Гниль - Макс Вальтер

— Хватит! — рявкнул Игорь. — Продолжать огонь!

И бойня продолжилась.

Ещё один залп КПВТ — и правый фланг орды превратился в месиво. Ноги, оторванные по самый пах, валялись на асфальте, как обрубки брёвен. Кишечник, размотанный на несколько метров, свисал с фонарного столба, куда его забросило взрывной волной от брошенной в самую гущу гранаты. Чья-то челюсть, вырванная вместе с языком, шлёпнулась на капот джипа и медленно сползла вниз, оставляя слизистый след.

Воздух стал густым от порохового дыма и испарений гниющей плоти. Казалось, даже дышать стало труднее. Некоторые бойцы натягивали на лица тряпки, пропитанные водой, но это почти не помогало. Вонь пропитывала всё: одежду, волосы, кожу.

А Марго всё визжала и хлопала в ладоши.

— Давай! Мочи их! — кричала она, и её голос перекрывал даже грохот пулемётов. — В фарш! В говно! В пыль!

Шуко выпустил последнюю ленту и откинулся на турели, тяжело дыша. Его лицо побагровело от избытка адреналина, который всё ещё отражался во взгляде.

— Еба-а-ать… — выдохнул он. — Кажется, я в трусы кончил.

Орда продолжала наступать. Несмотря на чудовищные потери, она всё шла и шла. Задние ряды переступали через ошмётки трупов, спотыкались о конечности, но не останавливались.

— Босс! — Квадрат указал вглубь орды. — Оно движется! Альфа! Он идёт сюда!

Игорь всмотрелся в дым. Там, за рядами мертвецов, действительно что-то двигалось. Огромное, бесформенное, переваливающееся через груды трупов. Оно было размером с грузовик, и собрано из спрессованной, сросшейся, перекрученной плоти. Десятки рук и ног торчали из него под неестественными углами. Десятки глаз смотрели в разные стороны. Десятки ртов открывались и закрывались, шепча что-то неразборчивое.

— Ебать… — выдохнул Шуко. — Это чё за хуйня?

— Это он, — прошипел Долбоёб и хищно оскалился. — Другой альфа.

— И как нам его убить? — спросила Марго.

— Понятия не имею, — ответил Игорь. — Но мы попробуем. Все стволы на тварь! Огонь!

И вдруг пулемёты захлебнулись. Сначала замолчал КПВТ на головном БТРе. Последняя лента ушла в орду, и ствол затих, раскалённый докрасна. Через секунду следом за ним умолк второй.

— У меня всё! — крикнул Шуко. — Пусто! Можем теперь только из хуя стрелять!

Тишина, наступившая после грохота, казалась оглушительной. В ушах звенело, в воздухе висел густой пороховой дым, смешанный с вонью гнилого мяса. И в этой тишине стал слышен новый звук: влажное, чавкающее шлёпанье ползущего альфы.

Огромная бесформенная масса переваливалась через горы трупов, и то, что осталось от убитых мертвецов, становилось её частью: оторванные руки, ноги, головы, обломки позвоночников. Всё это втягивалось в тело твари, как в чёрную дыру. Плоть срасталась с плотью, кости вплавлялись в кости, и с каждой секундой Альфа становился больше и отвратительнее. Он рос, раздувался, поглощая павших, как губка впитывает воду. Ещё недавно он был размером с грузовик, а теперь уже с автобус. Ещё спустя какое-то время — с двухэтажный дом.

— Ебать… — выдохнул Шуко. — Ебать-ебать-ебать…

— Кого ебать⁈ — возмутилась Марго. — У этой твари хуй с тебя ростом.

Грек, сидевший за рулём пикапа, смотрел на приближающуюся тварь расширенными глазами. Его лицо побелело как мел.

Когда в альфу втянулся очередной кусок гнилой плоти величиной с половину человека, нервы гопника не выдержали.

— Да я в рот ебал такие именины! — фальцетом завизжал он, вывалился из пикапа и рванул прочь, спотыкаясь и падая.

— Грек, сука, стоять! — рявкнул Квадрат, но тот уже исчез в темноте.

— Ссыкло ебаное, — презрительно сплюнула Марго.

Шуко тоже был близок к панике, но держался. Он спрыгнул с грузовика и заметался между машин, размахивая руками.

— Это какой-то пиздец! — орал он. — Мы ж тут все сдохнем! Босс, сделай что-нибудь! Бо-о-осс!

Игорь молчал, глядя на альфу. Лицо было спокойным, но в мозгу шла напряжённая работа. Он просчитывал варианты, и пока ему не нравился ни один.

Квадрат молча стоял рядом, но его взгляд метался от босса к твари и обратно. Он ждал приказа и верил, что босс что-то придумает. Ведь он всегда придумывал.

Армия нервничала. Бойцы, подчиняясь приказу, открыли беспорядочный огонь из автоматов и пистолетов, но пули уходили в тело альфы, как в болото, исчезая там без следа и какого-либо эффекта. Тварь даже не замедлялась. Она впитывала свинец так же, как плоть мертвецов.

— Бесполезно! — крикнул кто-то. — Ему просто похуй!

— Заткнись и стреляй! — отозвался другой.

Мат стоял такой, что уши вяли. Бойцы крыли альфу, свою судьбу, Господина, Купца и весь этот ёбаный апокалипсис. Кто-то молился, но так, что молитва звучала как ругательство.

Один из бойцов, молодой парень, тот самый, что когда-то шутил про Марго, наконец не выдержал. Его лицо исказилось, глаза обезумели. Он выронил автомат и бросился бежать, не выбирая направления, лишь бы подальше от этой твари.

Однако он успел сделать всего пару шагов. На третьем Квадрат, не оборачиваясь, сжал кулак. Парень схватился за сердце, захрипел и рухнул лицом в асфальт. Его тело вздрогнуло и затихло.

— Ещё кто дёрнется — будет иметь дело с Марго, — произнёс Квадрат.

Строй замер. Бежать больше никто не пытался. Все знали: Квадрат не шутит. А как шутит Марго… Нет уж, лучше сдохнуть от пули, чем от того, что могла сделать богиня.

Сама богиня стояла у пикапа и, прислонившись к борту, курила. На её лице играла лёгкая, почти мечтательная улыбка. Она смотрела на приближающегося альфу с таким выражением, с каким смотрят на красивый закат или на интересный фильм.

— Ну и громадина, — произнесла она, выпуская дым. — Таким бы ебальничком — да коньячку хлебануть!

Гнида под пикапом тихо скулил и молился всем богам, которых знал. Даже тем, которых не знал. Ну так, на всякий случай. К слову, Марго почему-то в их рядах не оказалось.

Альфа был уже в трёхстах метрах. Его туша возвышалась почти до третьего этажа. Сотни рук, торчащих из него, хватали воздух, бесконечное количество глаз вращалось в разные стороны, а рваные рты что-то шептали. И этот шёпот складывался в низкий, вибрирующий гул, от которого дрожали кости черепа.

И только Долбоёб был совершенно спокоен. В его глазах не было ни страха, ни ненависти, лишь холодный интерес. Так хирург изучает опухоль перед операцией. Или мясник оценивает тушу.

Ветер снова донёс запах альфы: гнилостный, сладковатый, с химической примесью. Долбоёб втянул его ноздрями и удовлетворённо кивнул, будто узнал то, что искал.

— Ты что-то понял? — спросил Игорь, заметив его реакцию.

— Да, — прошипел мертвяк. — У него есть ядро. Внутри. Маленькое. Живое. Всё остальное — мясо.

— Сможешь до него добраться?

— Ебу? — Долбоёб пожал плечами. — Много мяса.

Он повернул голову и посмотрел на