Империя Рун. Том 2 - Александр Якубович

Хотелось схватиться за голову и закричать, сколько всего я натворил в отсутствие учителя. Но Осиор мне напомнил и о существовании другого пути. Фибула Трибунального Истигатора кочевала со мной из костюма в костюм, от куртки к куртке и всегда была со мной, на груди. Я постараюсь все исправить, все уладить, больше времени уделять учебе, но если все будет продолжаться в том же духе, мне придется отказаться от всего и уйти в истигаторы.

Глава 18. Конец кабалы

— И как ты целый день тут торчишь?

— Тихо! Говорить не положено…

— Это же скука смертная!

— А ты думал, тут ярмарка и веселье круглый год?

— Может поесть хотя бы сходим?

— До обеда еще три часа!

— Ты смеешься!

— Стой и не бухти! Это лучше, чем выезд на прогулку!

— Я бы лучше в седле трясся!

— В нагруднике по такой жаре? Тебе на испытаниях в голову не били?

— Нет, а почему ты спрашиваешь?

— Потому что глупости несешь! Вот, отличная прохладная стена, стой себе спокойно и все…

— Как же скучно!

— А мне нормально. Развлекся уже!

Это был третий день службы Ториса, а баронет меня уже порядком достал. Испытания младший Варнал прошел без каких-либо проблем, так что его моментально записали в гвардейцы, а благодаря пройденной в отцовском доме подготовке — сразу отправили в караул. Все произошло с Торисом так быстро, что, конечно же, никто и подумать не мог, что это кем-то построено. Ага. Вот только если большинство склонялись к версии распростертой длани его отца, который используя свой титул, протолкнул сыночку на службу, то мне тут виделись другие пальцы. Старческие и скрюченные. Но о своих догадках я предпочитал молчать.

Конечно, полдня новоиспеченный гвардеец проводил на тренировочной площадке, где старые десятники гоняли молодняк и учили новоиспеченных бойцов императора, как правильно стоять на страже. Но то, что Торис терся рядом со мной и постоянно изнывал от скуки, стало немалым испытанием для нашей дружбы.

— Скорей бы уже празднования… А то весь Шамоград уже как винный склад, — мечтательно протянул баронет. — Выйдем в город, а там на площадях ярмарки, по вечерам — танцы, пиво и вино рекой… И так всю неделю…

Я только недовольно скривился. Мне сейчас было не до праздников. Вчера я был у госпожи Виолы и в очередной раз опозорился. Контур печати Вун в два фута я смог собрать только с третьей попытки, а пятифутовый мне вовсе не дался. Так что в этом году я, скорее всего, на пояс экзаменоваться не буду. Госпожа архимаг мне этого прямо не сказала, но я все видел по глазам Виолы: волшебница смотрела на меня со смесью жалости и разочарования, как мне самому показалось, а ее предложение сесть за книги говорило лучше любых слов. «Подтянуть комбинаторику», «изучить основные техники», «высшая магия дается не всем» — вот что она повторяла в разных формах целый день. Так что теперь мне на самом деле придется сесть за учебники, а значит, план моего учителя пошел псу под хвост. Пояс мага этим летом я не получу.

Истинное зрение все еще было мне открыто. Я видел магические потоки, мог их направлять и собирать с их помощью заклинания любых размеров, но использование дара мертвого мага во время экзаменов казалось мне неправильным по двум причинам. Первое — кто-нибудь мог заподозрить, что я жульничаю. Второе — головная боль теперь накатывала почти сразу и становилась такой нестерпимой, что у меня начинало двоиться в глазах, а содержимое желудка рвалось наружу. Видимо, тут я тоже стал слабее, и мои способности откатились на целые месяцы.

Но бесконечно предаваться размышлениям мне не дали. После того, как Торис ушел на тренировки, меня позвала к себе принцесса.

Как и всегда, Отавия выглядела изумительно. Легкое летнее платье под горло с летящей вышивкой, высокая прическа с жемчугом, едва заметный след румян на щеках. Все эти дни я смотрел в затылок принцессы, так что сейчас почти наслаждался ее видом. Но после прочтения послания Осиора все изменилось — эта красота воспринималась как ловушка. Учитель не мог ошибаться, а последующая холодность Отавии лишь подтверждала слова Трибунального Истигатора: меня использовали, это было совершенно ясно. А так как привязать меня титулами или подарками было невозможно — маг моего уровня никогда и ни в чем не будет нуждаться, Отавия нашла единственно верный способ заслужить мою верность.

Я старался скрыть недоверие, которое испытывал к внучке императора, но, как и писал Осиор, лжец я посредственный. Отавии хватило одного мимолетного взгляда, чтобы понять, насколько я напряжен и подозрителен.

— Рей, нам надо поговорить, — сказала Отавия, усаживаясь на диванчик.

Ладонью же девушка предложила мне сесть рядом с ней.

Великая честь, если подумать. Но уже не для меня.

— Слушаю Вас, Ваше Высочество, — ответил я, оставаясь у дверей и глядя перед собой.

Отавия недовольно поджала губы, а в ее глазах мелькнул раздраженный огонек, но принцесса довольно быстро взяла себя в руки.

— Почему ты так себя ведешь? — прямо спросила принцесса.

— Не понимаю, о чем Вы говорите, Ваше Высочество, — как можно более официально ответил я, продолжая сверлить взглядом стену.

Это было тяжело. В голову лезли мысли о тех нескольких часах, что мы провели наедине в поместье Хаштов. О купели, широкой кровати и том амулете, что я подарил Отавии, совсем как мальчишка, который дарит соседской девушке красивую безделушку. Но события после бойни на дороге, тот факт, что из темниц меня вытащил Саин Торлорн, а не Отавия, то, что она столько дней была холодна и молчалива, а самое главное — предостережение учителя… Это расставило все на свои места. Дворцовые интриги, разговоры с двойным или тройным дном, манипуляции, стравливания… Вот что такое Отавия и ее мир, а это — не для