Два мира. Том 3 - Василёв Виктор

– Кадаверы вас спасли?

– Верно. Использовали свои связи, чтобы вытащить мой род из бездны. Отец нарушил все обычаи Кадаверов и передал мне исследования о некромантии.

– Октавий знал об этом?

– Да, только он. Отец признался сыну, и они оба спасали нас. Думаю, брат хотел вырастить из де Ратуа верных союзников, но произошло то, что произошло.

– Думаю, если бы Валериа узнала об этом…

– Она не простила бы мужу измену, сыну укрывательство. А за передачу священных знаний законы некромантов определяли участь хуже смерти. Поэтому в том подземелье он ничего тебе не рассказал, ограничился туманными намеками. Даже когда он пришел к вам во сне, не рискнул сказать всего. И его страх оказался оправдан.

Я вопросительно посмотрел на баронессу.

– Когда я использовала Жемчужину, все личи это почувствовали, даже высшие. О дальнейших событиях Октавий рассказал кратко. Его отец допустил оговорку, мать сложила все куски головоломки. Сначала она взяла под контроль мужа, а потом напала на сына. Он дал ей бой, но сразу же ушел в глухую оборону. Пока она ломала его щиты, Октавий нашел меня, построил тропу и передал сообщение.

Я прикрыл лицо ладонью и прошептал ряд проклятий в адрес мертвой части чокнутого семейства.

– Значит Октавий сейчас…

– Да, тоже под контролем. Теперь у сумасшедшей герцогини есть не только все артефакты и знания Кадаверов, но и два лича. И нам придется с ними разбираться.

«Очевидно, она не оговорилась», – мрачно подумал я.

В кабинете повисла вязкая неприятна тишина.

– Я боюсь жену моего отца, – наконец-то медленно сказала Мари. – Даже Антоний, череп которого покоится в этом ларце, пугает меня меньше. Его безумие имело направление и границы, если можно так выразиться. Герцогиня никаких ограничений не имеет. Ее необходимо уничтожить. А моему отцу и брату дать покой.

– Это прекрасно, баронесса, но причем здесь я?

Бессмысленный вопрос, но утопающий хватается за соломинку.

– Ты не сможешь передать меня на обучения родственникам. Они убьют нас обоих. Клятва лишит тебя жизни через десять лет. В твоих интересах уничтожить Кадаверов, которые заключали с тобой сделку.

– Если у вас есть Жемчужина и мертвый легион…

– Карл забрал ее, едва битва закончилась. Большая часть легиона уничтожена, два лича достались мне, оставшаяся дюжина будет спрятана в одном из убежищ Карла на самый крайний случай.

– Неожиданно.

– Наоборот, весьма ожидаемо. После резни моя мать уничтожила все улики, но что-то осталось. Когда я поступила в университет, со мной связался Карл, ему требовался некромант, чтобы противостоять брату и твоему дяде. Так я попала в его свиту. По понятным причинам мне досталась роль фаворитки. К сожалению, Карл сразу обозначил рамки. Я играла его любовницу, но к себе он меня не допускал.

Судя по голосу, Мари действительно сожалела, что у нее не получилось завязать роман с наследником престола. Это ведь открывало такие возможности!

– Вы союзница принца, но он все равно вас опасается.

– Ты прекрасно знаешь эту роль, Маркус. Думаю, ты ее обожаешь, – Мари хищно улыбнулась.

Грязные беспочвенные намеки. Янус, хватит ржать!

– Итак, вы хотите, чтобы я помог вам окончательно похоронить род Кадавер.

– Верно. После их смерти с тебя спадут все клятвы. Ты будешь свободен. Более того, я честно поделюсь с тобой добычей: отдам все исследования по ментальной магии. Ты, как наследник Адриана Камета, имеешь на них полное право.

«Конечно, верим каждому слову!» – прошипел Янус.

– Судя по вашему голосу, это не все.

– Верно. Когда я получу сокровища Кадаверов, остальные будут считаться со мной, но до этого момента мне потребуется сила.

– Двух личей вам мало, ваша милость?

– После этой заварушки Карл боится некромантов, как и все королевство. Мое происхождение больше не тайна, поэтому пришлось поспешно покинуть Иллирию, – мрачно сказала Мари. – Мне необходимо доказать Карлу, что я не только приложение к Жемчужине и потенциальная угроза. Тогда многие лорды забудут, что у них есть претензии к Кадаверам.

Намек я понял. Баронессе пришлось спешно бежать с Иллирии, потому что остальные благородные хотели ее крови. Кто-то из мести за погибших, кто-то собирался уничтожить угрозу в зародыше.

– Голоса в совете?

– Верно. Де Ратуа, Бельские. Эта история позволит мне контролировать Нилеев.

– Можно подробней по поводу последних?

– Они понесли огромные потери. Из главной ветви выжила только Оливия, Хатшепсут и Омфис. Первая сильнее, но без мужа она не имеет прав на титул. Поэтому она решила устранить конкурентку. Теперь власть достанется Омфису, который под ее каблуком.

– Зачем тогда ментальная магия и нападение на меня?

– Никто не хочет делиться ручным герцогом. Оливия планировала подкупить кого-то из простецов, но тогда сложно свалить вину на тебя. Поэтому она обратилась к знакомому целителю, он повлиял на твоего подручного. Теперь на нем нет следов чужой ментальной магии, только твоя.

– Если помнить про интерес тайной службы…

– Верно. Но переживать по этому поводу не стоит. Эта история под моим контролем. И Оливия тоже. Но этого мало. Думаю, ты, как ученик Змея, сможешь склонить на свою сторону ван Нормайенов.

Видимо на моем лице что-то отразилось, поэтому Мари пояснила:

– Отказы не принимаются, Кайлас. Это необходимо для защиты и поддержки ребенка из рода Кадавер.

Когда она это сказала, шрамы на правой руке отозвались болью.

– Это все?

– Конечно нет, – в голосе баронессы лязгнул металл. – Где медальон, Кайлас? Где ключ от подземелья?

– В надежном месте. Отдам вам при первой возможности, – быстро сказал я.

– И не только его. Твоя тетушка прекрасно распоряжается финансами моей семьи. Пришло время платить проценты. Пока я дам тебе отсрочку, но через несколько месяцев мне потребуются миллионы.

Я никак не стал это комментировать, вместо этого спросил:

– После упокоения Кадаверов, вы предъявите права на герцогский титул?

– Ни в коем случае. В моих жилах течет их кровь, но я баронесса де Ратуа. Меня не интересуют земли некромантов.

– Только артефакты и знания.

– Да, артефакты и знания, которые я передам своим потомкам. Я обсуждала этот вопрос с Карлом, тогда он был не против династии ручных некромантов.

Интересно, сейчас его мнение изменилось?