За огненной чертой - Андрей Федорович Юденков

В период с 24 мая по 1 июня противник захватил треть территории, которую занимали войска Белова и партизаны в районе Дорогобужа.

По замыслу Верховного Главного Командования Красной Армии группа войск генерала Белова была заброшена в тыл врага в конце января 1942 года, чтобы нанести удар по Вязьме с тыла и вместе с войсками генерала Ефремова овладеть городом. Замысел был смелым. Немецкие генералы уже после войны утверждали, что в начале 1942 года они потеряли всякую надежду избежать окружения, и удивляются, почему наши войска не перерезали единственный путь снабжения 4-й немецкой армии под командованием фельдмаршала фон Клюге — Варшавское шоссе.

В этих боях корпус Белова понес значительные потери. Во всех пяти кавалерийских дивизиях вместе с 250-м воздушнодесантным полком насчитывалось не более 6000 человек, из них до 1500 раненых. Пополнять свои войска за счет партизан и местного населения Белов вначале не решался. 

В то же время партизаны надежно прикрывали тылы и фланги его корпуса. 7 февраля П. А. Белов сообщал в штаб фронта:

«Различные группировки противника, имеющиеся в моем тылу и флангах, — это меня не беспокоит. Для охраны тыла используются партизаны».

Позднее с помощью партизан генерал Белов провел в тылу врага мобилизацию и значительно пополнил свои поредевшие части. На территории, занятой нашим полком, также была проведена мобилизация, и мы направили в распоряжение штаба Белова до тысячи человек.

К началу июня 1942 года группа войск генерала Белова вместе с партизанами насчитывала около тысяч бойцов.

Это была грозная сила, и враг понимал, что сломить ее будет нелегко. Не случайно гитлеровское командование для проведения этой операции вынуждено было снять с фронта два армейских корпуса. О размахе предпринятого противником наступления свидетельствует следующее заявление немецкого генерала Курта Типпельскирха, сделанное уже после войны:

«В тылу немецких армий русские планомерно вели партизанскую войну. Особенно беспокоящие очаги партизанского движения находились юго-восточнее Смоленска и по обе стороны Вязьмы. Для борьбы с ними в мае пришлось даже снять с фронта два армейских корпуса в составе нескольких пехотных и одной танковой дивизий. Русский генерал Белов имел в одном лишь районе Ельни 20 тысяч человек, которые постоянно угрожали коммуникациям 4-й армии. Хотя в результате дальнейших операций удалось постепенно сузить большие партизанские области, находившиеся непосредственно за линией фронта, но все же приходилось все время для борьбы с партизанами снимать с фронта боевые части».

По свидетельству генерала Белова, всю весну и в начале лета 1942 года группа его войск ожидала наступления нашей 50-й армии, действовавшей в районе Спас-Деменска. Но наступление так и не состоялось: часть войск из состава армии была направлена в район Харькова.

Зимой и весной 1942 года не немцы нападали на нас, а мы на них. Но в конце мая и начале июня противник обрушил на группу войск генерала П. А. Белова и на партизан огромную силу. Первый удар был нанесен 24 мая в районе Дорогобужа. Беловцы и партизаны упорно отбивались.

5 июня Белов получил у командования фронта разрешение выйти с оккупированной территории на соединение с войсками фронта и решил прорываться через территорию, занимаемую полком имени Сергея Лазо. Это решение сам Белов объяснял так:

«Здесь противник был слабый, а южнее находился район, контролируемый подчиненным группе 5-м партизанским полком имени Лазо. По этому варианту быстрыми темпами мы должны были пройти через лесной район 5-го партизанского полка и, перейдя Варшавское шоссе, соединиться с нашей 10-й армией в районе Кирова. Этот вариант давал нам возможность избежать боя с крупными силами противника, пользоваться поддержкой партизан как близ Ельни, так и на подходе к Кирову».

После многодневных кровопролитных боев корпус генерала Белова начал отход в район расположения нашего полка. Прямой связи с Беловым у нас не было, и мы сносились только через штаб Западного фронта. 7 июня ему сообщили нашу радиограмму:

«Белову. Передаем донесение Казубского, Юденкова.

Перед фронтом полка противник сконцентрировал до 50 танков и большое количество пехоты. По показаниям пленного, принадлежащего I ПТМ штабной роты дополнительного батальона, 406 ПП, 403 ПД 7 июня ожидаю крупного наступления».

Однако наше сообщение о скоплении в районе действий полка Лазо крупных сил противника уже не могло остановить двинувшиеся на прорыв части генерала Белова.

Проход основных сил группы был осуществлен между Ельней и железнодорожной станцией Глинка. В ночь на 9 июня передовые отряды войск Белова вышли к большаку Ельня — Смоленск в районе деревень Берники, Нивки, Быки, то есть километрах в пятнадцати западнее Ельни.

Еще накануне, 8 июня, наш радист Спиридонович принял телеграмму от генерала Белова, посланную им через штаб фронта:

«Командиру 5 партизанского полка 7 июня с. г. 13 часов 30 минут.

В ночь на 8 и 9.6.42 г. главные силы группы прорываются ваш район направлении ст. Глинка, Соловеньки, Шатьково. Примите меры содействия особенно сторону Ельни и Балтутино.

Белов. Щелоковский».

Чтобы выполнить требование командующего фронтом и генерала Белова и обеспечить проход войск в наш район, необходимо было занять деревню Быки и разминировать ближайшие минные поля.

Получив телеграмму, Казубский, Зыков и я немедленно выехали в штаб 3-го батальона, находившийся в деревне Щербино, чтобы лично поставить боевую задачу. Командир батальона Яков Семкин и комиссар Григорий Ратников поручили захватить деревню Быки старшему лейтенанту Федору Пялову. Атака была назначена в ночь на 9 июня. В батальоне остался заместитель командира полка Зыков, чтобы руководить операцией, а мы с Казубским выехали в штаб полка, так как гитлеровцы начали теснить наши подразделения с других направлений.

С этого памятного дня вплоть до 17 июня мы ни днем ни ночью не знали покоя. Усталые, закопченные, в изорванной одежде, с воспаленными глазами и лицами, партизаны непрерывно вели бои. Невероятно тяжело было всем, от командира полка до ездовых и связных.

Конные полки генерала Белова заняли Берники, Нивки и начали наступать на Быки. Однако гарнизон деревни был наготове и встретил наступавших шквальным огнем. Врагу удалось отбить две атаки беловцев. В этот момент с тыла неожиданно для фашистов налетел отряд Федора Пялова. Ему удалось выбить противника прямо под клинки гвардейцев-конников. В несколько минут все было кончено. Лавина войск и партизан под покровом ночи двинулась в район, занятый нашим полком.

В бою за деревню Быки партизаны почти не имели потерь, а оборонявшие ее фашисты были