Не выпускайте Кракенова! - Сергей Сергеевич Орлов

Чувствую резкую колющую боль в правом боку… потом еще одну. Притягиваю нападавшего и со всей дури бью ему лбом в переносицу. Потом еще раз. И еще. Когда тело обмякло, отбрасываю его в сторону и прикасаюсь к боку…

— Вот урод…

И как он сумел сквозь защиту пыли пробиться⁈ Ответ приходит сам собой — на заряде пыли всего четырнадцать процентов. Да и те я использовал для атаки…

Потратил еще несколько процентов, чтобы налепить песочек на рану и остановить кровотечение. Быстро проверяю интерфейс — никаких сообщений о ранении критически важных органов. Значит, все в порядке. Деремся дальше.

Против меня остается двое парней в балаклавах. Остальные или без сознания, или стонут от боли.

Слева полыхнул огонь — это Орлов справился с последними противниками. Хотя нет… целая толпа сбежала от него и рванула вглубь ЖК. Вот же идиоты… они оттуда точно не выберутся.

— Сам справишься или помочь? — поинтересовался Григорий.

— Сам. Разберись с остальными.

На лице графа появилась улыбка. Наверное, доволен моим ответом, мол, настоящий воин растет. А может просто бутылочку крепкого где-то нашел и уже успел подбухнуть во время драки. Этот вариант тоже не будем исключать.

Двое парней кивнули друг другу и начали расходиться в стороны. У одного в руках была монтировка, а вот второй был с пылью. Правда, почему-то ею не пользовался.

Во время драки я заметил только одного водника, но он сейчас лежит в полнейшей отключке.

«Осьминог, ты можешь с этой болью чего-нибудь сделать? Концентрация сбивается»

«Могу отключить ее на секунд тридцать. Но есть риск перенапрячь организм, ты и так с моей силой с трудом справляешься…»

«Делай…»

Выдох… и боль в боку действительно исчезает. Теперь можно и помахаться.

Члены банды напали одновременно. Тот, который с монтировкой, целит мне в колено. Второй же пытается провести двоечку в голову. И почему эти движения мне показались такими знакомыми… стоп!

Делаю шаг назад, перехватываю монтировку и выдергиваю ее из рук подростка. Резкий удар и тот падает без сознания. Надеюсь, не пришиб, случайно…

Второй делает несколько шагов назад, затем встряхивается и снова встает в боевую стойку.

— Ты решил здесь наш спарринг повторить?

Тот на секунду завис, после чего выругался.

— Как ты понял⁈

— Движения и мешочки с фиолетовой полосой. Еще в школе их приметил.

Аке осмотрелся по сторонам. Он явно не понимал, что делать дальше. Ребята начинали приходить в себя, но план уже пошел через пятую точку. Попробуют пойти дальше — нарвутся на прибывшую полицию. А если и Кейла отправила отряд, то все, пиши пропало.

Наконец главарь волков опустил руки и гордо выпрямился.

— Почему ты принял их сторону? Я думал, что ты свой пацан…

— Если ты под выражением «свой пацан» понимаешь нападение на беззащитных, то наш с тобой конфликт только начинается. Чего вы хотели этим добиться? Покошмарить таких же работяг, которые едва сводят концы с концами⁈ И чем это поможет вашему Тимофею?

— Ты не понимаешь! Если Императрица не может защитить средний класс, то рано или поздно они восстанут против нее!

— Или начнут отлавливать вас по одиночке и вершить самосуд. Ты куда вообще детей пригнал, идиот⁈ Одно дело — ваши мордобои в подвальном помещении, и совсем другое прямое — столкновение с владельцами пыли! Скажи спасибо, что граф считает вас всего лишь сбившимися с пути подростками. Иначе поубивал бы здесь всех и никто бы ему и слова не сказал.

— Эти парни сами выбрали свой путь!

— Парни?

Я подошел к тому, которого вырубил последним и снял балаклаву. И там был какой-то мужик за тридцать. И судя по ошарашенному лицу Аке, он понятия не имел кто это вообще такой.

— Кого ты здесь знаешь? Волки вообще участвовали в сегодняшнем нападении?

— Я… я…

«Головка от… заканчивай с ним, сейчас боль начнет возвращаться!»

Сирены начали звучать громче.

— Вали отсюда, — неожиданно даже для себя сказал я.

— Ч-чего?

— Мне кажется, что ты сам еще не понял, куда именно влип. Потом сочтемся.

Аке сделал несколько неуверенных шагов назад, а потом бросился со всех ног. На этом их неудачное нападение было окончено.

Оповещения мигали красным. Вики, Мирра и Аня отчаянно написывали, пытаясь выяснить, все ли со мной в порядке. Написал, что скоро буду, а то у них хватит ума броситься на мои поиски.

Всех, кто приходил в себя после боя на пляже, арестовали. Ну как всех… как минимум четверо смогли подняться на ноги и свалить за Аке. Но меня это не особо беспокоило. Задержаний сегодня будет и так достаточно.

— Процедуру знаешь? — деловито спросил молодой Целитель, обработавший мои раны. — День без серьезных физических нагрузок.

Белоснежная пыль оказалось Целительской. Большая ее часть находится на балансе государства и передается больницам. Врачи используют ее во время выездов и иногда (если пациенту не требуется госпитализация), оставляют во временное владение. Само собой, данные пациента будут полностью скопированы, так что украсть целительскую пыль не получится.

— Рана же пустяковая? Через пару часов затянется.

— А ты уже в октагон собрался, что-ли? — поинтересовался парень. — Нет уж, береженного бог бережет. Так что давай без приключений. Завтра снимешь пыль и сдашь ее в ближайшей больнице. И не задерживай, пожалуйста, у нас ее не так уж и много.

— Хорошо, спасибо.

Когда Целитель ушел, я расположился на ступеньке подорванного дома. Полиция опрашивала свидетелей и уводила задержанных. Последних, к слову, было не меньше ста человек. Из которых только семеро оказались подростками. Их держали в стороне от остальных и не давали ни с кем общаться.

Орлов словно поймал свою стихию. Он разговаривал с полицейскими, помогал раненым, даже помог разгрести один завал, чтобы достать оттуда ошалевшего от происходящего кота. Впрочем, животное довольно быстро пришло в себя — кошачьи вкусняшки творят настоящие чудеса.

Пока ждал, когда Григорий разберется со всем и даст следующие указания, обратил внимание на подростков. Особенно на двоих близнецов, старавшихся держаться обособленно. И если эти пятеро гордо ждали своей участи, то парень с девочкой с ума сходили от страха.

По опыту полицейской работы могу сказать, что они точно не выглядели как отбитые гопники. Вот остальные подростки — да. Но эти…

Я поднялся со ступеньки и направился к подросткам. Один из полицейских хотел дернуться в мою