Ян и Инь 2. Путь к свободе - Ник Вотчер

Пленные монголы рассказали немало интересного. И то, что к ним на подмогу идёт еще одна армия. И про лагерь, куда они сгоняют русов с деревень, жители которых не успели или не захотели уходить и покидать свои дома. Про десятки небольших отрядов, которые рыщут в окрестностях, в поисках чего-то ценного.

К слову, оказалось, что животные и травы из аномалий ценятся у них очень высоко. Настолько, что их не останавливают многочисленные жертвы, после каждого такого похода. То есть в принципе, всё почти как у нас.

Путь до места, куда монголы сгоняли пленных, прошёл без происшествий. Практически. По крайней мере, живых вражеских отрядов мы больше не встречали. А вот при исследовании одной аномалии, которая попалась нам по пути, мы обнаружили тела двух десятков монголов, вместе с лошадьми.

Над ними успели потрудиться обитающие тут здоровенные полевые мыши и какие-то птицы. Сумки неудачливых добытчиков были набиты различными растениями. Видимо, они уже возвращались обратно, когда на них кто-то напал.

Кто именно это сделал, мы выяснять не стали. Перебили бросившихся на нас мышей, забрали всё самое ценное, включая сумки с растениями, часть которых выбросили, так как они не представляли для нас особого интереса. Но только часть. Среди охапок трав попадали действительно ценные экземпляры. В том числе и те, которые помогают при заживлении ран, и дающие бодрость, и даже ускоряющие восстановление духовной энергии!

Я с интересом впитывал новую информацию, обратив внимание на то, как один из бойцов незаметно для остальных, как он думал, взял отложенный в сторону пучок трав и положил его себе за пазуху. Когда я нашёл такой же и решил спросить Степана, почему он отложил его в сторону.

— А это трава что даёт? Может стоит взять? — поинтересовался я.

— Не думаю, что она тебе тут понадобится, — покачал он головой, усмехнувшись в бороду.

— Почему нет? Она не ценная?

— Скорее наоборот. Очень ценная. Но для нас бесполезная. Лучше набрать ту, что даёт бодрость и лечит раны.

— А эта трава бодрость не даёт? Для чего она вообще нужна? Не зря же они её столько насобирали? — не сдавался я.

Я всё-таки решил прояснить для себя этот момент, особенно, когда обнаружил, что один из убитых монголов действительно заполнил ею больше половины своей сумки. Ну не стали бы они брать что-то бесполезное. Они же не совсем дураки.

— Бодрость? В каком-то смысле даёт. Но для тебя она бесполезна. Впрочем, как и для всех нас, — удивительно, но Степан всё же решил ответить и даже рассмеялся. — А что касается этих, — он кивнул на мёртвые тела врагов, — то, думаю, они планировали выручить за это немало денег или других благ.

— Может ты уже скажешь, для чего она нужна?

Мне, признаться, стало уже надоедать, что он ходит вокруг да около, когда давно уже мог нормально всё объяснить.

— Для мужской силы и выносливости, — весело посмотрел на меня Степан. — Правда, есть у неё один интересный эффект. Она ещё и желание повышает. Очень сильно.

— Какое желание? Аппетит просыпается?

— Да, аппетит, — вмешался Велемир, который за прошедшее время успел поменять о нас с ребятами мнение в лучшую сторону. — Но не к еде, а к женщинам.

— Они, что, едят женщин? — не понял я,в то время, как Макс и Макар многозначительно переглянулись.

— Да нет же, дурень! — не выдержал Велемир. — Выпьют они отвар из этой травы, или в чай добавят, и у них возникает сильное влечение к женщине. Юбку ей задерут и давай…

— Что давай? — решил уточнить я, хотя, кажется, уже начал догадываться, о чём он говорить.

— Прелюбодейничать, — громким шёпотом произнёс Степан, после чего все громко засмеялись.

— И сильное желание просыпается?

— Очень сильное. Хотя, зависит от того, сколько выпить.

— Ясно. Благодарю, за то, что разъяснили, — кивнул я и притянул сумку к себе поближе.

— Да зачем она тебе? — сплюнул Степан. — Выкинь ты её! До города, чтобы продать, не донесёшь. С нашими то приключениями. А самому такое употреблять — тут уж, изволь, я тебе не позволю.

— А я не для себя, — спокойно ответил я, даже не подумал последовать его совету.

— А для кого? — не понял Велемир.

— А вы представьте, что будет, если, как ты и сказал, добавить её в отвар…

— Дак ясно, что…

— Не нам. Монголам.

На сумку в моих руках, устремились взгляды всего отряда. И насмешка на их лицах сменилась на задумчивость. Даже удивительно, что никому в голову не пришло ничего подобного.

— А ведь она очень похожа на эту, — я продемонстрировал пучок другой травы, которая, со слов того же Степана, давала заряд энергии. — Что, интересно, будет, если их смешать?

— Что-что, разорвёт их к ядрёной фене! — в сердцах воскликнул Велемир.

— Это… жестоко, — с тщательно скрываемым восхищением произнёс Степан. — Вот только как ты им это в чай добавишь?

— Мало ли, вдруг получится.

Я неопределённо пожал плечами и решил пробежаться по округе в поисках этих двух трав. Пока остальные заканчивали с сортировкой трофеев и отбивались от налетевших воронов, клювы которых оказались на удивление крепкими и острыми, я пробежался по окрестностям и забил этими двумя травами сумку до отказа.

Воевать с воронами оказалось сложно, поэтому мы решили отступить. Нас спасал духовный покров, а вот остальным пришлось туго. Велемиру так вообще чуть голову не пробили. Спас шлем, с которым он никогда не расставался.

И вот, мы лежим в траве и наблюдаем за лагерем, куда монголы согнали под сотню пленных. И ведь наших сил явно будет недостаточно, чтобы убить тут всех и освободить бедных, глупых крестьян. По крайней мере, не в открытом бою. Хотя, там ведь не только крестьяне. Если не ошибаюсь, то вон те избитые и связанные мужчины больше похоже на воинов, чем на обычных мужиков.

— Дождёмся ночи, а там уже посмотрим. Но просто так своих людей мы не оставим, — принял решение командир.

До заката мы следили за монголами, запоминая их распорядок. Заодно