Отход - Инди Видум

— Давайте завтра решим, — предложила Наташа. — Я прикину вероятности. И с местью, и с отравлением.

— Хорошо, — легко согласился Валерон. — Но я утром туда рано убегаю и слежу. Если что — прыгаю по метке и сразу вас предупреждаю. А теперь смотрим нашу компенсацию с трупа.

Он выплюнул сразу все, что мы достали из захоронок. Честно говоря, металлический контейнер я сразу отодвинул от Наташи подальше: хоть он и не вонял, но я-то помню, откуда его доставали. Его продезинфицировать надо, а уже потом смотреть. Да и смысл смотреть, если мы знаем, что там фальшивые документы?

В других захоронках бумаги если и были, то только в виде банкнот и векселей. Последние были на предъявителя, что неудивительно: при таком роде деятельности, как у покойного, не было гарантии, что не придется подаваться в бега и срочно менять имя-фамилию. А здесь пришел, обналичил — и ты счастливый обладатель пачки хрустящих бумажек. В общей сложности наличные и векселя собрались на сумму почти полмиллиона.

— А неплохо так зарабатывают наемные убийцы, — задумчиво сказал Валерон.

И задумался он наверняка не о том, как вступить на этот путь, а о том, что будет стоять до последнего за вариант, когда вычисляем всех и всех ликвидируем.

— Может, у него общак был? — предположил я, чтобы немного охладить энтузиазм помощника.

— Э, нет. Тогда бы эти типы в доме ругались бы очень и очень по поводу того, что их кинули, — возразил Валерон. — Так что это — его доля, нажитая неправедным путем.

Среди добычи оказалось очень много разнообразных артефактов, судя по всему — дорогих и качественных. Назначение некоторых осталось для нас загадкой — с ними еще предстоит разбираться. Зато Наташа сразу выявила назначение пяти перстней — артефактные определители ядов. Причем несколько вариантов — видно, на разные типы. Алхимия представлена была очень скудно и в основном как раз теми самыми ядами, которые должны были выявлять артефакты, и противоядиями к ним. Пакет с ними был самым объемным и самым ненужным. Разве что противоядия? Но как раз их был самый минимум.

Кристаллов не было никаких — видно сразу на себя тратил, а не считал способом сохранения капитала. Зато нашелся золотой, серебряный и платиновый лом и отдельно — драгоценные камни. Похоже, что-то приметное было, иначе точно бы в изделиях оставил — они занимают больше места, но и стоят куда дороже. Или же здесь стояла задача подготовить для быстрой реализации.

— Наташ, на этих камнях есть отпечатки ауры бывших владельцев?

Она подержала в руках сначала камни, потом комки металла и ответила:

— Я не чувствую. Просто металл и просто камни. Возможно, уходит при разрушении изделия?

А вот и еще одна причина, по которой бандит мог превратить это все в лом. Но для меня так даже еще и лучше. Сапфиров здесь как раз на набор, а они замечательно оттенят глаза моей супруги.

Глава 20

Валерону купель придала столько сил, что он после купания решил, что в отдыхе не нуждается, и собрался шпионить дальше. Я спохватился, что активированная охранная система его не пустит, на что он заявил, что в нее стоит внести дополнение, позволявшее ему сюда проникать. Я пообещал подумать, но завтра. Потому что сегодня — все. Я слишком устал, и даже купель Макоши меня вряд ли взбодрит, поэтому я решил ее протестировать утром и пошел спать. Ухнул в сон сразу, и снилась мне всю ночь всякая дичь с покушавшимися на меня бандитами с черными солнцами во лбах, поэтому утром я поднялся злой и невыспавшийся.

Решил попытаться поднять настроение в купели. И это удалось. Какой-то час — и я уже полон сил и бодр. Осталось позавтракать и можно выдвигаться на приключения. Мысль о том, что можно пройтись по магазинчикам, продающим ингредиенты из других зон, не давала покоя и требовала проверить. До завтрака я успел даже маршрут составить, а за завтраком спросил у Наташи:

— Тебе нужно что-то купить? В Верх-Ирети у нас было слишком мало денег. Сейчас можно потратить куда больше.

— А смысл? — удивилась она. — Мы едем в зону, для зоны одежда у меня есть. Когда вернемся, и мода изменится, и я могу еще подрасти. И получится, что новое платье пойдет на выброс. Если бы мы куда-то ходили, это одно дело, а мы скоро уезжаем. До отъезда имеющегося мне хватит.

Похоже, на нее еще влияет воспитание Куликовых и донашивание ранее чужих платьев, поэтому несколько новых кажутся чем-то расточительным. В чем-то она права: мы скоро уедем, а мода имеет обыкновение меняться. Так что это в самом деле имеет смысл перенести этот вопрос на время, но не убирать с повестки дня.

— Как бы сказал Валерон: «Довод». Все же подумай, вдруг тебе срочно что-то надо.

— Хорошо, подумаю.

Сразу после завтрака уехать не удалось, потому что Наташа собрала нашу немногочисленную прислугу и сообщила, что в результате изменившихся обстоятельств у работающих в доме осталось два варианта: либо дать мне клятву верности, либо собирать вещи. Я ожидал недовольства, но все трое обрадовались. Похоже, для них это была как раз гарантия определенности, а не пожизненное рабство, как представлялось мне. Я бы точно не согласился никому давать клятву верности, мне божественной печати по уши хватает.

Приняв клятвы у всех троих, я наконец выбрался из дома. Первым делом заехал за пирогами для Валерона. Мы договорились, что буду их оставлять в гараже, в дальней его части, отгороженной, поскольку лошадь у Валерона доверия не вызывала. Он почему-то был уверен, что она непременно доберется до его еды и сожрет, даже если та будет целиком из мяса.

После того как я загрузил пакеты с пирогами, поехал в ближайший крупный книжный магазин, опасаясь, что тот окажется целиком заполнен художественными книгами. Жизнь в столице резко отличалась от жизни в приграничье с зоной. Здесь искажения открывались не чаще раза в три-четыре года, поэтому на улице люди с оружием встречались крайне редко, да и то, по большей части, это были полицейские и военные. Причем у последних оружие зачастую было всего лишь частью образа.

Действительность меня порадовала: магазин оказался настолько большим, что там нашлось место и нужной мне литературе.