Старец Ефрем Катунакский - Автор Неизвестен

Пресвятая Богородица! Наверное, увижу какого-нибудь Ангела сейчас, может, и Саму Пречистую, или же какое-то благодатное явление будет… Такая радость!

Затем, потихоньку-потихоньку, все ослабело и померкло. Когда я вышел из этого состояния, то сразу заснул.

Вижу во сне парад царской семьи. Сижу я в ложе и вижу, как проезжают открытые автомобили — каждый князь со своей семьей. "Да, — думаю, — я, нищий, монах убогий, удостоился видеть такие вещи!"

Проехали три-четыре семьи, а затем все озарилось светом с неба, и раздался голос: "Царь идет". На этом я и проснулся.

— А, — думаю, — Царя-то я и не увидел, а только князей[81]. Но по сравнению с Царем — это ничто.

Старец Иосиф нам говорил, что если идете в чей-то дом и находитесь в хорошем духовном состоянии, то можете различить, что за дух обитает в этом доме. К примеру, дух скупости или лжи, корыстолюбия или еще какой…

То, что нам говорил Старец, мы понимали лишь отчасти. Что он имел в виду, когда говорил, что, входя в дом, можешь определить, какой дух присутствует в нем? Но это так, хотя и может показаться невероятным и даже абсурдным.

Пришел я как-то послужить к старцу Иосифу. Едва вошел в его келлию, как почувствовал что-то: "Батюшка, что здесь происходит?" "А что такое?" — спрашивает он меня. "Батюшка, как будто что-то меня понуждает к молчанию". Сразу же запечатлелось в душе моей это чувство, как будто известился неким образом, что здесь обитает молчание.

— Я объясню тебе. Сейчас Великий пост, в субботу у нас литургия: причастимся, потрапезничаем и после можем говорить с отцом Арсением вплоть до самого вечера воскресенья, а в воскресенье вечером положим поклон друг другу и всю неделю уже разговаривать не будем, только знаками будем объясняться. Ты придешь в субботу, причастимся и тогда прервем молчание. И так — каждую неделю.

Так я на собственном опыте понял то, о чем нам говорил старец Иосиф.

Как же сладок наш Иисус! Весь радость, весь любовь, весь мир, весь тишина, весь веселие, весь взыграние — как сладок Иисус!

Благодать удерживается смирением и благодарением Бога. Смирение в том, что "не семь достоин назваться сыном твоим, сотвори меня яко одного из рабов твоих" (Лк. 15, 19).

Достойно сожаления то, что свое бесценное сокровище, сыновство, которое мы восприняли в святом крещении, содержим, как говорит апостол (2 Кор. 4, 7), "в глиняных сосудах": часто забываем о своем сыновстве — и потому ленимся, становимся безразличными, с легкостью презираем других, одним словом — легко падаем.

Блажен тот, кто воспринял благодать и почил с ней. Еще более блажен тот, кто возрастил ее, увеличил и затем почил.

Я видел сон, как будто я пришел в свою деревню, там, где родился, но пошел не в дом моего отца, а в церковь. Зашел в алтарь и увидел там купель, в которой когда-то крестился и в которую снизошла благодать. Стал на колени, обнял купель и целовал, целовал, целовал со слезами.

О священстве

Когда служишь, отец, имей в виду, что ты посредник: принимаешь от мира боль, слезы, болезни, прошения и возносишь все это к Престолу Божества. А миру даешь потом утешение, исцеление и все то, в чем каждый имеет нужду. Великого звания тебя удостоил, чадо мое, Господь. Совершенствуйся в нем. Бог слышит молитву священника.

Великую силу имеет епитрахиль. Епитрахиль — это примиритель падшего человека с Отцом, с Творцом его.

Во время турецкого завоевания многие священники были без дела. Но один священник ходил и собирал имена и поминал этих людей на литургии. Турецкий жандарм, заметив его, заподозрил: "Ага! Он хочет поднять народ к восстанию!" Тогда он хватает его и сажает в тюрьму. Вдруг во сне ему являются все те, кого священник поминает, и говорят: "Послушай-ка, или ты выпустишь священника на волю, потому что он нас поминает и облегчает тем нашу участь, или мы заберем твоего первого ребенка". Испугался турок: "Ой-ой, я потеряю своего ребенка! Иди-ка, отсюда!"

Великую силу имеет епитрахиль — так что как можно больше поминай имен.

Как-то давно отец Арсений из братства старца Иосифа дал мне помянник, который у него был еще с того времени, когда он, переселенец из России, пришел в Грецию. И я стал поминать. Спустя некоторое время он говорит мне: "Знаешь, отец, что я видел? Будто зашел я в один дом, и там были люди, имена которых я тебе давал. Говорю одному: "Ну, как дела у тебя?" — "Да так, потихоньку. Приходит отец Ефрем и нас утешает". Спрашиваю другого: "А у тебя как дела?" — "Да так себе, дождь только вот идет, мерзну, но приходит отец Ефрем и нас утешает". "Это, брат мой, потому, — говорю я отцу Арсению, — что я их всех поминаю".

Думаете, как отец Николай Планас[82] святым стал? Поминал очень много имен, целые списки.

Как-то я вспомнил некоторые имена и приклеил их к стене над жертвенником. И вот вижу во сне, что ко мне пришли какие-то древние старики в старинных одеждах, о которых я слышал еще от бабушки, и говорят мне: "Ты-то нас записал, а вот Старец твой нас не поминает". Утром спрашиваю отца Никифора:

— Батюшка, почему ты не поминаешь эти имена?

— Да они неразборчивые, я не вижу, — говорит.

— Батюшка, то-то и то-то я видел, и мне сказали, что Старец нас не поминает.

С тех пор я решил как можно больше поминать имен. Чем больше имен поминаешь, тем большую награду получишь. Это ведь больше, чем любая милостыня — соединить человека с Богом. И ты можешь это сделать.

Иеромонах: Что нужно, чтобы иметь слезы во время литургии?

Старец: Я уже год, как не служу литургию, потому что не вижу, но раньше приготавливался к литургии целый день.

Не ограничивайся, дитя мое, лишь молитвами к Причащению. Их читают и мирянин, и иерей, и владыка, и патриарх. Но между всеми есть различие. Миряне получают Дары готовыми, в то время как священник словно бы заколает Агнца и передает Его всему народу. В этом великая разница. Поэтому,