«Если», 2007 № 01 - Дмитрий Николаевич Байкалов

Рек еще секунды две таращился на панель, вспоминая. Ходы? Вот они. Самый малый. Фару — на скафандр. Догоняющий, а не медленно кувыркающийся. Поравнялись. Кажется, она стала соображать: замедляет ход. Уравновесились. Где тут открытие люка? Ну? Ну? Ага: вот. Нажали.

— Рек!..

— Я же говорил: будет полный порядок.

— Я и не сомневалась.

51.

— Командующий, наш «коготь» в порядке и атакует «Неодолимый». Смотрите, куда он метит. На второй сфере ничего нет, кроме антенн. И честное слово, на его месте я сейчас открыл бы по ним огонь.

— Вы правы, командующий. Вот сейчас… да! Да! Черт, почему он перестал?

— По-моему, он делает попытку отвернуть. Испугался?

— Вы видите? Смотрите! Он покинул «коготь». Не понимаю. Если бы он еще направил машину на таран — но он и этого не стал делать.

— Просто струсил. Где же хваленые реданские качества? Плохой солдат.

— Интересно, он держит курс не на нас.

— Конечно. Ему была дана команда уничтожить «Ковчег». Нет, он не так плох, как мы с вами решили. Что?

— Докладывает СНО. Неопознанные люди на второй сфере!

— Симод! Постойте… Вот же они!

— Всем! Тревога! Противник на корпусе! Ставят мины!

— Всю подвахту — в скафандры! С оружием — на корпус! Отразить! Разрядить мины! Они уже уходят. Быстро! Через порт — все разом!

От порта до антенн — восемьдесят метров. Не успеть. Великий Адмирал Вселенной!..

Словно на спектакле первоклассного иллюзиониста: только что висел в пространстве громадный корабль. Вот тут, на этом самом месте. И вдруг — перестал быть. Не взорвался, не разломился, а просто исчез. Словно не реальный корабль то был, а наведенная иллюзия. И пяти с лишним тысяч человек словно никогда не существовало. И не обучали их, и денег за них не платили…

Ничего удивительного. Антенны «Покоряющего» подорвали сразу семью зарядами. И места выбрали с умом: равномерно распределили по всей обшивке боевого транспорта. После этого, конечно, удержать свою часть изолирующего поля атакованный корабль никак не мог. И, можно сказать, утонул в Просторе.

Так тихо, так неожиданно вдруг это произошло, что все, кто мог это увидеть, не сразу поняли, но и поняв — не поверили. Командующий Тустас даже рассердился:

— Капитан, ваша техника ни к черту не годится! Картинка пропала — в такой ситуации… Накажу!

И только в следующий миг понял, что видео тут ни при чем: когда громадину атак-транспорта вдруг так тряхнуло, что все, не закрепленное по-походному, посыпалось со звоном и грохотом.

Это пространство хлынуло во вдруг образовавшуюся брешь в полевой защите — под неимоверным давлением внешнего Простора. Волна вакуума налетела; теоретически — это вроде бы всего лишь пустое место, но на деле — совсем не так. И не менее минуты понадобилось, чтобы уравновесить «Неодолимый» в его пристранстве, чью оболочку он сам и генерировал.

— Капитан! Приношу извинения. И поздравляю. С победой!

— Ваша смелость, мои поздравления!

— Подрывники молодцы. Надеюсь, вернутся без новых потерь. Передайте на «Ковчег»: пусть побыстрее возьмет их на борт.

— «Ковчег» почему-то молчит…

— Повторяйте, пока не получите ответа.

52.

Ах, скотина!

Только что цель была рядом. Вин Сит уже собирался, приблизившись к «Ковчегу», опуститься на его обшивку, подойти к люку, вскрыть его импульсом из радиона и…

И ничего не получилось.

Подхватило, закрутило, понесло с неимоверной силой: его в одну сторону, «Ковчег», хотя и не так лихо — в другую, и даже громадный «Неодолимый» вдалеке, похоже, клюнул носом и как бы провалился — во всяком случае, так Вину показалось.

А «Покоряющий»?..

Что за идиотские шутки: его как-то и не видно. Может, я к нему спиной?.. Задать скафу медленное вращение вокруг большой оси. Странно. Ладно, вокруг малой… Не попадается на глаза. Что это за финт они придумали?

На самом деле он уже понял: корабля больше нет. Поединок выигран противником. И от всей армии Мадига остался, похоже, только он один.

Однако хороший солдат не должен терять самообладания даже в самой сумасшедшей обстановке.

Как это им удалось? Сейчас думать об этом некогда. Но и их корабль уже приговорен. Тобою самим. Ты сделал все, что мог. Теперь задача — сохранить остатки армии. Самого себя. Как? Не уничтожать «Ковчег». Но захватить. Он автономен в Просторе. В нем — спасение.

«Ковчег» никуда не девался. Просто теперь оказался примерно в двух кабельтовых. Ничего, даже для тихоходного скафа расстояние пустяковое. Добрался однажды — достану и еще раз.

Сходим с орбиты. Движок на полный, и — победа ждет!

Жаль, что доложить о ней будет некому.

Хотя это здесь некому. А в Нормали все будет прекрасно.

53.

— Рек, что это было? Шторм?

— Дай оглядеться… Не виден корабль противника. И судя по встряске… наверное, больше мы его и не увидим. Но кто-то направляется к нам. Незваный гость. Отойдем малым ходом подальше.

— Нас вызывают. Уже в третий раз, по-моему. Наверное, «Неодолимый». У тебя есть, что сказать им? Может, они хотят поздравить нас с воскрешением? Хотя вряд ли. Ага, понял. «Ковчег» ведь вывозил подрывников. Чтобы уничтожить нас с тобой, верно? Считается, что они задачу выполнили. И начальство хочет их подобрать. Кстати, где они?

— Посмотри по термоскопии. Сканируй. И по вертикали… Постой, что-то мелькнуло. Ого! Семь целей… Они самые. Подрывники.

— Тоже взяли курс на нас.

— Считают, что их с нетерпением ждут.

— А когда разберутся — станут штурмовать?

— Увидим. Нарь, где наша капсула?

— Думаю — где-то рядом с «Неодолимым». Я задала такой курс.

— Зачем?

— Ты можешь наконец выслушать меня? Сейчас у тебя есть время?

— Нет. Потому что… Тот одинокий скаф. Я подумал бы, что это Вин.

Но он — в «когте», близ «Неодолимого». Кто же?..

— Постой. Похоже, «коготь» не управляется. Просто дрейфует. Вряд ли Вин допустил бы такое.

— Значит, все-таки он. И… та семерка. Они настигают его. Пытаются окружить со всех сторон. Хотят захватить?

— Или уничтожить. Семь против одного — убедительное преимущество. Поможем ему?

— Думаешь?

— Думать должен ты. Это ведь твой давний друг…

«Да. Был. Но он, по сути дела, убил моего брата. Он не имел права вовлекать мальчишку в эти дела. Зору еще далеко было до солдатской зрелости. Мало того: он заставил брата сражаться с братом!»

Но вместо того, чтобы сказать это вслух, Рек произнес:

— Семь против одного, да. Но если это и вправду Вин, то… я не хотел бы оказаться в этой семерке. Видишь?..

Семь нашлемных фар вспыхнули разом. Там, где лучи их скрестились, высветился одинокий скафандр. Семеро ринулись на него.

— Главком Вселенной, — пробормотал