытательный срок! — повысила голос Амбридж, на что Снейп лишь слегка поднял бровь, все так же отстраненно посмотрев на нее. — А это — преднамеренное неоказание помощи! Вон! Пошли вон из моего кабинета!

Снейп вежливо поклонился, развернулся и пошел к двери.

— Он схватил Бродягу! Он схватил Бродягу там, где это прячут! — внезапно закричал Поттер в спину нелюбимому учителю.

Снейп, уже занеся руку над дверной ручкой кабинета, замер.

— Бродяга? — всполошилась Амбридж, переводя подозрительный взгляд с одного на другого. — Какой такой "Бродяга"? Где прячут "что"? Снейп, о чем он?

Профессор зельеварения развернулся к Амбридж. Лицо у него было абсолютно бесстрастно.

— Понятия не имею, — холодно ответил Снейп. — Поттер, у меня никогда не было желания слушать ваши бессвязные вопли, призванные лишь привлекать к вам внимание окружающих, — после чего развернулся к двери. — И да, Гойл, ослабьте, наконец, захват. Если Лонгботтом задохнется, начнется долгая бумажная волокита. Не нужная никому, в том числе и вам.

Глядя на закрывшуюся за спиной зельевара дверь Амбридж в крайнем раздражении ударила кулачком по столу.

— Так, — забормотала она и до побелевших пальцев сжала свою волшебную палочку. — Так. Яды… Нет… Так… Ладно… Мне не оставили выхода, да… Дамблдор… Снейп… Предатели… Нет. Тут уже не о школьной дисциплине речь! Тут вопрос безопасности самого Министерства!

Амбридж посмотрела на Мальчика-который-выжил-и-теперь-молчит и несколько неуверенно продолжила.

— Поттер, вы меня вынуждаете… Мне этого делать не хочется, — ходя туда-сюда перед стулом с гриффиндорцем, неуверенно продолжала рассуждать вслух врио директора Хогвартса. — Вы продолжаете молчать? Что ж… — кивнула она каким-то своим мыслям. — Иногда цель оправдывает средства. Не сомневаюсь, если Министр узнает, то поймет, что выбора у меня не было…

Я перевел взгляд с очень некрасиво сейчас выглядящей Амбридж на остальных. Малфой следил за Амбридж с жадным, нетерпеливым ожиданием какого-нибудь непотребства. Слизеринцы демонстрировали на лицах спектр выражений от скуки до злобной радости. Уизли бесился, Лавгуд все так же была не здесь, Лонгботтом глубоко и хрипло дышал, Поттер с Грейнджер были испуганы, а выражения лица Джинни мне, по понятным причинам, видно не было.

— Круциатус развяжет вам язык!

Глава 58. Хочешь,